Два процесса

Открывающийся 3 марта второй процесс Михаила Ходорков­ского — событие знаменательное, но не уникальное в истории российских политических судилищ. Садистское желание добить сапогом поверженную жертву не раз распаляло кремлевских пра­вителей. Второй процесс Зиновьева и Каменева, второй процесс Рокотова и Файбишенко, пятый процесс Марченко — это только самые известные из подобных расправ.

Но все-таки иная, не основанная на повторности процесса ис­торическая аналогия кажется мне здесь наиболее уместной. Толь­ко с одним другим политическим процессом были связаны такие крупные ставки во внутрикремлевской борьбе — с несостояв­шимся процессом врачей-убийц. Он должен был проходить тоже в марте в Колонном зале Дома союзов.

Но в марте 1953 года в том же зале вместо запланированного процесса прошло незапланированное торжественное прощание с его инициатором и вдохновителем товарищем Сталиным. Побе­дила другая партияпартия товарища Берии, сто дней правления которого показали, что он был для того времени потенциальным реформатором покруче нынешних из медведевского окружения.

«Убийцы в белых халатах», при всем неравнодушном отноше­нии к ним вождя, впавшего на склоне лет в зоологический антисе­митизм, были для него всего лишь пешками в той огромной игре, где ставками были Власть, Жизнь, Смерть первых лиц государства.

Так и судьба Михаила Ходорковского и Платона Лебедева се­годня во многом повод для выяснения отношений между крем­левскими «партией крови» и «партией бабла» (воспользуемся удачным определением споуксмена одной из этих партий Андрея Колесникова). До сих пор стороны избегали откровенного столк­новения, и можно только гадать, почему «партия крови» так резко подняла ставки, решившись на этот процесс.

Ведь из него нет выхода, устраивающего обе партии. Оправда­ние Ходорковского на публичном, открытом, разрекламирован-

ном властью процессе — это позорное поражение «партии крови», свидетельство ее нарастающей слабости, политическая смерть путинизма и его вождя. После такого исхода довольно быстро прозвучат две классические фразы. Одна в кремлевских покоях: «Ступайте царствовать, государь!» — вторая на всех каналах рос­сийского телевидения: «Оказался наш отец не отцом, а сукою».

Напротив, осуждение Ходорковского на второй срок — это публичное унижение формального президента — политической надежды «партии бабла», убедительная демонстрация ему его ис­тинного калининского места у кремлевской параши. Последует, конечно, и жесткая зачистка «баблистов» в структурах правитель­ства и президентской администрации, в средствах массовой ин­формации.

Такую же взрывную роль в развитии кризиса власти призван был сыграть в марте 1953 года процесс врачей-убийц. В те далеко не вегетарианские времена политическая смерть автоматически означала и физическую. За казнью еврейских врачей последова­ла бы и казнь тонкошеих вождей.

Чем закончится процесс марта 2009 года, предсказать труд­но. Что касается решения «партии крови» обострить ситуацию, то мне кажется, что они правильно определили момент для схват­ки, но неверно выбрали поле сражения. Какая-нибудь внешнепо­литическая авантюра была бы для них гораздо перспективней.

Кризис стремительно разрушает путинский миф, превращая его в свою противоположность. За державно-патриотическими одеждами обнажился неприглядный чекистско-бандитский капи­тализм сечиных и чемезовых, тимченок и якуниных. А прогресси­рующая неадекватность его вождя очевидна уже в официальной телехронике.

Партия бабла — партия абрамовичей и волошиных, чубайсов и дерипасок несущая не меньшую ответственность за постигшую страну экономическую катастрофу, получает шанс списать ее ис­ключительно на своих конкурентов и зачистить их в процессе «медведевской оттепели».

Для «партии крови» действительно промедление смерти по­добно, если они хотят переломить тенденцию депутинизации. Но вряд ли повторный процесс Ходорковского удачная для этого площадка. Душащая их ненависть к Ходорковскому подвела их. Обвинения, выдвинутые против него, абсурдны. Его мужествен­ное поведение в заключении вызвало растущую симпатию к нему в обществе. Многие видят в нем одного из тех антикризисных ме­неджеров, которые смогут вывести страну из тяжелейшего поло­жения. Все помнят, что его злоключения начались с его публично­го принципиального спора с «национальным лидером» — «Ваши чиновники воруют, господин президент!».

Посадив Ходорковского в тюрьму, чиновники — ближайшие друзья господина вечного президента-премьера, те самые, о кото­рых так афористично высказался Виктор Геращенко — «спи… ли, бл.. .и», — продолжают пиз.. .ть в невероятных масштабах.

Каждый, кто читал в интернете показания Абрамовича в Лон­донском королевском суде, слышал о выплате тому же Абрамо­вичу казной 13 миллиардов долларов за компанию «Сибнефть», о фантастическом финансовом успехе компании Gunvor, знаком с докладом «Путин и «Газпром», не имеет ни малейших сомне­ний в том, что вожди «партии крови», начиная с самого главного, и есть те самые «олигархи, ограбившие страну». Невыигрышная эта тема для партии крови, да и для всей правящей верхушки в це­лом.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 34 | 0,724 сек. | 8.61 МБ