Лев Рохлин, или открой, стучится Сталин! Часть 3

Владимир Путин в кабине военного самолета. Владимир Пу­тин в подводной лодке. Владимир Путин на палубе крейсера — в тельняшке и морской пилотке. Указывает, как надо расправляться с врагом. Крутой мачо, надежный защитник отечества. Эти кадры центральное телевидение без устали крутило днями и вечерами. Образ смелого заступника нации должен был впечататься в созна­ние каждого, особенно людям с погонами. Впечатался? Считают ли армейцы своего главноначальника примером для подражания?

О всех судить не берусь, сошлюсь на тех, с кем много при­ходилось общаться. За Путиным, признавались мне знакомые ко­мандиры, в офицерских кругах стойко закрепилась кличка «Мар­шал Петен». Я-то вначале подумал, что родилось это из-за созву­чия фамилий столь, казалось бы, непохожих политиков. Но ребята хорошо образованные, учились еще в советское время, сказали: нет, в кличке не схожесть фамилий, а историческая параллель. Пусть и не стопроцентно точная.

Напомню, в июле 40-го года Анри Петен согласился стать ма­рионеткой фашистских оккупантов, был ими провозглашен «гла­вой Французского государства» и наделен диктаторскими полно­мочиями. Он призвал нацию сотрудничать с Гитлером, пресекал любые попытки сопротивления, разоружая отряды. Вдвоем с пре­мьером-напарником Пьером Ловалем маршал Петен организовы­вал облавы и обеспечил принудительную отправку в Германию 750 тысяч французских рабочих. В 45-м Верховный суд пригово­рил Петена к расстрелу, но генерал де Голль учел заслуги марша­ла в Первую мировую войну (победа над немцами под Верденом) и заменил расстрел на пожизненное заключение. Напарник по тандему Пьер Ловаль скрывался от гнева народа в Испании, затем в Австрии, однако был пойман, осужден и расстрелян.

Сравнение казалось натянутым: не маловато ли правды зало­жено под него? Но это точка зрения постороннего, неинформи­рованного человека. А у военных, поживших в окопах и познав­ших предательство Кремля, полный охват проблемы, свои резо­ны. Нам, гражданским, полезно прислушиваться к этим резонам и чаще задаваться вопросом: а делает ли что-то нынешняя власть для укрепления безопасности страны от внешних угроз или на­стырно продолжает вести «вышистскую» капитулянтскую полити­ку Ельцина. Потому что когда начнет звонить колокол, то есть па­дать бомбы на голову неприкрытой России, он будет звонить по нам с вами, по нашим братьям, сестрам и детям.

Подстегивание ратификации Договора СНВ-2 и провоцирова­ние Великого Исхода из Армии офицеров, о чем уже говорилось, не было спонтанным движением Путина. Как показало время, это явилось только началом продуманных многоходовок, большой двойной игры со своей страной. Каждый новый шаг Владимира Владимировича все больше высвечивает его политическое лицо.

Большой удачей советской внешней политики считалась за­кладка на Кубе разведцентра Лурдес, под Гаваной. Через него наша страна получала до 70 процентов стратегической разведин-формации о США — там былр установлено новейшее электрон­ное оборудование и работало около тысячи профессионалов 6-го управления ГРУ. Круглосуточный перехват радио- и телефон­ных переговоров на территории Соединенных Штатов, запись и анализ информации с американских спутников связи, слежка за стратегическими ядерными силами и своевременное обнаруже­ние превентивной атаки межконтинентальных баллистических ракет по их стартовым факелам — вот неполный перечень заня­тий разведцентра.

Американцы обложили нас новейшими РЛС — на Аляске, в Гренландии, Англии, Литве, Эстонии, Латвии. А мы свою станцию под Красноярском взорвали, другие отдали Украине, Азербай­джану, Казахстану, Прибалтике. Стали глухими тетерями и слепы­ми котятами. Единственной «замочной скважиной», через кото­рую можно было подсмотреть за тем, что замышляют ковбои — оставался Лурдес. Даже пофигист Ельцин не поддался давлению США и не ликвидировал разведцентр, а выделил 100 миллионов долларов на модернизацию оборудования.

В декабре двухтысячного только что отинаугурированный Владимир Владимирович прибыл на Кубу. Заглянул в разведцентр. Под аплодисменты грушников погрозил в своей манере: да я им, да мы их! И заверил, что из Лурдеса Россия не уйдет.

Он привез с собой на Кубу олигархов, обшаривших к тому времени все сусеки в своей стране. Они знали, что Фидель Кастро должен нам около 20 миллиардов долларов и желали бы прима­заться к этим деньгам. Путина олигархи держали за лоббиста. Гла­ва «ИНТЕРРОСА» Владимир Потанин хотел стать владельцем ни-килевого комбината. Но все никилевые и медные рудники с за­водами, созданными, между прочим, при помощи СССР, Кастро уже отдал в долгосрочную концессию Китаю. Нефтяные олигар­хи нацелились на месторождения в Мексиканском заливе, одна­ко там уже обосновались испанцы. Непруха, одним словом. А за­чем Куба российскому Олигархату, если с нее не соберешь при­личного урожая баксов!

Летом 2001 года гостивший в Словении президент Всея Мира Джорж Буш пригласил Владимира Владимировича прошвырнуться в Любляну: говорил о Лурдесе. Выразил недовольство затяжкой с ликвидацией шпионского пункта. А для бывшего службиста из КГБ достаточно даже намека начальства. И разведцентр в Лурдесе был закрыт — Буш публично хвалил Путина за дружеское решение.

Правда, эти сюжеты наше телевидение не показывало. Кремль шепотом объяснил, что платить ежегодно по 200 миллио­нов долларов за аренду Лурдеса страна не намерена: надо беречь народные деньги. Надо! А разве нельзя было увязать судьбу раз­ведцентра хотя бы с частью кубинских долгов России? Вот и кол­лекционеру яхт и зарубежных футбольных клубов Роману Абра­мовичу Кремль деньги нашел — выкупил у него через «Газпром» за 13 миллиардов долларов «Сибнефть», задарма отданную оли­гарху Борисом Ельциным.

Да и не такой уж и скряга вождь единороссов, чтобы дрожать над каждой копейкой налогоплательщиков. Он напрощал долгов различным государствам, где властвуют проводники американ­ской политики, на целых 40 миллиардов, в том числе Ирану 8 и Афганистану— 11 миллиардов. Соединенные Штаты бомбят го­рода не согласных становиться марионетками и отдавать нефть, мы должны оплачивать их восстановление. Средств на это янки тратить не желают. Директор Всемирного банка по России Кри-сталина Георгиева так и объяснила нашей озадаченной публике: «если иракская проблема не будет быстро решена, это отразит­ся на экономике США, а проблемы США станут проблемами всей глобальной экономики». Сказано откровенно, без кремлевских ужимок.

Мы остались без глаз и ушей. Но до сохранения ли Лурде­са президенту России, когда надо срочно выручать погрязшие в милитаризме Соединенные Штаты, а с ними Всепланетную Оли­гархию. Путин с первых минут своего президентства перенял дик­таторские замашки Ельцина распоряжаться капиталами России с редким самоуправством. Нам пора уже браться за составление реестра потерь от деятельности чиновников высшего уровня и готовить им счета к оплате. Личных денег для возмещения потерь у них, по разным источникам, вполне достаточно.

Раздражало американских гегемонистов и наличие у России удобного стратегического объекта — военно-морской базы Кам­рань. По эффективности это, наверно, не Лурдес, но российская группировка, надежно укрытая в Южном Вьетнаме, подрывала на Тихоокеанском театре монополию США с их базами на Филиппи­нах и Окинаве.

В шестидесятых Камрань занимали американцы, оттуда вели бомбардировочные налеты на мирные города, потом, в 75-м, под напором вьетнамцев и оружия СССР убрались восвояси. Восток любит торг, у него нет друзей, а есть только выгода. Ханой ма­неврировал между Москвой и Пекином— кто больше отвалит за Камрань, пока в 79-м Китай не начал против Вьетнама пол­номасштабную войну. СССР опять помогал «героическому наро­ду», за что получил Камрань всбесплатную аренду на 25 лет — до 2004 года. А дальше? Дальше, как принято всюду— новый пере­говорный процесс.

В Камрань Советский Союз вложил немалые средства. На века. Построил семь причалов для 15-й эскадры Тихоокеанского флота, два аэродрома для стратегических бомбардировщиков-ра­кетоносцев с крылатыми ракетами (Ту-95) и противолодочных са­молетов (Ту-142), станцию электронного слежения за окрестными морями, разместил эскадрилью МиГ-25, заложил ремонтные и за­правочные базы — ну и многое другое. Группировка плотно кон­тролировала Юго-Восточную Азию и стратегические проходы из Тихого океана в Индийский — в Персидский залив.

За ельцинское десятилетие техническая база Камрани пооб-ветшала, как обветшал весь наш флот. А обстановка в мире вновь поднимала значение военного кулака в глубоководном заливе Кэм Ран Бэй. США, поматросив и бросив Россию, стали показы­вать волчьи клыки: вышли из договора по ПРО, наращивали силы в Европе и Азии.

Вьетнамское руководство считало, что для России в этом ре­гионе опять наступал момент истины, и к первому приезду Пути­на в Ханой в 2001 году готовило предложения по будущей судь­бе Камрани. Восток действительно любит торг: хозяева намекали, что янки предложили им за базу большие деньги, но пусть даже за меньшую сумму в стране остаются и дальше — с 2005 года рос­сийские моряки. Были у Ханоя и другие домашние заготовки: в оплату за базу русские отдадут Вьетнаму два-три причала под гра­жданские корабли или создадут еще одно совместное предпри­ятие, подобное «Вьетсовпетро».

В первый приезд Путина во Вьетнам его встречали по одеж­ке как лидера большой страны, а уже во время второго смотрели на Владимира Владимировича, по восточным понятиям, как на за­урядного предпринимателя. Умный Восток отличать научился: ка­кой кормчий личность, а какой — только функция. В данном слу­чае функция Олигархата.

Путин таскал за собой целый кагал — олигархов, чиновни­ков, прочих бездельников. Свите хотелось взглянуть на живого динозавра российской экономики— совместное предприятие «Вьетсовпетро». Взглянуть и умертвить.

На это чудо из далекого прошлого желал посмотреть и сам президент. Что он и сделал.

«Вьетсовпетро» как акционерное СП на паритетных нача­лах было создано в 1981 году госструктурами СССР и Вьетнама. И продолжало добывать небольшое количество нефти на шельфе по законам китайского социализма юго-восточной страны. Вьет­намцы не дали Чубайсу забраться приватизационными сапогами в преуспевающее СП: есть межправительственное соглашение до декабря 2010 года, есть утвержденные правила — по ним и рабо­таем. Срок истечет — тогда приходите с новыми предложениями.

Социализм, говорил Ленин, это учет и контроль. Ельци-низм — ни учета, ни контроля: сплошное бесчинство власти. Две системы с помощью «Вьетсовпетро» наглядно демонстрировали народу свои качества. Маленькое российско-вьетнамское пред­приятие давало в бюджет нашей страны дохода с прибылей боль­ше, чем вся остальная федеральная собственность вместе взятая, включая такие гиганты, как «Газпром», «Роснефть», РАО «ЕЭС Рос­сии», Сбербанк, Аэрофлот и Международные авиалинии.

За счет одной такой СП-невелички можно было арендовать по новым условиям две Камрани. А все потому, что воровать со­циалисты не позволяли. «Вьетсовпетро» высветило масштабы присвоения прибылей российскими чиновниками— олигарха­ми — десятки миллиардов долларов. Для нуворишей в Кремле и правительстве организационно-правовая форма СП была разо­блачительной. Они боролись за ее изменение. И удача не обош­ла их: после истечения срока договора СП «Вьетсовпетро» пре­вратится в закрытое от глаз контролеров Общество с ограничен­ной ответственностью.

Во вторую поездку в Ханой Путин захватил своего старого приятеля Петра Авена. Президент Альфа-банка решил приватизи­ровать вьетнамскую собственность в телекоммуникационной сфе­ре и опутать юго-восточную Азию сетью своих ростовщических пунктов. Толкачем, как я рассказывал в предыдущей главе, высту­пал Владимир Владимирович: вопрос российская сторона вклю­чила даже в повестку переговоров руководителей государств.

Проталкивая бизнес Авена, приходилось, видимо, делать ус­тупки на других направлениях? Каких? Об этом можно судить по результатам двух визитов. Довольный Авен сообщал журнали­стам, что его участием поездке с президентом было продиктова­но интересами «Альфы» к банковскому и телекоммуникационно­му рынкам Вьетнама. Деловой человек. А чьими интересами были продиктованы поездки самого Путина? Здесь Кремлю не отмах­нуться привычными пиаровскими «ля-ля, тополя». Как говорит­ся, выкладывайте, господа переговорщики, сухой остаток на стол! А он такой: в 2002 году Россия досрочно ушла из Камрани и Путин простил богатеющему Вьетнаму долг в 9 миллиардов долларов.

По закону сохранения бабок, если у государства убыло, зна­чит в чьих-то карманах прибыло. Будущим розыскникам исчез­нувших капиталов страны надлежит взять юго-восточную Азию на заметку.

А какие мотивы или чья воля двигали Путиным, когда он от­давал распоряжение о снятии с боевого дежурства последнюю дивизию БЖРК с грозными ракетами «Скальпель»? Прошло боль­ше года, как США демонстративно вышли из договора ПРО-72, как, не торопясь, начали перебрасывать половину семидесяти­тысячной группировки из Германии на базы НАТО по перимет­ру западных российских границ, оснащать их крылатыми ракета­ми, увеличили производство высокоточного оружия нападения, а президент РФ как ни в чем не бывало убирает важный элемент безопасности своей страны, сдерживающий агрессора. Снова «дружеское решение» в пользу ненасытных гегемонистов?

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 38 | 0,162 сек. | 7.99 МБ