Лев Рохлин, или открой, стучится Сталин! Часть 7

 «Блаженны в единовластных правлениях вельможи. Блажен­ны украшенные чинами и лентами» (Александр Радищев «Путеше­ствие из Петербурга в Москву»}. Может, блаженны они оттого, что испытывают чувства глубокой радости от больших дел на пользу российскому государству? А мы и я, в частности, не видим, не по­нимаем этого в силу своей ограниченности.

Мне хотелось бы избежать любой однобокости в толковании характера нынешней власти. И я готов добавить светлых тонов в свое описание — с лупой ищу положительные черты в солидар­ном царствовании тандема. Медведев — тень Путина. А что зре­ние тратить на тень! Поэтому смотреть надо на политические те­лодвижения Владимира Владимировича.

Утверждение первое обожателей Путина: он поднял эконо­мику, больше денег появилось в стране. По выражению едросов, мы встали с колен.

Если брать отвлеченные цифры, все это так^ валовой про­дукт вырос, пополнился бюджет. Правда и мир не стоял эти годы на месте: показатели многих соседних стран были выше россий­ских. Но за фасад приятной цифири для нашего государства за­глянуть все-таки стоит.

Это был сиюминутный успех, который завтра, скорее все­го, обернется окончательным экономическим разгромом России. Мне ситуация напоминает первые дни похода Тухачевского на Варшаву: поляки как бы лениво сопротивлялись, расступаясь пе­ред ним, вытягивали его подальше от баз, питавших вооружения­ми и провиантом, затем сжали клещами и уничтожили армию. Ка­питуляция.

Нас тоже втаскивали в ловушку— внезапным ростом цен на энергоносители. Сырая нефть дорожала стабильно, Путин поти­рал руки: только вперед с трубопроводами и танкерами — все обозы с обрабатывающими, наукоемкими отраслями, даже сель­ским хозяйством и фармацевтикой уже не нужны. Как я упоминал, сколько сил набралось, бросили на добычу и экспорт сырья.

Закрылись 70 тысяч заводов и фабрик, даже трусы начали везти из-за бугра. «А что вы будете есть, во что одеваться, чем се­ять, пахать и лечиться?» — спросил Булат-Здравый Смысл. «Все куплю», — сказало Злато-Кремлевское беспутство.— Мы энерге­тическая держава, всех задавим». «Давите, давите»,— поддаки­вали нам с Запада и, ухмыляясь, заманивали поглубже в ловушку очередными скачками цен.

Не мог Путин не знать, что это элемент Большой Игры: пол­ный военный контроль над Россией должен подкрепиться пол­ным экономическим контролем, стало быть, и демографическим. Не будешь же выжигать русское население демонстративно на­палмом с натовских штурмовиков, надо, чтобы оно массово вы­мирало «добровольно», в результате неблагоприятных внутрен­них обстоятельств. Полный внешний контроль легко их созда­ет — блокадой.

Костью в горле Всепланетной Олигархии стоял прежде ОПЕК. Он контролировал цены на нефть, устанавливая их по соотноше­нию реального спроса в мире и предложения. Сложной системой финансовых комбинаций у ОПЕК этот контроль отобрали— он перешел на Уолл-стрит. А Уолл-стрит сделал его инструментом в Большой Игре Бнай Брита.

Торги фьючерсами на биржах Нью-Йорка и Лондона запус­тили в продажу огромные потоки «нефти на бумаге». Экономика давно переела, а спекулятивная система продолжала и продол­жает надувать контрактами пузырь. Уолл-стрит может в любой мо­мент поднять цены еще выше, а может обрушить их ниже плинту­са — зависит от целей. Хотя финальная цель у гегемонистов одна, применимая ко всем богатым недрами государствам: сначала по­садить их на сырьевую иглу, затем обвалами цен спихнуть в дол­говую яму. А там, с переходом на глобофашизм решать — с кем и как поступать.

Правители других стран-экспортеров нефти заметили мыше­ловку и постарались провести экономику стороной, а Путин толк­нул Россию к «бесплатному сыру». (Больше всех потерь из-за пер­вой серии падения цен на нефть уже сегодня понесла наша стра­на). Но это был только пробный запуск сложного финансового ме­ханизма, сконструированного в Нью-Йорке.

Не надо к бабке ходить, чтобы узнать: нас ждут вторая и тре­тья, намного превосходящие первую, ударные волны кризиса, ор­ганизованные Уолл-стрит. Наставники Кремля дождутся 2012 года, помогут тандему симитировать выборы, застраховать их власть от случайностей новым частоколом штыков, а затем весело пус­тят с горки цены на нефть.

В мире полно месторождений, где себестоимость добы­чи энергоносителей намного меньше, чем в морозной России. По нижним планкам и будут выстраивать цены на нефть. А нам придется закрутить вентили на трубопроводах— не будешь же тратить рубль, чтобы вернуть копейку. Вот и «взял» Тухачев­ский — Путин Варшаву — капитуляция. Обозы уничтожены или разграблены мародерами. Мор. «Какая вам помощь? — с консо­лидированным высокомерием буркнет Запад. — У вас такие про­сторы, подыхайте, если ума не хватает нормально жить. Пусть эти территории осваивают другие».

Утверждение второе сторонников Путина: он повысил жизне­способность государства, погасив в регионах очаги самостийно­сти. В подтверждение этих выводов приводят успокоение Чечни и смиренность местных чиновников во главе с губернаторами.

Да, информацию из мятежной республики нам сцеживают вполне благоприятную. Теперь там, судя по телесюжетам, строят, гуляют на праздниках — душа действительно радуется. Путин на­шел ключи к решению горской проблемы! Надолго ли и, главное, на каких условиях? На этот вопрос самый точный ответ дает ло­зунг, распространенный сегодня в Чечне: «Аллах над нами, Рос­сия под нами!»

Я рассказывал в предыдущей главе, как в 1921-м, тяжелом го­ду для страны, вайнахи собрали учредительный съезд и создали Горскую республику, объединившую Чечню, Ингушетию, Кабар-ду, Карачай и Балкарию. Последователи имама Шамиля — вожди республики согласились оставить свое новообразование в соста­ве РСФСР, но только формально и при двух непременных услови­ях: во-первых, горцы не станут признавать законы Москвы, а бу­дут жить по адатам («Государство — это ничто, клан — все»), а во-вторых, русские должны убраться из Вайнахии, освободив земли джигитам.

Тогда центральная власть озадачилась: невозможно же со­вмещать в одном государстве цивилизованные нормы со средне­вековыми обычаями. Это первопричина вооруженных конфлик­тов — не сегодня, так завтра.

Владимира Владимировича, похоже, такие вопросы не зани­мают. Он согласился на оба условия и как широкий человек еще добавил третье: федеральный центр за счет русских регионов бу­дет обеспечивать бесконтрольную кастовую систему Чечни боль­шими финансами (до 30 миллиардов рублей ежегодно).

У Рамзана Кадырова два идеала: Шамиль Басаев и Владимир Путин (Басаев научил его бесшабашности, а Путин — изворотли­вости, умению говорить одно, а делать другое). Он не приемлет светских правил и не скрывает, что воссоздает исламскую Чеч­ню — кланово-родовую систему, с адатами, с доисторическими законами гор.

Пока у матери-России есть деньги, пока она выкармлива­ет детище Кадырова, исламской Чечне с ней по пути. А что будет завтра? Об этом можно судить по парусам — под какие ветры на­страивает их тейп беной.

Тех вайнахов, кто воевал с сепаратистами на стороне центра или настроен пророссийски, называют «федеральными чеченца­ми». Участь их незавидная. Кого-то при загадочных обстоятельст­вах расстреливают в Москве, кого-то выдавливают из власти. И за­меняют «нужными людьми». К примеру, вместо одного из послед­них «федеральных чеченцев» в госструктурах — сенатора Мусы Умарова по рекомендации руководства «Единой России» в Совет Федерации от Чечни кооптировали Зияда Сабсаби. Он араб, ро­дился в Сирии, там закончил Дамасский университет. Приехал на Кавказ в смутные времена и был советником у муфтия Ахмада Ка­дырова, когда тот объявил России «священный джихад». Теперь обслуживает его сына.

Без лишнего шума остатки русских выталкивают из республи­ки. Угрозами, экономическим давлением. Сейчас русское граждан­ское население в Чечне составляет уже меньше одного процента.

Зря изощряется оппозиция, навешивая на Путина разные клички: нет, на карцевского доцента он не похож. По тому, как закручивает Владимир Владимирович комбинации-многоходов­ки, видно: умеет человек заглядывать в завтра. Только одним ли содержанием наполнено это «завтра» для него лично и для всей страны? Государство не имеет права не заботиться о своих даль­них перспективах. А политик может. Если ставит целью не служе­ние этому государству, а использование его на какое-то время. А там — хоть трава не расти. Главное, чтобы зеленели газоны, ска­жем, в Сардинии.

По примеру Чечни, выдаваемой Путиным за эталон отноше­ний с Москвой, диким феодализмом заражаются республики Се­верного Кавказа, даже те, где всегда практиковался внутриобще-ственный диалог и был какой-то порядок.

Рамзан Кадыров словно бы говорит другим горцам-руково­дителям: «Делайте, как я, и вы будете купаться в золоте». И они делают. Кремль покупает верхушку республик бесконтрольными дотационными средствами, не особо заботясь о развитии произ­водства (но доноры — русские регионы скоро сами останутся без штанов). Идет жуткое расслоение общества. Правящие кланы-ре­жимы держатся на штыках, но могут чебурахнуться в одночасье, поскольку не имеют другой опоры. Там, где русский тянется от беспредела к бутылке водки, горец — к оружию.

Так что кавказский котел закипает. Экстремизм набирает силу: снова бродит по Кавказу призрак Горской республики, неза­висимой от России. Независимой от неуклюжей политики Крем­ля, с его неприемлемой для мусальман современной антикульту­рой и развратным телевидением. На что будут жить? Добычей от привычных набегов на слабых соседей и наркотрафиком — кана­лы транспортировки героина из Афганистана в Россию и Европу уже налаживаются.

Температуру сепаратистских опасностей всегда можно оп­ределить по отношению к русским. Их гонят с насиженных мест. А те, что остались? Как показывают социологические опросы, от­крыто говорят об ограничении своих прав и собираются куда-ни­будь уехать 57 процентов русских в Ингушетии, 40 процентов — в Чечне, 29 процентов — в Кабардино-Балкарии, 25 процентов — в Карачаево-Черкесии и 17 процентов — в Дагестане.

Так выглядит умиротворение Чечни по-путински: перевел на «потом» стрелки часового механизма фугаса и прикрыл его для маскировки словесным тряпьем.

И другие регионы России Кремль вроде бы привязал к себе лояльностью чиновников. За эту лояльность дал право на вседоз­воленность, возведя в норму круговую поруку. Но опыт показыва­ет, в том числе и опыт Советского Союза, что из чиновников полу­чаются ненадежные скрепы.

Они и сами это хорошо понимают. Не случайно же вместе с федеральными бюрократами сейчас активно готовят себе запас­ные аэродромы, скупая собственность в странах Европы, и регио­нальные чинуши. Крысы заранее чувствуют, когда корабль пойдет ко дну. По данным независимых исследователей, за годы правле­ния Путина — Медведева нувориши от власти на покупку недви­жимости в Англии, Испании, Италии, Франции, Хорватии, Греции и других государствах потратили около ста миллиардов долларов.

Не случайно и другое: усиливается охрана губернаторов с мэрами крупных городов, и не только. Они чувствуют себя, как на чужой земле, будто гауляйтеры на оккупированной территории: быстрее мимо народа в свою берлогу или на чиновничью сход­ку— в кортежах, за бронированными стеклами.

На всех уровнях — от Кремля до Тьмутараканска власть са­моизолировалась от общества, превратилась в улицу с односто­ронним движением. И борзеет на глазах. А что же народ, который ее породил и над которым она глумится? Его путинизм шаг за ша­гом отодвигал от управления страной — отменой референдумов, упразднением выборного Совета Федерации и одномандатных округов, низведением всего парламента до уровня полового Оли­гархата, запретом митингов, забастовок, полицейскими акциями против создания гражданского общества и многим другим.

Даже таракан, когда бежит по столу, останавливается у края. Эта власть края не знает. Она постаралась вырвать из рук народа все правовые инструменты контроля над собой. И вырвала. Но на­род стал вспоминать, что под лавкой у него всегда что-то припа­сено. Не впервой попадать в капкан узурпации. В нем начал про­буждаться Емелька Пугачев. Пока еще, зевая спросонок, но уже разминаясь для предстоящего дела. Потому-то чинуши собирают­ся смазывать пятки, чувствуя временность своего положения.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 34 | 1,232 сек. | 8.63 МБ