Тирания глупости. Выводы

Тирания глупости — это ситуация, когда избиратель в плане анализа жизни настолько глуп, что не способен прийти к решению, полезному для себя. В этих условиях глупеет и власть, которой нет необходимости служить избирателю, следовательно, нет и требо­ваний к уму членов власти.

Исходя из фактов, представленных в книге, получается, что человечество резко глупеет, но как тогда понять стремительный прогресс техники и технологии? Противоречия нет, поскольку этот прогресс движется за счет узкой специализации профессиональ­ной деятельности, а мы говорим о тирании глупости — о падаю­щей способности людей осмысленно реагировать на изменения даже не жизни, а всего лишь общественной жизни. Речь идет об общекультурном уровне человечества — о способности человека пользоваться не знаниями своей узкой специальности, а всеми накопленными знаниями человечества, хотя бы в их принципи­альном виде.

Интересно, что специалисты по определению коэффициента интеллекта, проанализировав результаты тестов по 20 странам, утверждают, что от поколения к поколению человечество «умне­ет», то есть успешнее разгадывает вопросы тестов по опреде­лению коэффициента интеллекта. Подобное поумнение, кстати, заложено в природе человека, однако вопросы этих тестов имеют искусственный характер и никакой коэффициент интеллекта в реальной жизни тебе не поможет, если ты не понимаешь законов природы, не понимаешь элементарных социальных законов.

Да, высокий коэффициент интеллекта дает возможность легче понять эти законы, но ведь при латинском образовании это не требуется. От обучаемого требуют заучить некие слова и формулы и воспроизвести их на экзамене. И только. Мало того что обу­чаемый не понимает смысла того, что заучил, но он и немедленно забудет то, что блестяще оттараторил на экзамене, поскольку ис­следованиями установлено: человек помнит 90% из того, что он делал, до 50% из того, что видел, и всего лишь около 10% из того, что слышал.

Тогда, возможно, нужно перейти на англосаксонское образо­вание? Ведь Лебон со ссылкой на Тэна чуть ли не 150 лет назад убеждал, повторю:

 

«У этих последних нет такого множества специальных школ, как у нас; у них обучают не книги, а сами предметы. Инженер обучается там прямо в мастерской, а не в школе, и это дает возможность каж­дому приобрести познания, отвечающие его умственным способ­ностям, остаться простым рабочим или сделаться мастером, если он не в состоянии идти дальше, или же стать инженером, если это дозволяют его способности».

 

Основатель автомобильной промышленности Форд эту про­блему видел, а посему на его заводы можно было поступить только на конвейер, какое бы образование ты ни имел. Но при этом тебя самого на заводе изучали: если ты смышлен, быстро осваиваешь любую операцию, трудолюбив и авторитетен в кругу остальных рабочих, то из тебя делали десятника, мастера, а затем учили на менеджера. А если тебе нравится техника, если ты стремишься ее усовершенствовать, то тебя снимали с конвейера и направляли в инструментальное производство, и ты здесь же, у Форда, стано­вился инженером. В результате Форд комплектовал штат своих заводов не начетчиками, знающими умные слова, но не знающими, что за этими словами кроется, а людьми, прекрасно понимаю­щими дело как с технической, так и с организационной стороны. В результате компания Форда устойчиво работала даже в период

Депрессии — и даже при злобном противодействии еврейской банковско-голливудской мафии.

О «чистокровных специалистах», окончивших всякие там гар-варды и кембриджи, Генри Форд писал:

 

«Я никогда не беру на службы чистокровного специалиста. Если бы я хотел убить своих конкурентов нечестными средствами, я бы предоставил им полчища специалистов. Получив массу хороших советов, мои конкуренты не могли бы приступить к работе».

 

Ради полноты исследования следует упомянуть, что англо­саксонский способ подготовки кадров можно назвать «прусским», если исходить из того, как немецкая армия готовила офицеров вплоть до конца Второй мировой войны. Ведь у немцев не было никаких офицерских училищ в нашем понимании. Хочешь стать офицером — получи полное среднее образование в гимназии и вступай в армию рядовым. Если армейские офицеры убедятся, что ты хороший воин, то тебя они же начнут готовить в лейтенан­ты. А пока ты будешь служить солдатом, продвигаться в званиях младших офицеров до тех пор, пока армейские офицеры не убе­дятся, что тебе можно доверить быть заместителем командира роты — лейтенантом. А потом тебя будут учить (вернее, ты сам будешь учиться) на гауптмана и т. д. Вспомним результат: началась война с немцами, и как-то сразу же выяснилось, что ни француз­ское, ни английское, ни наше кадровое офицерство и генералы, по­лучившие блестящее военное образование в офицерских училищах и славных академиях, с «необразованными» немцами справиться не могут.

Напомню, что под культурным человеком я в данном случае имею в виду человека, способного самостоятельно пользоваться всеми теми знаниями, которые накопило человечество (разумеется, их принципами, подробности этих знаний — дело специалистов).

Так вот, дефект англосаксонского обучения в том, что оно готовит очень узкого специалиста, а не культурного человека. (Заметьте, немцы в военном деле поступали осмысленнее — они требовали от кандидата в офицеры, что(зы oft уже был культурным, уже окон­чил гимназию.) Причем это образование готовит настолько узкого специалиста, что эта узость уже бросается в глаза.

Мне даже в СССР приходилось встречать кандидата физиче­ских наук и профессора физики, не понимающего ее основ, а не­давно я столкнулся с анекдотом, рассказанным мне медсестрами, когда я лежал в больнице, ожидая аортокоронарного шунтирова­ния. В этом отделении операции на сердце были поставлены на поток, и если я правильно помню, то практически одновременно оперировались три-четыре пациента бригадой врачей в девять человек. Полагаю, что специализация требовала, чтобы один хирург вскрывал грудную клетку, другой останавливал сердце, третий вскрывал на ноге вену и вырезал из нее шунты, профессор по очереди делал пациентам операции собственно на сердце и т. д. Я как-то в шутку сказал профессору, делавшему операцию мне, что для того, чтобы лечиться у хирургов, нужно иметь крепкое здоровье, на что тот, даже не улыбнувшись, совершенно серьезно ответил: «Это точно!» И тем не менее ведущие хирурги пациентов не сильно выбирали, то есть оперировали и тяжелых больных, оперировали по 15-20 человек в неделю, но за те 26 дней, что я провел в этом отделении, не было ни одного летального исхода, что подтверждало: специализация — это благо. Так вот, у одного молодого хирурга из этой бригады родился первенец; ребенок, видимо, приболел, хирург пришел на работу уставшим и невыспав­шимся, и на утренней оперативке хирургов ему стало плохо, и он потерял сознание. Хирурги дружно вскочили и чуть ли не хором закричали: «Врача! Врача!» Потом вспомнили, что они, в общем-то, и сами врачи.

Поэтому речь в данном случае нужно вести не о получении спе­циалистов, а о воспитании культурного человека, следовательно, речь нужно вести о школьном образовании.

Конечно, нужно было бы пробовать спасти и взрослую часть населения, но боюсь, что это будет чрезвычайно трудно из-за ее апломба, — ведь у нас каждый образованец мысль о том, что он глуп, воспримет только как оскорбление. Придется, видимо, просто ждать, пока дебилизированная часть взрослого населения вымрет с уверенностью в своей мудрости и высокой культуре.

Итак, для спасения нации нам необходимо в школе базовые знания давать обязательно образно, а при возможности и чув­ственно, с тем чтобы обучаемый не просто их запомнил, а понял и был способен применять в жизни.

Необходимо все базовые школьные предметы представить в образном виде — надо снять видеофильмы, в которых все предметы изложить в максимально образном, наглядном виде. Сценарии этих видеофильмов должны написать лучшие школь­ные учителя — те, кто сегодня достигает лучших показателей в действительном обучении детей. Если таких учителей уже не осталось, нужно восстановить опыт советских педагогов, кото­рые добивались изумительных результатов. Для максимального понимания все предметы необходимо предельно упростить, убрав всю наукообразную муть последнего полувека. В итоге мы получим стандартизированные курсы школьных дисциплин на видеокассетах и дискетах. Мы застрахуем детей от учителей, тиражирующих свою неспособность мыслить. Школьный урок сведется к тому, что ученики 20-25 минут будут слушать объ­яснение урока с кассеты, а затем учитель будет проверять, как они поняли материал, организовывать обсуждение материала, при необходимости вновь возвращаясь к фильму и дополняя его своими пояснениями.

Таким путем мы дадим детям максимально образные знания, но нужно стремиться и к чувственным. Скажем, объясняя де­тям понятия мощности, работы, энергии, надо вывести класс к удобному лестничному пролету, замерить его высоту, а за­тем предложить каждому ученику, как можно быстрее забежать наверх, замеряя время. Затем каждый ученик по этим замерам
обязан рассчитать свою личную мощность, объем выполненной
работы, затраты энергии и вес хлеба, которым эти затраты ком-
пенсируются.      ‘* *~м"»~

Вот такие практикумы учителя должны разрабатывать для каж­дой мелочи в преподаваемых предметах — в этом их долг перед обществом. Разумеется, это не все, что школа обязана дать уче­никам: остаются за кадром мораль, здоровье, остаются проблемы навыка работы руками. Я не рассматриваю эти аспекты, поскольку сегодня главное — это спасти ум детей.

Это сложно? Это неисполнимо? Это элементарно как с тех­нической, так и с финансовой точки зрения! Нужна только воля политического руководства страны.

И получается заколдованный круг. Глупость избирателей не дает им воздействовать на политическое руководство, а оно по собственной глупости не поймет проблемы, более того, не заинте­ресовано, чтобы избиратель даже в перспективе поумнел. Тирания глупости цветет пышным цветом.

На днях канал «Евроньюс» дал репортаж из Бельгии накануне выборов. В этой стране приход избирателей на выборы обязате­лен, тем не менее избиратели отказываются на них идти. Один из них заявил в камеру: «Я каждое утро молюсь Богу, чтобы он послал нам порядочных политиков, но Бог не слушает моих мо­литв!»

Неужели тупик и тирания глупости установились на века? Нет, выход есть, он несложный, но нужно понять, в чем заключается решение задачи. Я подвел читателя к выводу в главе 4, что мечта оглупленного образованием индивида — устроиться на долж­ность, за пребывание в которой не придется нести ответствен­ность. Введите наказание глупцу за результаты его пребывания в этой должности, и его с этой должности как ветром сдует. Либо (если он не полный дурак) предпримет все меры, чтобы поумнеть. Вот это и есть та точка, на которую нужно всем надавить.

Давайте об этом немного подробнее. Россия сегодня живет за счет продажи на Запад невозобновляемых ресурсов страны — нефти, газа, угля, металлов. Машиностроение влачит жалкое существование, продовольственная безопасность России полно­стью потеряна. Причем избиратель живет, по сути, на подачки от стоимости этих ресурсов, поскольку огромную их часть открыто присваивают себе олигархи и тайно, в виде «откатов» и взяток, присваивают власти России.

Что мы оставим детям? Как посмотрим им в глаза? Или после нас хоть потоп?

А ведь виноват в этом избиратель! Он избирает эту власть, его именем она прикрывается! Значит, избиратель и виноват. «А что я могу сделать, — ответит мне читатель, — если на выборах голо­совать не за кого, поскольку кандидаты у нас — один хуже другого? Вот я детям и скажу, что ничего сделать не мог: молился, как тот бельгиец, но Бог лучшей власти не дал».

И соврешь детям, потому что можешь сделать!

Почему в России члены органов власти и их приспешники творят что угодно? Ответ один, и другого ответа нет и не может быть, — потому, что они никак не отвечают за результаты своего правления — никак не наказываются за вред, нанесенный наро­ду. А если их не наказывают, то почему бы им и не быть ворами или тупыми бездельниками? Вора делает вором случай, а безот­ветственная (безнаказанная) власть — это просто рай для воров и глупцов. Ну в какой еще области человеческой деятельности такое может быть?!

Вот вы садитесь в автобус, платите водителю деньги, и он обе­щает довести вас в целости и сохранности до места назначения. Но если он, даже по ошибке, не говоря уже о разгильдяйстве, вызовет аварию и вы пострадаете в ней, то что — водитель про­сто помашет вам ручкой и скажет: «Вы тут кровью истекайте, а я пошел»? Нет, тут у всех ума хватает, и если такого шофера сразу не прибьют разгневанные пассажиры, то его отдадут под суд, где двенадцать простых граждан, присяжных заседателей, решат, виновен он или нет. А члены нами же избранной власти (пре­зидент и депутаты), взявшие у нас налогами деньги и обещавшие доставить в светлое будущее? С ними как? А они сегодня машут нам всем ручкой и говорят: «Вы, лохи, голосовавшие за нас, тут в России кувыркайтесь, а мы поехали отдыхать к наворованным миллионам». Почему водитель сидит в тюрьме за свою тупость и разгильдяйство, а они — нет? Почему по десять лет за недосмотр отсидели руководители Чернобыльской АЭС, а президенты и де­путаты, разорившие Россию, и пятнадцать суток не получили? Они что — цацы? У них голубая кровь? Неужели так и должно быть?

Нет, конечно, и есть простой и абсолютно законный путь расставить все по своим местам и указать власти, кто в России хозяин.

По нынешней Конституции (и по любой другой в будущем), сувереном (высшей властью) является народ, а депутаты и пре­зидент — только слуги народа, которым властвовать разрешено народом и от имени народа. Причем народ и без них может при­нять какой угодно нужный народу закон, проголосовав за него на референдуме.

Но если народ — это хозяин, а депутаты и президент — слуги народа, то у народа (у каждого избирателя, а не только у двенад­цати, как в судах) есть право и обязанность перед своими детьми судить своих слуг, поощряя хороших и наказывая нерадивых. И делать это так, чтобы и самому жить достойно, и своим детям оставить достойное государство. У народа есть право Хозяина! И если вы снимете шоры с глаз и подумаете, то увидите, что ре­ально осуществить это свое право очень просто!

Нужен закон, по которому на каждых выборах каждый из­биратель кроме бюллетеней с новым составом власти получит проект вердикта старому, сменяемому составу власти, в котором будет три строчки: «Достойна поощрения», «Достойна наказа­ния» и «Без последствий». Если большинство избирателей решит отпустить старый состав власти без последствий, то власть оста­вит свои полномочия, как сейчас, — без последствий для себя. Если большинство избирателей решит поощрить власть, то пре­зидент или каждый член Федерального собрания станет Героем России. А если избиратели решат: «Достойна наказания», то пре­зидент или каждый член Федерального собрания сядет в тюрьму на срок своего пребывания у власти. Причем судить власть каждый избиратель будет исключительно из собственного убеждения в ее вине и заслугах. И никто ему не будет указом в этом его вердикте хозяина своим слугам.

Каждый гражданин России получит реальный кнут и пряник для власти и этими кнутом и пряником заставит президента и каждого депутата служить себе, а не их счетам в заграничных банках. Народ (демос) получит власть (кратос), и возникнет си­туация, которая и описывается словом «демократия». Других способов создать эту ситуацию нет.

Что в этом законе сложного и что в этом законе непонят­ного?

Принятие этого закона является целью «Армии воли народа» (воли — в смысле выражения своего властного мнения). «Армия» (АВН) провела опрос нескольких десятков тысяч человек, и девять из десяти живущих своим трудом граждан (от ученых до милицио­неров, от бизнесменов до рабочих) немедленно соглашаются, что такой закон нам необходим. Но заявляют, что власть такой закон никогда не примет. Это горе от ума. Разумеется, власть, прекрасно знающая и о законе, и об АВН, такой закон никогда не примет. Но народ может принять этот закон сам на референдуме. Для его ор­ганизации нужно иметь от 20 до 50 тыс. человек, чтобы они могли собрать необходимые 2 млн подписей в поддержку этого референ­дума. И цель АВН — сбор подписей для этого референдума. Как только в АВН вступит необходимое количество бойцов и референ­дум по принятию закона о суде народа над властью будет объявлен, то сторонниками АВН немедленно станут 95% избирателей. Люди прекрасно понимают необходимость этого закона, но не верят в свой ум и привыкли поступать «как все». И увидев, что ставят свои подписи в поддержку этого закона миллионы, они немедлен­но примкнут к нам. Но это буде*х. потом.

Это не месть депутатам или президенту. Если уж они довла-ствуют до того, что большинство народа не сделает их героями, а осудит, то их и четвертовать будет мало. Это всего лишь препят­ствие проникновению во власть подлецов и дураков.

Вот этот закон — это конец тирании глупости, это конец во­обще любой тирании!

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 32 | 1,499 сек. | 8.36 МБ