Планы Центральных держав

Планы Центральных держав

Увлекателен тот факт, что в Германской империи начала XX века не только лишь пангерманисты, представители дворянства, военные были сторонниками плана сотворения «Великой Германии», фаворита мирового общества. В Германии даже социалисты поддерживали эти планы. А их позиции в империи были достаточно сильны.

Германские социал-демократы опирались на таких авторитетов, как Маркс и Энгельс, Карл Маркс ещё в 1870 году поддержал войну с Францией как «прогрессивную». По его словам, французам нужно дать взбучку, т.к. победа приведёт к централизации германского страны, и это послужит делу объединения германского рабочего класса. К тому же Маркс и Энгельс были известными русофобами и считали, что главное препятствие для победы социализма в Европе – это «реакционная» Наша родина. Потому неважно какая война против Русской империи оправдана «высокими идеалами». Не были они и противниками большой общеевропейской войны, так, Энгельс в 1887 году писал: «Абсолютно можно быть уверенным исключительно в одном: всеобщее разрушение создаст условия для победы рабочего класса».

Такие видные германские социал-демократы, как Вильгельм Либкнехт (1826 – 1900), Август Бебель (1840 –1913), также считали, что нужно «встать на защиту европейской цивилизации от разложения её примитивной Россией». Германия, по воззрению германских социал-демократов, была фаворитом «мировой революции против плутократического Запада». Таким макаром, видно, что рвение к войне в Германии (об этом же говорилось в статье ВО: «Германия на пути к Первой мировой войне») было фактически общенародным, охватывая всю германскую общественность.

Так, даже писатель Томас Манн был приверженцем войны, выступал против пацифизма и публичных реформ, об этом свидетельствуют его статьи, которые вошли потом в сборник «Размышления аполитичного». Он писал, что война станет «очищением, освобождением, величавой надеждой. Победа Германии станет победой души. Немецкая душа обратна пацифистскому эталону цивилизации…».

Может быть, при другой ситуации Германия смогла бы преодолеть эту опасность, милитаризацию сознания, но для этого было надо, чтоб во главе страны был другой человек, более разумный, сдержанный, не таковой, как кайзер Вильгельм II (он правил с 1888 года по 1918 год). Де-юре его власть была ограничена, но в действительности это был абсолютный монарх, собственного рода предтеча «фюрера», исключительно в то время это был «культ кайзера», а не «вождя». Потому национал-социализм родился не на пустом месте, до него процветал пангерманизм и культ кайзера. Их также соединял воединыжды культ армии и силы. Вильгельм гласил: «Солдат и армия, а не парламентское большая часть и их решения соединили империю. Я надеюсь на армию». Военные в империи имели высокий статус, представители армии были неподсудны штатским властям, школьники и студенты оценивали себя с той точки зрения, а сумеют ли они устроить карьеру военного. Начальник Генштаба имел доступ к императору в хоть какое время денька либо ночи.

Нужно отметить, что немцы, как и другие западные народы, отличались большой беспощадностью в войне. Это было наглядно продемонстрировано в франко-прусской войне и других конфликтах. В 1900 году кайзер, отправляя экспедиционный корпус в Китай, инструктировал боец и призывал быть, «как гунны»: «Пощады не давать, пленных не брать. Тот, кто попадёт к для вас в руки, в вашей власти. Убивайте, сколько можете! … Вы должны действовать так, чтоб китаец уже никогда не посмел косо поглядеть на германца».

Когда в 1903-1904 годах в Германской Юго-Западной Африке на местности современной Намибии восстали племена гереро (банту) и нама (готтентоты), это восстание длилось до 1907 года, германские каратели убили 75 тыс. человек (до 80 % гегеро и половину нама), устроив реальный этногеноцид. Оставшиеся в живых были загнаны в пустынные районы либо концлагеря, людей принудили работать на германских бизнесменов, многие погибли от непосильного труда и истощения. К тому же оставшиеся в живых дамы племён (мужчины погибли в боях) подвергались насилию, и их вынудили заниматься проституцией. Таким макаром, те явления, которые обожают приписывать только Гитлеру и германским нацистам, существовали и до их, причём схожим же образом
действовали и другие западные колонизаторы. Чтоб осознать это, довольно почитать историю Ирландии, Индии, величавых племён Северной Америки, цивилизаций Центральной и Южной Америки и т. д.

Планы Центральных держав

В то время эти деяния не вызывали особенных протестов «цивилизованных народов» и их правительств (если дело не задевало их интересы), т. к. «дикари» за людей не числились. Любопытно, что, когда даже рейхсканцлер Бюлов возмутился и произнес кайзеру, что деяния германских войск не соответствует законам ведения войны, Вильгельм ответил: «Законам войны в Африке это соответствует».

Правда, в Германии были люди, которые считали, что главный неприятель – это Британия. Ряд германских деятелей во главе с адмиралом Тирпицем задумывались, что для мирового господства нужно одолеть англичан. А для этого нужен мощнейший флот и альянс с Россией, может быть, даже с Японией, для удачных действий в Тихом океане. Но тенденция на противоборство с Россией была посильнее, Тирпиц и его сторонники были в меньшинстве. Кайзер, правительство Теобальда фон Бетмана-Гольвега (был рейхсканцлером в 1909-1917 годы), армейское управление, промышленники были сторонниками войны с Францией и Россией.

После победы в войне Берлин планировал расширить свои владения за счёт Франции и Рф (Прибалтика, Финляндия, Королевство Польское, может быть, Украина и Крым). Совершить передел французских и английских колоний в свою пользу. Стать главной державой Европы и мира, с самым массивным флотом. Сделать «Великую Германию» — план т.н. «Срединной Европы», в которую должны были войти не только лишь германские земли, да и зависимые страны, местности. Такие как Швейцария, Италия, Бельгия, Голландия, Скандинавия, Балканский полуостров, Малая Азия.

Планы австрийцев

Основной неувязкой Вены была не неувязка доступа к наружным рынкам, источникам сырья — колониям, противоборство с Францией (основным противником в Западной Европе) и Великобританией (за господство в мире), как у Германии, а вопросы, связанные с своими межнациональными противоречиями. Они уже приводили к восстаниям в 19 столетии и могли привести к смерти «лоскутную империю» Габсбургов.

В Русской империи большая часть народов либо не имели своей государственности (находясь на стадиях первобытнообщинного строя, некие обладали только зачатками государственности), либо, как, например, поволжские татары и прибалтийские немцы, соединились с русскими в крепкий симбиоз, стали «русскими», участвуя в созидании империи. В Австро-Венгерской империи подобного единения не было. Все народы имели крепкое самосознание, историю собственной государственности, так, чешская государственность была сотворена в конце IX века, а венгерская в X веке.

Сопротивление венгров привело к тому, что в 1867 году, после поражение в войне с Пруссией Габсбургам пришлось сделать т.н. дуалистическую монархию. Венгрия, которая включала также Трансильванию, Банат и Хорватию, получила полную автономию. Была восстановлена венгерская конституция эталона 1848 года. С «Восточной империей» Венгрию соединяла воединыжды династия и некие общие ведомства — военное, зарубежных дел, отчасти деньги.

Но это событие вызвало недовольство других народов – поляков, чехов, русинов, словаков, хорватов и т. д., потому что австрийцы и венгры сейчас были выделены в «главные» цивилизации. Потому посреди их находили неплохую почву националистические, сепаратистские, панславистские настроения. Вывод предложил наследник престола – эрцгерцог Франц-Фердинанд (1863 — 28 июня 1914). Он предлагал сделать триалистическую империю: Австро-Венгро-Славонию, чтоб успокоить славянские народы, сделать их равноправными. Но эта мысль вызывала сопротивление германцев и венгров.

Планы Центральных держав

Франц Фердинанд Карл Людвиг Йозеф фон Габсбург эрцгерцог д’Эсте

Основным врагов в Вене считали Сербию. Причём боялись не только лишь подрывных действий сербов в Боснии и Герцеговине, а самого наличия сербского страны, которое подавало «плохой пример» славянам Австро-Вен
грии. Неизменной головной болью Вены была дума о вероятном восстании в Боснии, которое станет запалом для мятежа поляков, чехов, словаков, галицийских русинов, словенцев и приведёт к распаду империи. Потому, когда в Балканских войнах 1912 – 1913 годов Сербия стала победителем и расширила свои владения за счёт Новопазарского санджака и Косово (разделили с Черногорией), северной Македонии, в Вене совсем одолела «партия войны».

Мысль превентивной войны с сербами стала считаться актуальной необходимостью. Сербию планировали разгромить, высадить на престол верную Вене династию, провести демилитаризацию, урезать местность.

В то же время военно-политическая элита Австро-Венгрии боялась большой общеевропейской войны, которая могла также стать толчком для развала империи (что вправду и вышло). Вена желала провести маленькую, локальную войну на Балканах, без вмешательства других величавых держав.

Планы Центральных держав

Турция в планах Берлина

Берлин специально подталкивал Вену к вмешательству в дела Балкан, чтоб привязать империю Габсбургов к для себя, т.к. без поддержки Германии воплотить свои планы австрийцы не могли. Были и другие предпосылки, почему Берлин был заинтересован в проникновении Австро-Венгрии на Балканы – таким макаром, регион попадал и под воздействие Германии, её сильной экономики. Балканский полуостров был должен войти в «Срединную Европу», стать рынком сбыта для германских продуктов.

Через Балканы шёл путь в Малую Азию, Османскую империю и далее — в Персию, Египет. Эти местности занимали принципиальное место в планах пангерманистов. Турция рассматривалась как союзник, рынок для сбыта продуктов, объект для колонизации и плацдарм для предстоящего продвижения на Ближний Восток. Так, ещё Бисмарк гласил: «Тот, кто вожделеет враждовать с Россией, должен дружить с Турцией».

Многие пангерманисты считали, что Сирия, Палестина, Месопотамия, Малая Азия должны стать регионами для германской колонизации, это единственные местности, которые ещё не захватила ни одна величавая держава. Ещё до войны шло «мирное завоевание» этих территорий, раскрывались консульства германских компаний, банков, школы, приюты, миссионерские общества.

Кайзер в 1898 году объявив себя «покровителем мусульман», он планировал использовать большие людские и природные ресурсы исламского мира для борьбы со своими противниками, для утверждения мирового господства Германии в мире. Вильгельм заявлял, что миссия германцев — это стать «вождями Востока в борьбе с Западом».

Планы Стамбула

Планы Центральных держав Фавориты младотурков (иттихадистов — партии «Единение и прогресс»), которые де-факто правили Османской империей, были фаворитами турецкой «партии войны». Сначала 1913 года всю власть в партии и монархии захватил «триумвират» — Энвер-паша (военный министр), Талаат-паша (председатель ЦК партии младотурок, министр внутренних дел), Джемаль-паша (начальник гарнизона Стамбула, министр морского флота).

Младотурки считали, что германскую помощь нужно использовать для модернизации империи, её армии, флота, системы управления, развития инфраструктуры и т.д. Их идеология основывалась на панисламизме и пантюркизме. Причём младотурецкий пантюркизм почти во всем перенял идеи пангерманизма. Провозглашалось приемущество «тюркской расы» над другими народами. Тут пантюркизм заходил в противоречие с исламом, который не признавал расового либо государственного приемущества – негры, арабы, турки, славяне и пр. ставшие мусульманами были равны перед Богом и законом. К тому же многие фавориты младотурецкой партии не могли (как и многие вожди грядущего Третьего рейха) повытрепываться «чистокровным» турецким происхождением, в их корнях были греки, славяне, евреи, выходцы с Кавказа, принявшие ислам.

Иттихадисты считали, что в мире должно установиться господство ислама и мусульман, а в мусульманском обществе будет доминировать «тюркская раса». По воззрению панисламистов, цивилизация до XX века принадлежала только мусульманам
, вся глобальная наука и культура вышла из государств ислама, и её переняли европейцы, покорение арабами и турками государств приводило к их просвещению. Могущество исламского мира упало из-за внутренних противоречий. Всех мусульман Африки, Азии, Европы призывали слиться вокруг халифа, другими словами турецкого султана.

Стамбул наметил программку по воссозданию массивного флота, планировали приобрести 6 линейных кораблей, 12 эсминцев, 8 подводных лодок и пр. корабли. Готовили арабских политиков родом из Египта, Туниса и других государств, чтоб по мере надобности поднять эти страны на «священную войну» против колонизаторов. Так, в 1913 году российский военно-морской атташе в столице Турции докладывал, что младотурки планирую подорвать «Магрибскую бомбу» в тылу западных государств.

Появилась мысль сотворения «Великого Турана», т.к. большая часть турецких владений в Европе были утеряны, планировалось развивать экспансию в Азии. Тюрки объявлялись «чистокровной высшей расой», которая должна «восстановить» Величавый Туран от Дуная и Малой Азии до Алтая и Жёлтого моря. Естественно, что основным противником для сотворения «Великого Турана» виделась Наша родина, которая «оккупировала» значительную часть «тюркских» земель на Кавказе, в Средней Азии, Крыму, местности от Среднего Поволжья до Алтая.

В 1910 году в парламент (меджлис) занесли резолюцию о запрете смешанных браков для турков. В этом же году младотурецкая партия выдвинула девиз: «Турция – только для турков». В Турции не было места ни армянам, ни грекам, ни курдам, ни другим народам. На съезде партии доктор Назым (видный идеолог партии) заявил: «На Востоке в Азии имеются безграничные просторы и способности для нашего развития и расширения…», нам нужно «выполнить наш священный долг: выполнить объединение тюркских племён от Каспийского до Жёлтого моря». По его воззрению, армянская государственность на востоке Турции была «могильным камнем» для программки туранизма, и поставил вопрос о полном ликвидировании армян в восточных провинциях империи как о единственном вероятном решении этой препядствия. В принципе, турки так и поступили, устроив в 1915 году геноцид армян.

Идеи Назыма поддерживал бек Агаев (азербайджанец), который считал, что в будущую империю должны войти Балканский полуостров, Крым, Кавказ, север Прикаспия, Туркестан (так тогда называли огромную часть Средней Азии), часть Сибири, северная часть Китая, Афганистан. Некие создатели дошли ещё далее и через «древних туран» установили «родственные связи» с гуннами, а через их и с финно-угорскими народами и добивались включить в будущую империю все Поволжье, Финляндию и Венгрию. Причём каким-то образом в состав империи включали Курильские острова, Японию и Тайвань.

Текин Альп в собственной работе «Туран» выдвинул «программу минимум» и «программу максимум». В «Малый либо Новый Туран» (по программке минимум) должны были войти земли от современной ему Османской империи до Байкала, от Казани (Среднее Поволжье) до Монголии. Программка максим – создание «Великого Турана», должна была расширить границы «тюркской расы» до Северного Ледовитого океана, Скандинавии на севере и Стране восходящего солнца на востоке. Провозглашалась эпоха «новой чингизиады», когда тюрки и мусульмане «огнём и мечом» были должны установить мировое господство.

В стране одно за другим рождались пантюркистские организации, движения, вроде «Тюркского очага», «Тюркской мощи», «Тюркской родины» и пр. В программке движения «Тюркская мощь» говорилось: «Железный кулак турка вновь опустится на планетку, и весь мир будет дрожать перед ним». Газеты призывали к «мести» и возрождению «воинского духа», газета «Азм» писала в 1913 году: «Каждый турецкий боец должен возвратиться во времена варварства, хотеть крови, быть свирепым, убивать малышей, дам, стариков и больных».

Понятно, что управление страны было более адекватномыслящее и понимало, что пока сил на реализацию этих планов нет. Потому начало глобальной войны за мировое господство планировали начать приблизительно в 1925 году. А «Великий Туран» сделать в 1930-е годы. На первом же шаге собирались при помощи Германской и Австро-Венгерской империй сокрушить Россию и за её счёт начать экспансию на восток – на Кавказе и в Средней Азии. После разгрома Русского страны и получения власти над мусульманами, тюрками Рф, Стамбул рассчитывал сравняться в мощи с Германией и достигнуть «превосходства над вырождающейся французской и британской цивилизацие
й».

В 1908-1914 годы турки проводили огромную работу на землях Русской империи – в Закавказье, Северном Кавказе, Туркестане. Их наводнили турецкие агенты, эмиссары, негоцианты, миссионеры, паломники. Раскрывались исламистские училища, создавалось подполье, ввозилась незаконная литература, листовки.

Отношение Берлина к планам Стамбула

Германцев эти идеи «туранизма» полностью устраивали. Турки становились неприятелями Британии — в Персии, Египте, Рф – на Кавказе, в Чёрном море, отвлекая их силы от Германии. Естественно, в Берлине не относились серьёзно к созданию «Великого Турана» до Жёлтого моря, но вот Кавказ полностью можно было дать под власть турков, чтоб он вошёл в сферу воздействия Германской империи.

У пангерманистов были и свои превосходные планы в отношении Чёрного моря, Крыма, Кавказа. Были планы сделать Чёрное море «немецким озером», захватив побережье Украины, Крым, кавказское побережье Рф. Германские агенты под видом туристов, геологов, археологов, ориенталистов изучали Кавказ и другие местности Рф. Была сотворена «Лига инородческих народов России», которая должна была посодействовать в дроблении Русской империи. Хотя понятно, что эти планы были «планом максимум», прагматики задумывались о захвате Королевства Польского, Прибалтики, отторжении Финляндии; Украину, Крым и «немецкое» Поволжье оставляли на случай значимых фурроров в войне.

В Берлине считали, что войну нужно начинать не позднее 1914 года. В 1911-1912 годах приняли законы о чрезвычайном военном налоге, увеличении вооруженных сил, программке модернизации вооружений. Эти шаги были рассчитаны до 1916 года, но потом сроки уменьшили до весны 1914 года. Франция в 1913 году приняла закон о 3-х летней службе, который увеличивал её армию. Наша родина в марте 1914 года приняла новейшую военную программку, которая могла кардинально поменять соотношение сил в Европе. Мольтке писал, что «после 1917 года мощь Рф будет неодолимой», она станет «доминирующей силой в Европе». В мае 1914 года в Карлсбаде было проведено совещание начальников Генштабов Германии и Австро-Венгрии, где были совсем согласованы планы.

Была ещё одна важная причина, которая толкала Берлин начать войну, – империя была на грани банкротства из-за цены вооружений и экономического напряжения империи. Было надо либо начинать войну, либо столкнуться с ожесточенным финансово-экономическим кризисом. В таковой же ситуации Гитлер оказался в 1939 году, а США — перед развалом СССР и сначала 2000-х годов.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 34 | 0,755 сек. | 8.6 МБ