Убеждения на звания не меняют, либо Малость о непризнанных героях

Убеждения на звания не меняют, или Немного о непризнанных герояхТак вышло, что Родиной многие из нас называют не конкретное правительство, а всю местность от Восточной Европы до Далекого Востока. Сепаратистские настроения характерны только отдельным, очень малочисленным группам величавой постсоветской общности, а большая часть из нас так и не поняло произошедшего разъединения. Не только лишь славяне, да и население Северного Кавказа до сего времени чувствуют себя единым народом постсоветского места. Мы чтим наших общих героев и негодуем от вопиющих попыток переписать мировую историю двадцатого века. Реальная статья посвящается не русскому, а русскому герою, гордиться которым имеет право каждый, рожденный в СССР. Его умопомрачительная судьба может послужить уроком нескончаемой преданности Отчизне для юного поколения, волей судьбы разбитого официальными границами.

Петр Денисович Грищенко появился на свет в тяжкий период для страны. Это был июль 1908 года – время неопределенности, смуты, ужасного кризиса политической и экономической системы. Биография грядущего командира началась с учебы в церковно-приходской школе в Одесской области, потом последовали будни в жд средней школе. В молодости Петр Денисович много трудился, при этом работал в самых разных областях. Сначала работа носила только физический нрав и была так тяжеленной, что в один прекрасный момент мальчишка чуть не умер, утратив сознание в душноватом котле.

В 23 года Петр Денисович закончил Военное Морское училище им. Фрунзе, при этом закончил с различием. С 1931 года начинается его славная военная карьера. Первым судном, на борт которого он поднялся в качестве лейтенанта, был эсминец с гордым заглавием «Карл Либкхнет». Но грезил юный лейтенант о субмаринах, его приманивала голубая пучина и умопомрачительная судьба подводника. Грищенко еще в училище выделился собственной целеустремленностью, данное качество посодействовало ему достигнуть перевода на священную подлодку. «Пантера» стала первой подводной лодкой в жизни юного офицера. Это было устаревшее судно, но командовал экипажем достаточно опытнейший мореплаватель Лев Рейснер. 1-ый опыт подводного путешествия навряд ли можно запамятовать, помнил его и Грищенко.

После потянулись служебные будни, но именовать их сероватыми было нельзя. Внимательный и осторожный лейтенант как губка впитывал все, что было связано с практическими способностями управления субмариной. Как показало время, учеником Грищенко оказался очень неплохим. Служба на «Декабристе» дозволила Петру Денисовичу не просто набраться опыта, да и выделиться. Уже в 1933 году он становится ассистентом командира на «Д-1».

В 1935 Грищенко удачно оканчивает курсы подготовки для командиров подлодок и назначается поначалу ассистентом, а мало погодя и командиром «Д-5». 1-ые месяцы в давно ожидаемой должности пролетают одномоментно, 27-ми летний командир обучается организовывать команду. 1-ые успехи были приметны сходу, все познания, приобретенные в учебных заведениях, и практический опыт был вложен в проф становление на флоте.

Но Грищенко не останавливается на достигнутом и кончает Академию имени Ворошилова. После получения диплома, он вновь ворачивается на флот, и назначается на легендарную «Л-3». Возвращение на флот после окончания Академии было шокирующим поступком для русских чиновников, но оглядываться на чужое мировоззрение Петр Денисович не привык. Дела с партийным управлением у Грищенко не складывались. Командир-академик был очень прямолинеен и тверд, что совсем не соответствовало требованиям русского времени. Он не мог соглашаться с бесталантными советами и советами, в итоге чего повсевременно был объектом жалоб. В период пребывания его в должности Л-3 потопила 18 вражеских кораблей, а после его протеже добавил к этому количеству еще 10. Умопомрачительно, но Грищенко никогда не был даже представлен к званию Героя СССР.

Убеждения на звания не меняют, или Немного о непризнанных героях Награды Грищенко на флоте не признать было нельзя, после его ухода многие создатели даже рассматривали его особенный стиль либо «почерк». Некие маневры на подлодке носили колер гениальности. Большая часть исследователей сходятся во мировоззрении о том, что фортуны Петра Денисовича обусловлены грамотным управлением, предусмотрительностью и прохладным расчетом. Осторожность, которую недруги нередко пробовали выдать за боязливость, в купе с решительностью дали тот итог, который мы имеем возможность рассматривать. Во время командования минным заградителем Грищенко не раз сталкивался с внештатными ситуациями, требующими решительных и нестандартных действий. Так, к примеру, в сентябре 1942 года Петр Георгиевич скрылся от обнаруживших его эсминцев, нырнув на Л-3 под разлившуюся нефть. Враг не сумел штурмовать субмарину, потому что углеводороды горели сплошной стенкой. Неприятельским судам пришлось бросить советскую подлодку. Но маневр востребовал слаженной работы всей команды подводников. Л-3 на полном ходу погрузилась под бушующее пламя, а потом, выключив все движки, легла на дно. Решение было вправду смелое и оригинальное, оно позволило не только лишь спасти весь экипаж, да и увести подлодку от преследования и спасти ее от повреждений. После инцидента Грищенко вывел экипаж и провел дополнительные учения вопреки воззрению административных работников, чем в очередной раз заслужил поток жалоб и докладных.

Проявился талант Грищенко и в небезопасной ситуации с постановкой мин. В один прекрасный момент, когда экипаж выставлял мины, активирующиеся через маленький просвет времени пребывания в воде, одна из их зацепилась за обшивку лодки, и только благодаря опытному и выдержанному маневрированию от небезопасного спутника удалось избавиться.

Были в практике Петра Денисовича и суровые трагедии. Так, у острова Бронхольм субмарина легла на дно, с целью устранения тяжелейших повреждений, нанесенных противником. Ремонт подлодки происходил конкретно под неприятельскими кораблями, но был выполнен удачно. Подводникам пришлось не только лишь работать в тяжелейших критериях, боясь быть найденными, они были обязаны биться с подводным течением. Оставалась Л-3 и без перископов, но без несчастий пришла в порт. За весь период службы в подводном флоте Грищенко никогда не допустил ошибки, его решения всегда оказывались единственно верными. Боевая фортуна командира базировалась на его умении соединять осторожность и решительность, просчитывать все вероятные последствия и предотвращать ненужные последствия. Единственным препятствием признанию его со стороны СССР был его «вздорный», как гласили многие, нрав.

Убеждения на звания не меняют, или Немного о непризнанных героях Но подвиги Грищенко так и не признаны официальной властью. Этот человек не был представлен ни к званию Героя СССР, ни к званию Героя Рф. Не много того, всю свою жизнь Петр Денисович прожил в маленькой коммунальной клетушке с обилием соседей, сталкиваясь с необходимостью часами выжидать собственной очереди в ванную, на кухню либо даже в туалет. Отдельную благоустроенную квартиру ему дали только за пару лет перед гибелью, а героем не признали до нынешнего денька. Все свои литературные работы он написал в этой малеханькой комнате, перегороженной самодельной перегородкой на две половины.

Повинет оказался все тот же нестандартный и несгибаемых нрав, сделавший Петра Денисовича настолько знатным посреди подчиненных. К огорчению, бюрократы схожих людей не только лишь не ценили, да и боялись. В итоге с первого марта 1943 Грищенко отстранили от командования Л-3. Сказать о том, что это был удар для подводника, означает — ничего не сказать. Переживал Петр Денисович очень очень, но был обязан подчиниться приказу. Вдалеке от моря он сумел заниматься умственным трудом, потому что должность начальника противолодочной обороны ему откровенно не нравилась и времени ей он уделял мало. Административные функции не достаточно заинтересовывали Грищенко, его приманивала только голубая пучина, а сердечку не хватало обычного рокота мотора и винта, разрезающего глубины.

В 1945 году Петр Денисович все таки ворачивается на флот, но к более большим по
дводным лодкам его не допускают. Он становится командиром дивизиона «малюток». Недолгое свидание с морем оборвалось в 1946, когда подводник вновь был переведен в штаб. На этом карьера на флоте завершилась. За время собственной службы Грищенко подготовил смену в лице Коновалова, который оправдал возложенные на него командиром надежды. Он продолжил подрывать мощь врага на Л-3. После ухода Петра Денисовича конкретно Коновалов был назначен на должность командира знаменитого минного заградителя и до конца войны уничтожил еще 10 неприятельских кораблей.

С 1947 году Петр Денисович перебегает к совсем иному роду деятельности: преподавательской и научной работе. Прибыв в Военно-Морскую академию, непризнанный герой с энтузиазмом приступает к исследованиям на кафедре Томашевича. Сейчас большая часть статей посвящается конкретно карьере Грищенко на флоте, но из виду совсем упускается его научная деятельность. Все же, если посмотреть на всю жизнь этого человека в целом, понимаешь, что состояла она будто бы из 2-ух различных, но взаимосвязанных частей. Везучий подводник подарил русской военной науке много нового и увлекательного. Его работы «Анализ использования подводных лодок в ВОВ», «Соль службы», «На минном заградителе», «Мои друзья подводники» до сего времени изучаются и пользуются популярностью посреди офицеров.

Карьеру в научной области также сделать не удалось, невзирая на блестящие познания и желание передать их последующему поколению. Неприязнь чиновников и тут была вызвана смелыми и откровенными суждениями Грищенко. Случались даже переводы с 1-го места на другое только с целью избавиться от прямолинейного академика.

Убеждения на звания не меняют, или Немного о непризнанных героях История Петра Денисовича, к огорчению, не единственная. Многие истинные заслуженные герои не получили собственных наград только так как их суждения не были угодны власть имущим. Унизительная ситуация с предоставлением отдельного жилища несет противный и даже зазорный колер. Умопомрачительно, что таковой человек как Грищенко, по воззрению столичной администрации, не заслужил права на отдельную жилплощадь. Его единственным увлечением в преклонном возрасте было творчество. Он увлеченно писал очень ценные как в научном, так и в художественном плане книжки, но сталкивался с недопониманием со стороны чиновников.

В собственных интервью Петр Денисович фактически не сетовал на бытовые задачи, он с жаром вспоминал друзей, действия военного времени. Особую гордость прошлый командир испытывал за собственного протеже Коновалова, награжденного званием Героя СССР. Грищенко был человеком очень образованным, потому никогда не позволял для себя выказывать обиду за отказ от признания его собственных наград перед Отечеством. Только сейчас мы вспоминаем этого человека и называем его непризнанным героем. Мы считаем его таким вне зависимости от соблюдения формальностей и нахождения на то согласия действующей власти. Грищенко получил нечто большее, чем официальное звание, его признал героем сам люд. Память о Петре Денисовиче еще длительно не сотрется в памяти российских людей, что куда более значимо, чем росчерк пера безликого бюрократа на бумаге с трактовкой «герой».

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 33 | 0,858 сек. | 8.59 МБ