Украинствующие и мы (Часть 3, окончание)

Украинствующие и мы (Часть 3, окончание)Не отдадим земли российской!

Я отлично знаю, что многие в эмиграции не отдают для себя яснаго отчета а том, какие принципиальные обязательства лежат на их плечах. Не понимают, что при всяких обстоятельствах, всюду и везде, нужно проявлять эту народную волю, о которой гласить Александр Шульгин со слов Эрнеста Ренана.

И мне охото потому обратиться к моим землякам; к тем эмигрантам, что родом из южно-русских губерний; к древним друзьям умолкнувшего, но еще как-то звучащаго "Кiевлянина". 20 лет тому вспять, в преддверии недоброй памяти 1918 г., вы, Киевляне, собственной твердостью и дружеским своим единством, наперекор Австро-Германской буре и вопреки революционно-украинствующей дурачься, отстояли для мамы городов российских его Киева, тысячелетнее, священное и царственное, российское имя. Сейчас пришло время, чтоб вы опять произнесли свое веское слово, вспоминая изречение Летописца: "на чем город порешит, на том и пригороды станут". Скажите вашим сыновьям и внукам:

— Ни при каких случаях, ни по каким принципиальным либо мелочным суждениям не именуйте себя украинцами. Читайте яростно-украинствующаго Чигирина, из его слов вы удостоверьтесь, что более настояших, подлинных, извечных российских, чем вы, южане, не существует на свете! Вы имеете и бесспорное право, и святую обязанность ваше российское имя не только лишь сохранять и сберегать, но ярко, сочно, ярко, выявлять и утверждать во окружающем мире, — конкретно на данный момент, в мутную эру, когда украинствующие воры обкрадывают вас на каждом международном перекрестке. Дайте им отпор! Поднимите перчатку! На всякое украинствующее на вас покушение с характером, подходящим и вашей юности и значимости предмета, отвечайте модернизированными словами Святослава: не отдадим земли российской!

Нечто французское.

Но потому что прошлый министр зарубежных дел державы украинствующих любит разъясняться по французски, то мы считаем приятным долгом предложить вниманию его превосходительства нечто на дипломатичном языке.

18 декабря 1938 г. парижская газета "Matin" напечатала нижеследующия слова Великаго Князя Владимира Кирилловича.

"Si je dois rtgner un jour, ce serait sur toute la Russie, Comment a-t on pu me preter l’ intenton de revendiquer separement l’ Ukraine, ou meme d’ en accepter le trone? C’ est ignorer l’ histoire de la Russie imperiale. L’ Ukraine n’ en a jamais ete separee, elle en a ete lee berceau. La Russie s’ est agrandie en partant d’ elle. Elle fait la partie du territoire russe…" (*)

(*) "Если мне предначертано когда-нибудь царить, я буду царить над всей Россией. Как могли мне приписать намерения предъявить мои права лишь на Украину, либо же, тем паче, принять украинский престол? Это означает не знать истории Императорской Рф. Украина никогда не была от Рф разделена, она была ея колыбелью. Наша родина выросла из Украины. Украина — часть российской земли…"

Из этого французскаго текста для украинствующих дипломатов должно быть ясно, что дух Владимира Святославовича Великаго Князя Киевскаго живой в Величавом Князе Владимире Кирилловиче, коему при подходящих обстоятельствах предначертано быть Царем Всероссийским. Слова Великаго Князя, в каких ощущается сразу верность традициям протцов и горячность своей юности, оживляют в сердцах будущих подданных будущаго Сударя веру в династию Романовых, как продолжателя великаго дела Рюриковичей.

Этой же верой были исполнены гетман Богдан Хмельницкий и его сподвижник Выговский, когда они в 1654 году гласили королевскому послу вельможе Бутурлину:

"Милость-де Божья над нами, яко же древле при Величавом Князе Владимире, так же и сейчас сродник их Величавый Правитель и Величавый Князь Алексий Михайлович, всея Руси Самодержец, призрел на свою государеву вотчину Киев и на Малую Русь милостью своею; яко орел покрывает гнездо свое, тако и он, сударь, изволил нас принять под свою царскаго величества высшую руку, а Киев вся Малая Русь вечное их государскаго величества".

(Акты, относящиеся к истории Южной и Западной Рф, Томь X. СПб. 1878).

Мы бы рекомендовали А. Шульгину это историческое свидетельство о том, с какими эмоциями Малая Русь присоединилась к Величавой, перевести на французский язык, чтобы его друзья дипломаты имели правильное представление об Аншлюссе 1654 года.

Мы.

Совместно с тем нам кажется, что и А. Чигирину и А. Шульгину, равно, как и другим украинствующим, которые сделают мне честь прочитать реальную статью, будет, в конце концов, приятно выяснить, кто же эти Мы, настолько дерзновенно начертанные в названии.

Мы — это те, что окружали вещаго хранителя Рюрикова дома, в 882-м году, когда он прорицал, смотря на Киев: "это будет мама городов российских!"

Мы — это те, что восемь веков спустя, вкупе с Богданом Хмельницким, не дозволили, чтоб "на Руси не стало Руси", как этого и тогда сейчас от нас добивались и достигают.

Мы — это те, что в 1654 году позвали на осиротелый престол Южной Руси царя Руси Северной, из дома Романовых.

Мы — это те, что сейчас в 1938 году, стремятся слиться вокруг наследника "Рюриковичей и Романовых" (**).

(**) Мы — это также и те отвердевшие в собственных мнениях республиканцы, которые не связывая собственных надежд с воскрешением Династии, все таки жаждут узреть "люд освобожденным" от рабства Украинствующаго сепаратизма.

Мы — это те, что имеют в сердечко твердую веру: придет пора, когда заместо ереси и человеконенавистничества украинствующих раскольников восторжествует правда, согласие и любовь под высочайшей рукою Единой Неделимой Рф!

Прикарпатская Русь.

И еще есть одни мы, о которых охото сказать в последнем слове.

Племя, окруженное со всех боков грозно направленными на их штыками: чешскими, польскими, мадьярскими, германскими… И с каждаго железного острия, свирепо, как та капля, что точит камень, падает:

— Предайте свое российское имя. Отрекитесь. Назовитесь украинцами. И отлично для вас будет, и все блага земли посыпятся на вас.

Но малый этот люд, прошедший серьезную школу длинноватого ряда веков, закалившийся в собственной малости, оставленности и одиночестве, стоит твердо у подножия Карпатских гор. Он старается удержать российское знамя на самом западном клоке российской земли. Пусть же там, где раз в день входит дневное светило, совершится волшебство: российское солнце да взойдет на закате! Ex occidente — lux!

В сей день в совсем внезапном нюансе реализуются вещiя слова Столыпина:

"Твердо верю, что загоревшийся на Западе свет Российской Государственной Идеи не погаснет, но осенит всю Россию!"

Но если волшебство не случится, если Прикарпатская Русь упадет под нестерпимым давлением украинствующего круга, ее обступившего, не кидайте в нее камнем. Напротив, поставьте ей монумент в сердечко собственном. И пусть в нем будут вырезаны слова, настолько уместно прозвучавшие из уст мужественного представителя Галицкой российской молодежи на Талергофских могилах:

"Не надо ни пЪсен, ни слез покойникам,

Дайте им наилучший почет:

Идите без ужаса по мертвым тЪлам,

Несите их знамя вперед…"

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 33 | 0,481 сек. | 8.76 МБ