Южное направление китайского удара. Конец «Чимерики» и будущее Евразии

Южное направление китайского удара. Конец «Чимерики» и будущее ЕвразииОт редакции. В конце августа наш портал опубликовал коллективное исследование команды создателей TA «Новый мир без всемогущества», в каком были проанализированы имеющиеся в США другие концепции китайско-американских отношений, которые развивают тему конца либо значимого ослабления геоэкономического союза 2-ух держав. Одна из этих концепций принадлежит руководителю «Eurasia Group» Ян Бреммеру, создателю геополитического блокбастера ««Каждый за себя: фавориты и проигравшие в мире G-0».

Согласно Бреммеру, после разрыва геоэкономической связки Китаю нужно позволить производить экспансию в северном направлении, другими словами дать возможность усиливаться за счет все более слабеющей Рф. Наш неизменный создатель, воронежский историк, публицист и геополитик Станислав Хатунцев выражает колебание, что данное направление экспансии в состоянии реально заинтриговать Китай. С его точки зрения, еще больше оснований считать, что приоритетной целью Поднебесной в мире G-0 станет торговая и военная гегемония в Южно-Китайском море. А, означает, столкновения с интересами США и их союзников в Тихом океане избежать будет нереально.

* * *

США и КНР – наикрупнейшие в экономическом и военно-политическом отношении силы современного мира. Их сотрудничество, диалектически перетекающее в соперничество, и соперничество, настолько же диалектически оборачивающееся сотрудничеством, является и будет являться одним из основных сюжетов глобальной геополитической динамики в текущем столетии.

Как понятно, южноамериканский политолог Ян Бреммер подразумевает пришествие эры Огромного Нуля (G-0), во время которой США скинут с себя имеющиеся у их денежные обязательства, и сначала – наружные. Китай – один из основных держателей этих «обязательств», и схожее развитие событий поставит эту страну на грань экономической и политической катастрофы. Потому возникнет необходимость, по выражению Дмитрия Дробницкого, Китай «чем-то задобрить».

Поднебесную. Бреммер предлагает «задобрить» нефтеносной Сибирью и дальневосточными широтами, принадлежащими нашей Родине. Другими словами, заморский политолог выступает за то, чтоб подтолкнуть КНР к началу геоэкономической экспансии в сторону Рф:

«Согласие Китая на Большой Ноль и связанные с этим трудности для экономики Поднебесной покупаются за счет согласия Америки на экспансию КНР в северном направлении».

Думается, что мысль Бреммера в целом несостоятельна – Китай на её полномасштабное воплощение не сподобится – как не сподобилась и в прошедшем веке Япония, которая в годы Штатской войны даже оккупировала дальневосточные окраины Рф, но стремительно эвакуировала свои войска в силу бесперспективности продолжения этой оккупации.

По поводу Страны восходящего солнца большой муниципальный деятель ограниченного лагеря Пётр Николаевич Дурново в собственной записке Николаю II ещё в феврале 1914 года отметил:

«Завладев Кореею и Формозою (полуостровом Тайвань – С.Х.), Япония севернее чуть ли пойдет, и ее вожделения …скорее будут ориентированы в сторону Филиппинских островов, Индокитая, Явы, Суматры и Борнео[1]. Самое большее, к чему она, может быть, устремилась бы – это к приобретению, в силу чисто коммерческих суждений, неких последующих участков Маньчжурской стальной дороги»[2].

В предстоящем прогноз российского сановника блистательно подтвердился. Держава Ямато пошла конкретно в том геополитическом направлении, которое указал П.Н. Дурново. Ради сотворения «сферы сопроцветания Величавая Восточная Азия», в которую должны были войти Китай и европейские колонии, лежащие южнее его границ (прямо до Австралии), правительство микадо, установив контроль над всею Маньчжурией, отважилось развязать в бассейне Тихого океана неслыханную в этом регионе войну.

Стратегические перспективы современного Китая, как и Стране восходящего солнца 20 – 30-х годов прошедшего века, лежат не к северу от его пределов, а в Южных морях и в Юго-Восточной Азии, также – в интеграции, поначалу экономической, а позже и политической, с Японией и Кореей. На этом геопол
итическом фоне русский Далекий Восток совместно со всей Сибирью представляет для «жёлтого Дракона» второстепенный, узенький и очень специфичный энтузиазм.

В Китае, естественно, много желающих «прирасти» Сибирью. Все же, Пекин не захотит, ну и не сумеет, сделать сибирское направление основным вектором собственного геополитического движения.

Огромную часть того, что Поднебесной необходимо получать от Рф, она уже издавна получает – причём на прибыльных себе критериях, и сориентировать свою стратегию на овладение Севером будет для пекинских политиков страшенной тупостью. В этой глупости китайское управление пока не увидено, и если его не накроет «головокружение от успехов», лишившее державного разума правителей другого соседа Рф – Турции, ввязавшейся в сирийский конфликт, то политический маразм ему не угрожает.

Статус-кво, сложившийся на нашем Востоке, Пекин полностью удовлетворяет. В его (но никак не в русских) интересах – быть там не владельцем, а муниципальным браконьером, коим он на данный момент и является.

Поднебесная реализует на мировом рынке сначала готовые продукты, а Наша родина – сначала сырьё. Ясно, что Китай заинтересован в том, чтоб иметь его как можно больше и как можно дешевле, также – в бесперебойной доставке сырых товаров и полуфабрикатов. Всё это у него уже есть.

Аннексии в Сибири и на Далеком Востоке Пекину, в сути, не необходимы, а неконвенциальную «контрибуцию» – в виде низких цен на сырьё и его поставок в подходящих количествах — Наша родина из-за коррупции, боязливости, лени, бездарности, бесхозяйственности и безответственности властей предержащих платит Китаю уже издавна. Процветает в регионе и простое хищничество представителей Поднебесной – как муниципальных и публичных организаций и компаний, так и личных лиц. Чего ещё вожделеть тут Пекину???

По правде: Сибирь и Далекий Восток – «трудные», малоосвоенные места, природно-климатические условия там никак не райские – в особенности для уроженцев южных широт, к коим по большей части и относятся обитатели Китая. Брать их на баланс Поднебесной просто нерентабельно, так как та инфраструктура востребует столько средств на свое развитие и для неизменного поддержания, что станет для её казны поистине золотой. И никакое удешевление ресурсов, которые Китай может получить в свое хозяйственное владение, этих запредельных трат не окупят: данные ресурсы уже на данный момент предоставляются ему чуть ли не даром, в особенности – в сопоставлении с глобальными ценами.

Большие вложения в Сибирь и Далекий Восток приведут к существенному удорожанию китайских продуктов, которые благодаря этому растеряют свои ценовые достоинства и могут вообщем потерять конкурентоспособность на наружных рынках. Пока же в инфраструктуру региона вкладывается Наша родина, Поднебесной можно не волноваться.

Для массированного заселения китайцами эти местности также малопригодны – в силу тяжёлых для их природно-климатических критерий и всё той же недоосвоенности.

Довольно подходящими для восточноазиатской колонизации являются только области Приморья и Приамурья, которые, кстати говоря, отчасти были населены народами, тяготевшими к дальневосточной цивилизации. Некие из этих народов, к примеру, дауры с дючерами, были полностью культурными землепашцами.

В целом, рубежи относительно применимого для жизни выходцев из Восточной Азии края совпадают с границами Столичного королевства и Маньчжурской империи, установленными Нерчинским контрактом 1689 года. Т.е. такими можно считать хребты Становой с Яблоновым. Но этот регион может поглотить только 5 – 10, максимум – 15 млн. переселенцев из государств Далекого Востока, и заморочек, там имеющихся, в целом он не решит (к примеру, делему земляного голода китайской деревни).

Данные области в последние 20 лет и так заселяются уроженцами Поднебесной – без особенной необходимости с её стороны помогать этому процессу собственной державной мощью. В случае глубочайшего кризиса и сотворения в Китае — при «обнулении» американских обязанностей — тяжёлого положения, процесс колонизации его популяцией Приморья и Приамурья усилится и ускорится, но он, опять-таки, в силу ограниченности его перспектив, не может стать для Пекина основным направлением его внешнеполитической активности.

Вероятнее всего, после середины ХХI века китайцы и, может быть, корейцы (сначала – родившиеся в КНДР) численно в Приморье с Приамурьем возобладают, но это доминирование навряд ли распространится з

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 36 | 0,682 сек. | 8.64 МБ