Загадки операции «Оверлорд»

Действие союзных войск в Европе. 5 июня — 31 декабря 1944 г.

Загадки операции «Оверлорд»
Военные деяния в Западной Европе

Загадки операции «Оверлорд»

Казалось бы, история 2-ой мировой войны изучена вдоль и поперек. Выпущены многотомные монографии, защищены тыщи диссертаций. И все таки, все таки… Остаются еще «белые пятна», и другие действия стают совсем в другом свете — стоит подойти к ним не обычным методом, а потому что это сделали наши создатели.

Денек странноватых совпадений

6 июня 1944 года — денек «Д», денек, как считают в Великобритании, решивший судьбу Европы, денек странноватых совпадений и неразгаданных загадок.
Итак, операция «Оверлорд» — посадка десанта союзников в Нормандии — из-за страшной погоды становится практически неосуществимой, каждый час промедления наращивает опасность утечки инфы и обнаружения десанта фашистами. Эйзенхауэр, командовавший войсками союзников, внезапно для многих рискнул начать практически безвыходную операцию… Я не обмолвился: операция, которую ожидал весь мир, начавшаяся практически через 5 лет после того, как Великобритания объявила войну Германии и через три года после нападения фашистов на СССР, при обычном ходе событий должна была быть обречена на провал.

Не случаем до операции Эйзенхауэр оставил конверт с заявлением, что всю ответственность за вероятный провал он берет на себя.
Ну, сначала, разве не волшебство, что союзникам удалось долгое время скрывать скопление 7 тыщ кораблей и большой армии десантников, хотя до Великобритании германцам было рукою подать?

Вечерком 5 июня 1944 года главнокомандующий гитлеровскими войсками на Западе генерал-фельдмаршал Рундштедт получил донесение, что радиостанция Би-би-си в Лондоне передает необыкновенно много кодированных сообщений для французского Сопротивления и что германским РЛС (Радиолокационные станции) меж Шербуром и Гавром поставлены сильные помехи. В 22 часа было перехвачено кодированное сообщение Би-би-си французскому Сопротивлению, означавшее, что вторжение начинается, но главнокомандующий, отвечающий за оборону западных рубежей рейха, никак не реагирует на это. Хотя имелась возможность если не нанести упреждающий удар, то хотя бы приготовиться к отражению.

Загадки операции «Оверлорд»

Дальше. Во время следования конвоя всегда неистовствовали штормы, но когда корабли подошли к Нормандии, ветер, как по заказу, стих. Да и этого чуда было недостаточно для фуррора.

Германские РЛС засекли армаду кораблей, передвигающуюся к берегам Нормандии. Но Рундштедт не поверил сообщению, заявив, что мореплаватели лицезрели на экранах собственных радиолокаторов стаю чаек.

Казалось бы, чего проще — отправить самолет либо корабль в этот район и проверить тревожный сигнал, тем паче, что речь шла о судьбе Германии. Но происходит непостижимое — никто такового задания не получает ни от главнокомандующего, ни от кого или из старших чинов. В то же время Рундштедт по тревоге приводит в боевую готовность 15-ю армию в районе Па-де-Кале, но не считает необходимым дать таковой же приказ 7-й армии, к расположению которой в секторе побережья меж Каном и Шербуром, как ему было сообщено, на тыщах судов направляется десант союзников. Странноватая логика, не правда ли?
Умопомрачительно, но намедни командующий 7-й армии генерал Фридрих Дольман, по согласованию с Рундштедтом, отдач приказ о временной отмене боевой готовности и собрал собственных старших офицеров для проведения штабных учений в Ренне, что приблизительно в 125 милях от Нормандского побережья Ла-Манша. (Позже У. Черчилль отметит в собственных мемуарах, что, видимо, оглушенные немцы вели хаотичный ответный огнь, но, быстрее, причина в том, что некоторому было ими управлять).

В полночь начали выс
аживаться три воздушно-десантные дивизии; одна на северо-востоке Кана с целью захвата плацдармов на реке меж городом и морем и две севернее Карантана, чтоб посодействовать морскому десанту и помешать противнику перебросить резервы на полуостров Котантен.
Генерал-майор Пемзель сказал по телефону, что, судя по всему, началась крупномасштабная операция, но Рундштедт отнесся к донесению скептически, посчитав это отвлекающим маневром, и ничего не предпринял для оказания помощи 7-й армии.

У союзников было всего полчаса меж приливом и отливом, когда можно было убить находившиеся на глубине 2-ух футов подводные заграждения, и они каким-то образом успели это сделать. Но, как выяснилось позже, всех этих чудес также было очень не много для фуррора операции…
Когда на рассвете 6 июня Рундштедту стали поступать донесения о посадке огромных сил союзников в Нормандии под прикрытием смертоносного огня многокалиберных орудий армады боевых кораблей, главнокомандующий вновь не поверил, что союзники предприняли главный штурм и не принял нужных контрмер, хотя в районе, прилегавшем к месту посадки, находились две танковые дивизии.

Рундштедт располагал достаточным количеством сил для защиты побережья — от Голландии и Бельгии до Бискайского залива — 60 дивизий; но 10 танковых дивизий, созданных для отражения посадки десанта, были разбросаны от Бельгии до Бордо. Удивительно, но Рундштедт допустил ту же ошибку, что и французы в 1940 году, за что он их тогда приблизительно наказал, но об этом позднее.

За 24 часа 6 июня авиация союзников сделала более 14 600 вылетов.

Происходит очередное не поддающееся объяснению событие: человек, который мог сорвать планы союзников — генерал Роммель, конкретно в это время оказывается не у себя в штабе, а за сотки км… И удивительно — бесстрашный Роммель не осмеливается нарушить запрет фюрера и только к концу денька добирается до собственных войск, но время упущено… Но и это не все.

Только когда высадившийся десант союзников, хотя и не сумел выполнить первоочередной задачки — взять Кан, но «оттяпал» местность глубиною от 2-ух до 6 миль и основательно закрепился, Рундштедт начал звонить в ставку Гитлеру.

И в придачу ко всему Гитлер — дремлет! Дремлет, а опытные полководцы Кейтель и Йодль, которые не могли не осознавать всей серьезности создавшегося положения и угрозы промедления, все же не отважились ни сами дать приказ о контратаке танковым частям, находившимся рядом с местом посадки десанта, ни разбудить фюрера. Когда фюрер пробудился, было уже очень поздно и повстречать высаживающиеся войска танковым ударом не удалось. Всемерно разрекламированный Атлантический вал был прорван за несколько часов… Неописуемо, но Гитлер в буквальном смысле проспал посадку десанта союзников.

Нечто странноватое происходит и на море, о чем вскользь замечает У. Черчилль в 3-ем томе собственной книжки «Вторая глобальная война»: только маленькая часть германских подводных лодок, расположенных в Бискайском заливе, получает приказ штурмовать десантные корабли союзников, ну и те, как будто сговорившись, отправляются в район боевых действий… в надводном положении, представляя из себя потрясающую мишень для учебных стрельб и прицельного бомбометания кораблей и самолетов союзников.

Навряд ли бывалые подводники по собственной воле пошли на такую откровенную авантюру, потому что выигрыш нескольких часов никакой роли не играл: подобные десанты — дело не 1-го денька, как следует, кто-то дал этот несуразный и убийственный приказ, в итоге чего подводный флот, на который возлагалась обязанность защитить побережье от десанта союзников, не сумел выполнить поставленную перед ним задачку.
Итак, навязывается вывод: очень много странноватых совпадений!

Проект был грандиозен

План операции «Оверлорд» разрабатывала группа «Коссак» (Аббревиатура слов: Chief of Staff Supreme Alied Comander) под командованием генерал-лейтенанта Ф. Э. Моргана, которая исследовала грустный опыт посадки десанта в Европе 19 августа 1942 года в районе Дьепа (операция «Юбилей»), закончившейся катастрофой по многим причинам.

Великобритания в то время не располагала достаточными ресурсами для проведения крупномасштабной операции, а германские подводные лодки хозяйничали на морских просторах, топя конвои союзников и в студеных волнах северных морей, и у берегов Америки. Именитая фраза, нацарапанная гусиным пером безвестного летописца — «Правь, Британия, морями», вызывала у германских подводников взрывы смеха.

Итак, около
250 кораблей под прикрытием 800 самолетов — это было фактически все, что могли использовать в тот момент британцы. При этом один из десантных отрядов был найден германцами еще на подходе, и элемент внезапности был утерян.
Десантники могли пользоваться только легким стрелковым орудием — выгрузка томного вооружения (танков, артиллерии) и боеприпасов на открытом побережье под огнем противника оказалась неосуществимой задачей.

Русская историография расценивает операцию «Юбилей» как попытку управления союзников обосновать: открыть 2-ой фронт в Западной Европе из-за нехватки сил и средств нереально; но не стоит забывать о своем грустном опыте — посадке десанта русских войск в районе Южная Озерейка 4 февраля 1943 года, подтвердившем значимые трудности и неожиданные угрозы проведения схожих операций.
За 1-го битого 2-ух небитых дают — союзники смогли сделать правильные выводы: посадка огромного десанта — это не столько военная, сколько организационная и инженерная препядствия.

У. Черчилль вспоминал:
«…Было надо учитывать воздействие приливов. Если б мы произвели посадку при высшем уровне прилива, то подходу к берегу мешали бы подводные препятствия. Если посадку произвести при низшем уровне отлива, то войскам пришлось бы пройти огромное расстояние по открытому для обстрела берегу.
Разность уровней воды во время прилива и отлива в Ла-Манше составляет более 20 футов, при этом на берегу остаются надлежащие промоины…

…Проект был грандиозен. Предстояло выстроить по последней мере две плавучие гавани «Малберри». В пт посадки десанта — выстроить огромные молы. Та часть этих молов, которая вдается в море, должна была быть плавучей и защищенной для выгрузки судов. Для защиты их от штормовых ветров и волн было надо установить большой дугой, обращенной к морю, волноломы, состоящие из потопленных бетонных блоков «Феникс» и блокировочных судов «Гузберри»

Одной из основных обстоятельств фуррора операции «Оверлорд» считается ошибка фашистского командования в определении района предполагаемой посадки десанта.

Бретань, Нормандия, Па-де-Кале — выбор был не очень большой. Сначала: при посадке в Бретани союзники оказывались на окраине Европы и не делали конкретной опасности стратегически принципиальным — экономически и политически — центрам, и а именно Парижу, что очевидно снижало эффективность операции. Не считая того, Бретань более удалена от Великобритании и, как следует, появлялось много небезопасных неудобств, а именно, делало корабли конвоя более уязвимыми для подводных лодок германцев, расположенных в Бискайском заливе и Бресте.
Остается Па-де-Кале и Нормандия.

Достоинства посадки в Па-де-Кале заключались в меньшем расстоянии, но разница была не так и велика, означает, это условие не могло быть решающим.

В остальном все указывало на Нормандию:
— главное: тут не было таких массивных оборонительных сооружений, как в Па-де-Кале (они были во много раз слабее и построены лишь на 18 процентов). И хотя все 50 миль песочного берега меж Гавром и Шербуром были защищены бетонированными укреплениями и бетонными дотами, но оборона не имела нужной глубины, обеспечивающей ее устойчивость и сопротивляемость;
— немцы не сосредоточили тут больших сил для конкретной защиты побережья;
— побережье лучше защищено от штормовых ветров, что охватывало и ускоряло посадку десанта;
— место посадки более удалено от Германии и. как следует, от истребительной авиации люфтваффе;
— местность благоприятствовала резвому развертыванию сил и была довольно удалена от главных сил противника;
— имелись порты, которые можно было изолировать и захватить в самом начале операции, что резко ускорило бы переброску войск и наращивание сил на плацдарме;
— в сопоставлении с Бретанью место посадки было довольно удалено от Бискайского залива и Бреста, и немцы могли не успеть массированно использовать подводные лодки против десанта;
— от места посадки путь к Парижу был намного короче, и, как следует, при успешном развитии событий союзники резвее могли его захватить, что должно было ускорить крушение третьего рейха.

На предполагаемое место посадки недвусмысленно указывали и методичные опустошительные трехмесячные бомбежки стальных дорог и мостов в Нормандии, отсекающие побережье от мест дислокации войск вермахта. При этом интенсивность бомбардировок и колоссальные утраты, которые несла авиация союзников, могли быть непозволительной роскошью, если б это были отвлекающие операции.

В кон

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
SQL - 78 | 0,629 сек. | 12.66 МБ