История анестезиологии

Хирургические операции производились уже в глубокой древности. Различные исторические документы, памятники материальной культуры, сохранившиеся до наших дней, говорят о том, что хирургия еще в древние века находилась на относительно высоком уровне. В частности, в далекие времена производились такие операции, как трепанация черепа, камнесечение и др. Лекари стремились найти средство, которое позволило бы делать операции безболезненно. Предложенные методы и средства для обезболивания были чрезвычайно разнообразны, но, разумеется, крайне несовершенны.
Первые сведения об обезболивании при разрезах и выжиганиях встречаются в папирусе Эберса (XV в. до н. э.). Уже тогда применяли корень мандрагоры, дурман, мак и другие средства. Из Египта сведения о применении этих средств перешли в Грецию и Рим. Общее обезболивание, по-видимому, применялось в Китае в самом начале нашей эры. Китайский хирург Хуа Toy применял какой-то отвар, названный им ма фу тан, Пившие этот отвар больные засыпали.
Военный врач времен Нерона и Веспасиана Диоскурид сообщает, что в Александрии производились большие хирургические операции под «мандрагоровым сном», или сном от «усыпительных губок».
В XI и XII вв. большого расцвета достигли медицинские школы в Салерно и Болонье, где применялись самые разнообразные методы обезболивания. Обезболивающие вещества вводились в организм через кожу (втирание), через прямую кишку, принимались внутрь.
Использовались мак, мандрагора, дурман и цикута. В Болонской школе (XII в.) фигурировал список 140— 150 рецептов наркотических средств.
В XV столетии был известен «напиток проклятья», содержавший скополамин, который давался преступникам перед казнью. Порта в 1616 г. в своей книге сообщает о летучих субстанциях, которые при вдыхании вызывали сон.
Обезболивание в России, как и в других странах, до 50-х годов XIX столетия было примитивным. В литературе указанного периода приводится ряд фармацевтических средств (большие дозы опия, мандрагоры), применявшихся для обезболивания при операциях.
При вправлении грыжи применялись табачные клизмы. Для производства операции в бессознательном состоянии больного доводили до обморока, сдавливая сосуды шеи. Для местного обезболивания применяли холод в виде снега, льда. Весьма часто для целей общего обезболивания пользовались алкогольными напитками. Но все эти средства были бессильны полностью снять боль; они также были небезопасны для больного.
Разумеется, не существовало и строго установленной дозы наркотических веществ. Вот почему для того чтобы добиться обезболивания, необходимо было применять очень большие дозы их. Можно согласиться с И. К. Спижарным, который в своей работе, посвященной 75-летию эфирного наркоза, писал: «Если эти вещества применяли в таких количествах, что было безопасно для больных, то анестезия наступала не всегда, а если наступала, то была крайне несовершенна. Ведь нет никакого сомнения, что если человеку дать столько алкоголя, опия, индийской конопли и т. д., чтобы он перестал совершенно чувствовать, то надо дать почти смертельные дозы».
Во время первой мировой войны Н. Н. Петров рекомендовал в отдельных случаях для производства операции у ослабленных раненых воспользоваться перетягиванием конечности жгутом Эсмарха. Браун, накладывая жгут у основания пальца, через 15 минут отмечал полную нечувствительность. Перетягивание конечности жгутом действительно приводит к полной нечувствительности, но до ее наступления возникают сильнейшие боли. Прекращение болей служит предвестником тяжелых изменений в тканях конечности, вплоть до ее гангрены, вследствие чего многие медики сразу отказались от этого метода обезболивания. Моор (1787) предложил для уменьшения болей сдавливать в течение 1,5 часа не всю нижнюю конечность, а только седалищный и бедренный нервы. Для этой цели он даже сконструировал аппарат. В XVIII в. многие хирурги пользовались для обезболивания сдавливанием нервных стволов. Судя по литературным данным, ампутировать конечности в этом случае удавалось совершенно безболезненно.
В XVI в. Бартолинус подчеркивал, что он обучился натирать снегом или прикладывать снег к той части тела, где предстояло произвести операцию, после чего «разрезы и выжигания» бывали безболезненны. Об обезболивании под охлаждением вспомнили только через 300 лет, когда Гунтер доказал, что при помощи охлаждающих смесей можно достигнуть потери чувствительности. В XIX в. появилось сообщение главного хирурга наполеоновской армии Ларрея о том, что 7—8 февраля 1807 г. (при битве под Эйлау), ампутируя конечности при температуре минус 19 градусов, он отметил потерю чувствительности у раненых.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 45 | 0,162 сек. | 12.39 МБ