Казачьи формирования во времена ВОВ: красноватая звезда против свастики на казачьих папахах

Пожалуй, одной из самых противоречивых наук можно считать историю. С одной стороны существует определяющий канон: люд, не знакомый с своей историей, обречен на то, чтоб стать частью истории уже совершенно других народов; с другой же стороны исторические факты могут преподноситься так, что вряд их можно именовать реальным отражением государственного и муниципального прошедшего. Выходит, что сама история – вещь, которая полна субъективизма, основанного на видении процессов и явлений теми людьми, которые именуют себя историками. Пробовать этому противостоять – глупо, так как из россыпи отдельных воззрений и складывается по-настоящему пестрая картина, на которой любой из нас может отыскать главный, как ему кажется, эпизод, главную сюжетную нить.

Собственного, выскажемся так, расцвета трактовка определенных исторических периодов достигнула в поздний русский и ранешний постсоветский периоды. В это время люд получил значительную порцию инфы, которая у большинства вызвала самый реальный шок. При этом почти всегда публикуемые в то время исторические материалы были нацелены на подчеркнутый негатив в русской и русской истории. Дело было или в соросовских грантах, или страна просто решила встать на дыбы после многих лет обратной исторической однобокости, или одно напластовалось на другое, и появилась новенькая крайность – крайность неверия в исторические публикации, вышедшие до начала так именуемой горбачевской эры безудержной гласности. Дескать, всё, что вы читали «до того», можно запамятовать, так как «до того» было совершенно не потому что для вас пробовали представить историки прошедших лет. А вот, мол, историкам теперешним необходимо веровать неоспоримо, ибо только они владеют правдой во всех ее инстанциях… В общем, историю страны бросило из холода в жар (ну, либо напротив – ведь всё относительно), как, фактически говоря, и ее восприятие…

Сейчас, когда общество, как бы, уже успело отступить от железобетонных трактовок прошедшего, предлагаемых русскими историками, и когда завершается подростковый возраст принятия на веру всего того, что предлагалось в качестве трактовок чисто «демократического» нрава, стоит хотя бы попробовать подойти к той золотой исторической середине, которая учитывает все стороны проходивших некогда процессов. Непременно, эта «золотая» середина возможно окажется не таковой уж и золотой, а очень потускневшей от наличия определенного рода фактов, но, в конце концов, история не может быть ни неплохой, ни нехороший, она должна быть просто-напросто беспристрастной.

***

Одной из самых противоречивых страничек истории Рф является страничка, которая повествует о Величавой Российскей войне. Этот период в жизни народов большой страны полон трагизма. Казалось бы, на войне как на войне, есть неприятель, а есть заступники Отечества, которые с этим противником вели бесчеловечную борьбу. Есть противники и есть союзники. Есть белоснежное, есть чёрное. Но не всё так просто и совершенно точно на самом деле. Одним из примеров такового рода неоднозначности является роль казачества в годы той кровавой войны против коричневой чумы, успевшей накрыть многие страны Старенького, ну и не только лишь Старенького, Света.

Русские исторические материалы в собственном подавляющем большинстве представляли обществу картину, при которой казачество сыграло немаловажную роль в плане разгрома немецко-фашистских войск. Постперестроечные исторические сведения донесли и другие факты, согласно которым казачьи формирования оказывали активную поддержку гитлеровцам не только лишь на местности Русского Союза, да и в почти всех европейских странах. Эти две стороны длительное время не воспринимались сторонами одной и той же медали, порождая на свет два непримиримых лагеря, представители которых готовы были стоять насмерть за свою точку зрения о роли казачества в годы Величавой Российскей. Факты того, что казаки могли служить фашистской Германии, вызывали бурю негодования у одних, а сведения о том, что все казаки поголовно бились «За Сталина!», не были бы приняты другими. В конечном итоге, история казачества 1941-1945 годов перевоплотился в объект бессчетных спекуляций, которые и до настоящего времени с достаточной основательностью посиживают в разумах определенной части как самих казаков, так и других представителей русской общественности.

Казачьи формирования во времена ВОВ: красная звезда против свастики на казачьих папахах

Казаки – этносоциальные группы людей, которые проживают на местности нескольких государств, в том числе, и на местности Рф: от Далекого Востока до Кавказского хребта. Как видно, определение, которое дается казакам, очень размытое. В протяжении веков так и не сумело сформироваться точное осознание того, кто же такие казаки. При разговоре с самими представителями казачьих общин, можно узнать, что большая часть казаков считают себя особенным народом, владеющим уникальной культурой и обеспеченными религиозными традициями. В то же время, обращаясь к историческим материалам, можно сказать, что казаки – быстрее соц слой, который находится в некой обособленности от той публичной структуры, которая формировалась в течение многих лет в нашей стране. Казаки нередко именуются исследователями как свободные вояки и свободные люди, общины которых имеют довольно жесткие внутренние законы, которые не всегда согласуются с законами муниципальными.

Разумеется, что если есть противоречие в самом осознании такового явления как «казаки», то это противоречие в какой-то момент может быть применено наружными по отношению к самим казакам силами. И эта собственного рода эксплуатация казачьего статуса предпринималась в истории казачества не один раз. Часто казачий боевой дух и преданность служению определенной идее просто использовали в собственных интересах те либо другие политические силы.

Посреди 30-х годов прошедшего века пресс, который с момента окончания Штатской войны в Рф сдавливал казаков, несколько ослабел. Высшие руководители страны понимали, что продолжение гонений на казаков может очень плохо сказаться на ходе развития страны. Так в 1936 году стали появляться русские казачьи формирования в составе Рабоче-крестьянской Красноватой Армии. 10-ки тыщ казаков-воинов проявили желание стать бойцами РККА и в случае большой войны, о которой в то время много гласили, встать на защиту Страны Советов. Но, по понятным причинам, далековато не все казаки с пиететом отнеслись к способности служения новым властям, вспоминая о том, как эти самые новые власти поступили с казацкими общинами в период послереволюционных междоусобиц. Обида (и это самое мягкое слово, которое можно употребить в статье) не присваивала интереса довольно большенному количеству казаков в плане того, чтоб пойти на сотрудничество с русской властью.

В конечном итоге назрел довольно суровый раскол, который сначала 40-х привел к возникновению не только лишь казаков, готовых отстаивать независимость Русского Союза, да и тех представителей казачества, которые были готовы использовать немецко-фашистское вторжение для типичного реванша в адресок русской власти.

С одной стороны появились казачьи формирования в составе РККА: 13-я Донская территориальная казачья дивизия, 9-я пластунская стрелковая добровольная дивизия (база – кубанские казаки), 17-й казачий кавалерийский корпус, 4-я кавалерийская Ленинградская Краснознаменная дивизия имени Ворошилова, 6-я кавалерийская Чонгарская Краснознаменная дивизия имени Буденного и многие другие.

В 1937 году состоялось практические эпохальное для русских казаков событие: им разрешили принять роль в первомайском параде на Красноватой площади после длительных лет муниципального неприятия.

В годы Величавой Российскей войны казачьи воинские формирования сделали сотки беспрецедентных подвигов, которые могли стать огромным вкладом в общее дело разгрома немецко-фашистских войск. В битве за Москву 37 казаков Армавирского полка смогли убить выше 2-х 10-ов германских танков. Казачьи части Л.М.Доватора вошли в тыл к гитлеровцам при отступлении вермахта под Москвой и нанесли тяжкий урон немецко-фашистским войскам. Казачьи дивизии воспринимали активное роль в схватках с частями вермахта на направлении Ростов-Краснодар. Поражает мужество казаков во время боя у станицы Кущевская в августе 1942 года, когда казачья сотка гвардии лейтенанта Недорубова в рукопашной схватке убила выше двухсотен боец вермахта. Казачий корпус Белова в 1941 нанес фланговые удары по подразделениям Гудериана и сорвал гитлеровские планы под Москвой. 4-й и 5-й Донские корпуса казаков учавствовали в освобождении Ставрополья от

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,115 сек. | 12.5 МБ