Китайский дракон выпускает когти

Китайский дракон выпускает когти

Более чем сорокалетний период взаимовыгодного альянса меж США и Китаем связан с именованием Генри Киссинджера — уникального дипломата, который не только лишь подготовил в 1971 году действенный визит президента Никсона в Китай, да и не один раз беседовал с Мао и Чжоу Эньлаем по вопросам нахождения компромиссов в сложный для государств период.

Это время войны во Вьетнаме и Корее, конфликтов в российско-китайских отношениях. Обмен воззрениями приводил к осмыслению и осознанию позиции враждующих сторон и выработке предложений по уходу от силового решения в сторону дипломатичного урегулирования.

Непростые отношения связаны с особенностью китайской стратегии и политической культуры. Еще больше 2 тыщ годов назад, китайский военачальник писал, что Серединное королевство не ставит собственной целью завоевание соседей, а поглощает завоевателей, чтоб потом разоружить их собственной массой и культурой.

Так, к примеру русская военная доктрина устанавливала, что граница будет неопасной исключительно в случае, если с обеих ее сторон находится русский боец (имеются в виду страны дружеские Русскому Союзу).

Китайцы же считали, что оборона должна быть на внутренних рубежах страны. Эта стратегия получила свое доказательство при тайваньском конфликте, при столкновениях в 1950 году с Кореей, а в 1962 году с Индией, с Вьетнамом и русской стороной на полуострове Даманском в 1969 году, при которых Китай в маленьком временном периоде показывал свою военную силу и покидал спорные местности. Далее Китай утверждал, что эти местности он все равно считает своими, и это создавало для сторон конфликта состояние неопределенности, а означает, давало китайской стороне возможность политического, военного и психического маневра.

У Китая большой опыт военного противоборства: полтора столетия японской и европейских интервенций, сожжение британцами во время опиумной войны в 1860 году пекинского правительского дворца — только маленькие эпизоды в истории Китая.

Даже времена китайского коммунизма, эмблемой которого стала страшная культурная революция и кардинальное экономическое реформаторство Дэн Сяопина — всего только миг в существовании китайской цивилизации.

Если горбачевская попытка вывести страну из кризиса привела к уничтожению Союза, то китайский коммунизм, плавненько перешедший на капиталистический порядок ведения хозяйства, получил новый импульс в развитии страны.

Китай же, владея самобытными культурными ценностями, уникальным историческим опытом и вековыми традициями, имеет сходство с Америкой в том, что обладает довольно большенными экономическими и политическими достижениями, обладает неистощимой энергией и уверенностью в избранном пути развития.

Китай лишен иллюзий США в том, что для сотворения крепких коалиций требуется, чтоб стороны альянса были демократическими государствами, а, как следует, нужно поочередными действиями изменять структуру и политику государств в сторону их демократизации. Китайский подход можно обрисовать как «мы либо они». Военная доктрина Америки в реальном военном сдерживании, а китайцы держат курс на психологическое сдерживание, составной частью которого и является вооружение.

Знаток китайской дипломатии Киссинджер считает, что на 1-ый план отношений Америки и Китая должна выступать финансовая и политическая конкурентность в рамках сотворения «тихоокеанского сообщества», а вот попытку давления на Китай нужно стопроцентно исключить. Различие в культурных ценностей обеих государств не должны мешать длительным процессам сближения, ведь китайская модель тоже повсевременно меняется. Создание системы обоюдных консультаций на базе взаимоуважения, дозволит, выстроить общий мировой порядок для будущих поколений.

Данные опросов подтверждают факт того, что большая часть обитателей планетки считают, что Китай опередил США по большинству позиций. Если бурное экономическое развитие Китая позитивно оценивается жителями большинства государств, то китайское военное наращивание силы вызывает беспокойство. К примеру, высокопоставленный китайский военный утверждает, что мирный рост Китая неосуществим, так как обычно доброд
етельные китайцы имеют дело с испорченным Западом, а, как следует, нужно готовиться к победной войне с Западом.

На данный момент в Китае подросло поколение, которое не испытало на для себя гнет культурной революции и трудности диктаторских экономических реформ, потому испытывая гигантскую национальную гордость, считают Китай сверхдержавой.

Америкосы всегда стремились к диалогу с Китаем. В шестидесятые годы переговоры, хоть и бесплодные, проводились в Польше. Америкосы считали, что Китай может стать союзником против СССР.

Обремененный войной во Вьетнаме южноамериканский президент Никсон вновь попробовал отыскать в Китае союзника, но последовавшие потом переговоры в Пакистане не принесли Америке хотимого результата. Причина беды, по воззрению головного переговорщика с Китаем Киссинджера, в том, что америкосы не учли специфику китайской политической культуры, в какой тыщу лет существует логика победы над противником, учение старого мыслителя Конфуция, философия Мао, также излишняя демократизация южноамериканского общества, которая стала обузой в переговорном процессе.

Но америкосы с двойным рвением пробовали возобновить переговоры с китайской стороной. Конкретно Киссинджер и премьер Китая Чжоу Эньлай определили базу так именуемого Шанхайского коммюнике.

В итоге переговоров был сотворен «квазиальянс» против Русского Союза. Но это сближение было прибыльно не только лишь Америке. Мао также не вожделел оставаться во агрессивном окружении, где на западе и севере находился СССР, Индия на юге, а с восточной стороны Япония.

Мао страшился одновременного нападения со всех боков, потому пользовался советами китайских мыслителей древности, которые учили, что воюя с соседями, веди переговоры с дальними странами. Тем паче что отягощения в российско-китайских отношениях скоро привели к открытому противоборству на реке Уссури. Мао был испуган этим конфликтом и дал распоряжение об эвакуации населения Пекина и приведения в боевую готовность Народно-Освободительную Армию Китая.

Нужно отметить, что величавый кормчий при собственной приверженности к учению Ленина и Маркса, не третировал советами протцов, которые учили: при вражде 3-х стран, заключи контракт с сильным против слабенького, также даже отлично сражаясь, умей выжидать, когда можно одолеть противника (теория окружающих шашек).

Мао был уверен, что отличие Китая от других государств, население которого составляет больше, чем пятую часть населения земли, имеет право называться Серединным королевством либо Поднебесной. Главным принципом наружной политики Мао был девиз — сталкивать варваров вместе, а если это не выходит, тогда нужно привлечь на свою сторону сильного варвара. Эталон вояки по Мао — это замкнутый, бесжалостный, императивный и победоносный убийца. Зная это, тяжело представить для себя утверждение фаворитов Китая о том, что цель Китая не мировое лидирование, а «великая гармония».

Спор аналитиков по вопросу отношений с Китаем продолжается повсевременно, представления профессионалов отличаются: одни считают, что китайская система, не обремененная демократией, может принимать длительные стратегические решения, а, как следует, будет доминирующей в мире, другие считают, что главную роль будет занимать Индия, так как она является демократической. К огорчению, аналитики не подтверждают возможность какой-нибудь страны Запада занять мировую лидирующую позицию.

В новейшей книжке «О Китае» конструктор американско-китайских отношений Генри Киссинджер уделяет огромное внимание психологии отношений 2-ух государств. Она основывается на различии меж тысячелетней китайской историей и американской, которой насчитывается чуток более двухсотен лет. В особенности отсутствие взаимопонимания проявилось во времена июньских событий1989 года на площади Тяньаньмэнь. Америкосы осудили беспощадность китайского управления по угнетению выступлений приверженцев демократии, не беря во внимание обычного ужаса китайцев перед политическим хаосом и тем, что его нельзя скорректировать при помощи понуждения принятия положений «просвещенного Запада». Один из китайских фаворитов Цзян Цзэминь растолковал Киссинджеру, что Китай никогда не уступит никакому давлению — это и есть один из основополагающих философских принципов китайской политики.

Конфликт меж США и Китаем в Корее, при очевидном перевесе янки, показал, что для Китая было принципиально не столько нанести 1-ый удар, сколько одолеть противника, изменив п

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,138 сек. | 11.3 МБ