Крымский финал

Крымский исход

13 — 16 ноября 1920 года произошёл финал Российской армии генерала Врангеля и сочувствующего ей штатского населения из Крыма за границы Рф. Это событие именуют временем окончания Штатской войны на Юге Рф. Многие тыщи военных и штатских беженцев были обязаны покинуть Россию и бежать в неизвестность.

Эвакуация была связана с фуррором Красноватой Армии в наступательной операции войск Южного фронта под командованием М. В. Фрунзе с целью прорыва укреплений белоснежных на Перекопском перешейке и Сиваше, и занятия Крымского полуострова (Перекопско-Чонгарская операция 7 ноября — 17 ноября 1920 года). На полуостров вели три дороги. Перекопский перешеек шириной около 10 км. Восточнее, за Сивашем, где к Крыму близко подходит Чонгарский полуостров, от него была проложена узенькая дамба с жд линией и мостом, а в другом месте был размещен гужевой мост. 3-я дорога была размещена ещё восточнее – через Генический мост на Арабатскую стрелку. Ещё весной 1920 года белоснежные приняли решение об их дополнительном укреплении, но в действительности сделали не достаточно. Из-за нехватки средств, материалов, ну и отсутствия напористости работы шли медлительно.

На Перекопе первую линию обороны составлял Турецкий вал – земельный, насыпанный ещё в средние века. За ним в 20-25 км размещалось несколько линий Ишуньских укреплений меж озерами и заливами. Все позиции представляли собой обыденные окопы, нередко полуобвалившиеся из-за осенних дождиков. Их прикрывали заграждения колющейся проволоки. Блиндажи были деревоземляные, артиллерия имела только полевые укрепления, а не длительные. Фактически тяжёлой артиллерий практически не было, она была утеряна при отступлении, иноземцы же с поставками не торопились. Жд ветку к Ишуньским укреплениям для подвоза боеприпасов не достроили. Турецкий вал защищала Дроздовская дивизия, которая насчитывала всего 3,2 тыс. штыков. На выступе Литовского полуострова стояла 2-тыс. бригада Фостикова. Корниловцы и марковцы занимали Ишуньские позиции, они прикрывали южную часть Сиваша. На Чонгарском направлении и Арабатской стрелке оборону занимали Донской корпус и кубанцы (около 3 тыс. человек). В резерве были 13-я, 34-я дивизии и кавалерийский корпус. Все части были очень обескровлены предыдущими боями. В тылу дополнительно формировалась 15-я дивизия. Всего оборону держали около 35 тыс. штыков и сабель при около 200 орудиях, 750 пулеметах, 14 бронепоездах, 45 танках и бронеавтомобилях. Ещё несколько тыщ были заняты охраной коммуникаций, объектов и борьбой с партизанами.

Русское командование сосредоточила для этой решающей операции очень сильную группировку. Южный фронт имел в своём составе около 190 тыс. штыков и сабель при 985 орудиях, 4435 пулемётах, 17 бронепоездах и 57 бронеавтомобилях. Не считая того, в подчинение Фрунзе «батька» Махно передал 5,5 тыс. корпус под началом Каретникова. Сначало Фрунзе планировал нанести главный удар 4-й армии и 1-й Конной армии через Арабатскую стрелку. Но со стороны Азовского моря это направление было защищено огнем кораблей белоснежных, а красноватая флотилия осталась в Таганроге из-за ранешнего ледостава. Основное направление удара пришлось переместить на Перекоп. Прорыв должна была выполнить 6-я армия, двойным ударом – в лоб и десантом через Сиваш на Литовский полуостров. На Чонгарском направлении планировали нанести вспомогательный удар.

7 ноября Красноватая Армия провела разведку боем на Чонгарском направлении. Крымский полуостров был объявлен на осадном положении, генерал Кутепов был назначен главой обороны. В ночь на 8 ноября началась основная операция. Турецкий вал стала атаковать группа Блюхера: четыре бригады 51-й дивизии, Латышская дивизия, артиллерийская группа из 55 орудий и бронегруппа – 14 единиц бронетехники. Через Сиваш бросили 20 тыс. десант в составе 2-ух бригад 51-й дивизии, 15-й и 52-й дивизий. В процессе ожесточённого боя красноватые заняли позиции белоснежных, но продвинуться далее Литовского полуострова не смогли, их приостановили артиллерийским огнем и контратаками прибывших белоснежных подкреплений. Красноватому десанту на помощь перебросили 7-ю кавалерийскую дивизию и махновцев, это привело к коренному перелому на этом направлении. Потом Фрунзе направил на это направление ещё и 16-
ю кавдивизию. Белоснежные под сильным давлением стали отступать, и красноватые прорвались в Крым.

На Турецком валу ситуация для Красноватой Армии была более тяжёлой. Белоснежные гневно отбивались и отразили три штурма. Только во время ночного 4-ого штурма красноватые смогли прорвать позиции белоснежных. Дроздовцы и корниловцы были уже отрезаны от собственных, но смогли пробить дорогу. К вечеру 9 ноября красноватые вышли в Ишуньским позициям, а 51-я дивизия с ходу их прорвала. Прорыв белоснежные приостановили. Но белоснежные подтянули артиллерию и открыли сильный огонь. 10 ноября пришествие было продолжено, и 51-я дивизия захватила вторую линию обороны. Врангель попробовал организовать контрудар, подтянув корпус Барбовича и начав перекидывать Донской корпус с Чонгарского направления.

Красноватое командование, узнав об этом перемещении белоснежных войск при помощи авиационной разведки, дало приказ нанести удар на Чонгарском направлении 4-й армии, а 2-я Конная армия была ориентирована на Перекоп. В ночь на 11-е ноября пришествие на Чонгарском направлении началось. Этот удар мог привести к выходу бардовых в тыл всей ишуньской группировке белоснежных. Врангель повернул вспять Донской корпус и выслал к станции Танагаш все исправные бронепоезда.

11 ноября вышло решающее схватка. Латышская дивизия, которая сменила 51-ю, прорвала третью, последнюю полосу Ишуньских позиций на западном фланге. На восточном фланге контратаковал корпус Барбовича. Белоснежная конница опрокинула 7-ю и 16-ю кавалерийские дивизии, стукнула по 15-й и 52-й пехотным дивизиям. Но это пришествие было остановлено силами 2-й Конной армии и махновцами. Командир 2-й Конармии Филипп Миронов применил военную хитрость, за первой линией были размещены выше 2-ух сотен «тачанок» с пулемётами. После столкновения с белоснежными, красноватые разомкнулись и смели передовые части противника пулемётным огнём. Белоснежные смешались и стали отходить. К концу денька Красноватая Армия захватила последнюю линию Ишуньских укреплений. После ожесточённого боя, красноватые войска пробились и под Чонгаром. В 3 часа ночи 12 ноября красноватые ворвались в Танагаш. Красноватые войска 2-мя потоками стали заходить в Крым.

Крымская эвакуация

Штатское население Крымского полуострова до последнего денька пребывало в состоянии блаженного незнания. Белоснежное командование, чтоб не стимулировать панических настроений и не вызвать активизации большевистского подполья, после провала октябрьского пришествия, сказало популяции, что отход был совершен организованно и с малозначительными потерями. Было сообщено, что Красноватая Армия в наиблежайшие деньки будет пробовать прорваться на полуостров, но получит подабающий отпор. Крым объявлялся «осажденной крепостью», которая будет держаться, пока не произойдёт перелом в общей обстановке. В газетах тему развили, «творчески» дополнили. Сообщалось, что за «перекопскими твердынями» население Крыма может «спокойно глядеть на своё будущее». Появились даже заявления, что численность Российской армии Врангеля сверхизбыточна для защиты «твердынь» Перекопа. Так, генерал Слащев 7 ноября заявил, что «Армия наша так велика, что одной пятой её состава хватило бы на защиты Крыма…».

В итоге полуостров до последнего момента жил тихо. Работали кинозалы, ставились пьесы, внепартийное публичное совещание во главе с князем Долгоруким приняло воззвание к Антанте, где «ключом спасения от большевизма» был назван Крым. Только более дальнозоркие находили пути спасения и скупали валюту. Для большинства же людей поражение 8-11 ноября стало как гром посреди ясного неба. Люди знали, что ожесточённый бой неизбежен, но верили, что пришествие Красноватой Армии разобьётся об оборонительные полосы Перекопа.

Даже командование Белоснежной армии, которое обладало намного более полной информацией об обстановке, не подразумевало такового финала. Врангель считал, что у Фрунзе под началом около 100 тыс. человек, их их 25 тыс. кавалерии, в действительности Южный фронт имел в своём составе практически 200 тыс. человек, из их более 40 тыс. конницы. Огромное приемущество красноватыми было сотворено по артиллерии и пулемётам. С возможность поражения числились, но не верили, что всё произойдёт так стремительно. Числилось, что времени на подготовку вероятной эвакуации будет довольно.

10 ноября после совещания Врангеля с Кутеповым было принято решение начать эвакуацию тылов. Для решения этой задачки были реквизиро
ваны все коммерческие суда в портах, независимо от государственной принадлежности. На их стали грузить госпитали, некие центральные учреждения. Через французского представителя графа де Мартеля правительство Врангеля обратилось к Франции прося предоставить убежище. Из штабных служащих стали создавать команды для предотвращения беспорядков, которые были бы вызваны сообщение о падении полосы обороны. Скоро, ещё без всеобщего объявления, стали выдавать документы на эвакуацию и штатскому популяции.

В ночь с 11 на 12 ноября, когда упали последние рубежи обороны, план эвакуации уже был подготовлен. Корабли и суда были распределены меж частями, выделены транспорты для семей военных, правительственных и тыловых учреждений и организаций. Оставшиеся суда были должны употребляться для вывоза желающих посреди штатского населения. Чтоб ускорить погрузку и произвести её без задержек, любая часть имела собственный порт для погрузки. 1-й и 2-й корпуса были должны отходить к Севастополю и Евпаторию, корпус Барбовича – в Ялту, кубанцы – Феодосию, донцы – в Керчь. Войска отходили достаточно организованно, им даже удалось оторваться от бардовых на 1-2 перехода. Нужно отметить, что разработка эвакуационного плана началась ещё за полгода до эвакуации, его разрабатывал штаб главнокомандующего вместе с командующим флотом. Для реализации этого плана в черноморском бассейне был должен повсевременно оставаться определенный тоннаж судов. Все суда и плавсредства были распределены по портам. В этих же портах был сотворен неприкосновенный припас угля, машинного масла и провианта на случай объявления эвакуации.

Красноватая Армия проводила перегруппировку сил. Фрунзе, видимо, ждал ожесточённого сопротивления обречённых белоснежных частей, и предложил им почётную капитуляцию, обещая свободу, неприкосновенность и даже свободный выезд за границу под добросовестное слово закончить борьбу с большевиками. 12 ноября Фрунзе за это предложение раскритиковал Ленин. Только через один день красноватые войска продолжили пришествие. 6-я армия двинулась на Евпаторию, 2-я и 1-я Конные армии — на Симферополь и Севастополь, 4-я армия и 3-й кавалерийский корпус – на Феодосию и Керчь. 13 ноября красноватые заняли Симферополь.

Французское правительство, после некого раздумья, согласилась предоставить убежище Российской армии Врангеля и беженцам. Но в качестве «залога» французы востребовали все корабли. 12 ноября вышел приказ Врангеля об общей эвакуации. Всем желающим остаться в Рф предоставлялась полная свобода. Порча и ликвидирование имущества была запрещена. Южнорусское правительство предупреждало людей о трудностях перехода в стеснённых критериях, и неизвестности предстоящей судьбы отъезжающих, потому что ни одно из зарубежных стран не отдало собственного согласия на принятие эвакуированных.

Слащев предлагал дать последний бой в Крыму, либо посадиться на Кавказе, захватить плацдарм. Но Кутепов и Врангель отказались поддержать эти авантюры. Люди, груженные разным хорошем, потянулись в порты. Для большинства эта эвакуация стала внезапной. В целом во время эвакуации, в отличие от похожих событий в Одессе и Новороссийске, поддерживался порядок. Особые команды имели возможности хоть какими мерами прекращать кавардаки. Порядок помогало поддерживать и существенное количество судов, Крым покидал весь флот, часть плавсредств взяли на буксир. Не считая того, часть людей погрузили на зарубежные корабли – французские, английские и т. д. Чтоб расположить больше людей, сбрасывали в море боеприпасы, другое имущество. Располагали людей на проходах и палубах. Так, на миноносце «Грозный», при штатной численности экипажа в 75 человек, вывезли 1015 человек. На пароход «Саратов», который был рассчитан на 1860 человек, было посажено 7056. Пароходы уходили перегруженные до крайности. Не хватало продовольствия, воды, актуального места. Понятно, что отдельные случаи грабежей, беспорядков случались, но не приняли массового порядка. А именно, в Симферополе грабежами занимались освобожденные из кутузки заключенные, в Алуште и Ялте разграбили винные погреба, а в Севастополе ограбили склады южноамериканского Красноватого Креста и т. д.

Правда, многие решили остаться. Одни не желали покидать Родину, становиться изгнанником, скитаться по чужим краям. На других подействовал фактор неожиданности, может быть, имея больше времени для размышления, они бы эвакуировались. Третьи доверились листовкам Фрунзе, Брусилова о милости к оставшим
ся. Другие просто не успели сбежать и т. д. В целом достаточно существенное число белоснежных и «буржуев» осталось.

Вечерком 13 ноября 1920 года вышло последнее заседание правительства Юга Рф, 14 ноября погрузка на суда закончилась. Врангель перешёл на крейсер «Генерал Корнилов». Практически был сотворен целый «белоснежный город» на воде. Уже на борту Врангель составил предложение французскому правительству о переброске Российской армии на «Западный фронт» для борьбы с большевизмом, «врагов мировой цивилизации и культуры». Белоснежные ещё не верили, что такового фронта не будет. Западные правительства не желали впрямую противостоять Русской Рф. В случае невозможности такового решения, Врангель предлагал поднять вопрос о предоставлении белоснежной армии флота в распоряжение интернациональной комиссии по охране проливов.

Белоснежный флот (более 120 судов) с приблизительно 150 тыс. изгнанников взял курс на Константинополь. 15 ноября крейсер «Генерал Корнилов» высадил Врангеля в Ялте, где командующий удостоверился в окончании эвакуации воинских частей. Потом крейсер посетил Феодосию, там тоннажа судов не хватило и часть кубанских казаков направилось в Керчь. Врангель посетил и Керчь, там выяснилось, что донцы и кубанцы благополучно вывезены. С утра 17 ноября крейсер последний раз прошел вдоль побережья и взял курс на Босфор. Российская армия Врангеля была эвакуирована стопроцентно, не считая тех, кто отстал в пути, был отрезан от портов, либо сам решил остаться. Переход по морю от портов Крымского полуострова до Константинополя продолжался от 1-го до 5 дней, он для многих людей стал истинной мукой. Практически это была типичная прелюдия тех лишений и горестей, которые выпадут на долю большинства российских эмигрантов на чужбине.

15 ноября силы Красноватой Армии заняли Севастополь и Феодосию, 16 ноября – Керчь, а 17 ноября – Ялту. Перекопско-Чонгарская операция была удачно завершена, Крымский полуостров был весь занят Красноватой Армией, Южный фронт Штатской войны был ликвидирован.

Крым же впереди ожидала волна «красного террора», который организовали председатель Крымского Военно-Революционного Комитета Бела Кун и секретарь Крымского комитета партии Р. С. Землячка (Залкинд). Крым был блокирован войсками. Пропуска на выезд с полуострова подписывал лично Бела Кун. Террор обвалился на офицеров, потом на членов семей белогвардейцев, людей имеющих дворянское происхождение, служащих разных учреждений, «буржуев». Проводились целые облавы, когда оцепляли целые кварталы и некоторое количество дней инспектировали документы, одних отпускали, других уничтожали. Были уничтожены тыщи людей. Потом к террору добавился голод, т. к. полуостров было фактически нереально покинуть, многие люди в Крыму были обречены на голодную погибель. В особенности пострадали беженцы, которые не имели источников к существованию.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,217 сек. | 18.64 МБ