Кто такие российские?

Кто такие русские?

Когда входит разговор о российских, сходу встает вопрос: «А кто такие российские? По каким признаком мы отличаем от других, нерусских?». И сходу начинается спор, мы забредаем в лабиринт, из которого тяжело выкарабкаться. Нужна общая нить рассуждений и хорошая воля собеседников – желание отыскать общий язык, а не одолеть в споре.

Вообщем, вопрос о том, что такое этничность (в нашем случае русскость), очень сложен. Тут нет жестких границ и определений, тут сильно много уровней, так что нужно чаще пояснять, в каком смысле мы применяем это слово.

В обыденном сознании мы относим людей к тому либо иному народу по родству («по крови»). Родился от российских родителей – означает, российский. Почти всегда правильно, так как с первого денька жизни ребенок омывается волнами российского мира – слышит российский язык и манеру речи, мама напевает ему русскую колыбельную, с кухни доносятся запахи российской пищи. Он начинает подрастать и сам уверен что «родился русским». Сложнее в этом разобраться, если отец и мама из различных народов, здесь уж приходится выбирать, по общему согласию (и зависимо от обстановки).

Другое дело, когда люд переживает кризис, а то и бедствие. Тут к обыденному сознанию полезно добавить хоть незначительно научного, разобраться в вопросе пожестче. Здесь оказывается, что ничего такового ни в крови, ни в генах нет. Расположи новорожденного в семью другого народа, и он воспримет его «душу». Даже если он другой расы. Это установлено конкретно. Предок Пушкина ребенком попал к Петру I и вырос русским человеком, ничего эфиопского, не считая черной кожи, у него не осталось. Так что беспристрастно российские это те, кто воспитаны в российской культуре. Их «сделали» русскими усилия всего российского народа, всеми его прошлыми поколениями – языком и музыкой, притчами и преданиями, попками и царями, Разиным и Менделеевым, Сталиным и Брежневым, всей бурлящей и противоречивой жизнью российских и влезающих в эту жизнь «чужих», и друзей, и противников. Они все лепили и закаляли (либо растлевали) нашу русскость.

Ее воспитывало и наше место, освоенное и сделанное русскими и братскими нам народами. Ведь наша земля – это издавна уже творение нашей культуры, она покрыта городками и селами, дорогами и линиями электропередачи, полями культурных растений и космодромами. Все это несет внутри себя наш взор на мир, наше познание и ошибки, нашу точность и безалаберность. Как дом хоть какой семьи и земля хоть какого народа. Во все это мы безпрерывно вглядываемся, обдумываем, переживаем и питаем свою русскость.
Но более принципиальна сторона личная. Чтоб быть русским, нужно себя обдумывать как российского. Это – точный водораздел. За несколько веков совместной жизни в Рф очень многие люди по собственной культуре и языку закончили отличаться от российских. Но они сохранили самоосознание и имя собственного народа и считают себя, к примеру, чувашами либо мордвинами. Это не только лишь их право, это достойно почтения, потому что этническое обилие при общем культурном ядре – большая ценность, хотя и усложняет многие публичные дела.

Так что, быть русским означает добровольно и верно принять на себя это звание – и счастье, и крест. Здесь вынудить никого нельзя, и если для кого-либо крест покажется томным, он всегда отыщет повод от него отодвинуться. Один вдруг вспомнит про свою еврейскую бабушку, другой откопает свои латышские корешки. Молвят, некий депутат Госдумы даже утверждал, что он печенег.

Так что вот два первых аспекта: к русским нужно приравнивать людей российской культуры, которые сами считают себя русскими.

Труднее неувязка с дискриминацией. В трудные моменты у одной части народа появляется желание прогнать из него другую часть собственных соплеменников (это конкретно рецидив племенного сознания, отзвук тех времен, когда такое изгнание было равносильно смертной экзекуции). Дескать, такие-то и такие-то – не истинные российские, а только притворяются. Если партия националистов такового толка приобретает воздействие (духовное, экономическое либо политическое), то в народе появляются трещинкы и расколы, а в пределе – штатские войны. Но об этом мы побеседуем особо.

***

Мы начали разговор о том, кто такие российски
е. Будем договариваться, снимая противоречия слой за слоем.

С основной массой нашего народа заморочек нет. Это люди славянской наружности, родившиеся от российских родителей и воспитанные ими. У их российские имена и фамилии, они молвят на родном для их российском языке и сами считают себя русскими. Сомнения появляются относительно маленьких групп, но гласить о их нужно, так как некие из их очень влиятельны.

Во-1-х, это те, кто сам себя считает русским, но в среде российских это вызывает сомнения. Императрицы Екатерина II и Мария Федоровна были уроженками Европы (1-ая – германка, 2-ая — датчанка), но стали русскими императрицами. И сами себя понимали конкретно так. И большая часть российских с ними соглашались.

Выходит, звание российского можно не только лишь получить при рождении, да и заслужить? Конкретно так. Суворов был родом из финских дворян, но о для себя произнес: «Я не германец, а природный русак». Его приняли в российский люд и полюбили. Таких примеров много и они молвят о силе народа и российской культуры. А если наш сосед Василий Степанов привез для себя жену-турчанку, в Стамбуле на рынке познакомился – признали бы мы ее за русскую? Даже, если б она приемлимо заговорила по-русски? Не факт.

Чем все-таки человек может заслужить, чтоб его признали русским? Тем, что ведет себя соответственно принятым нормам российской культуры – не лезет в наш монастырь со своим уставом. Словами и делами указывает солидарность с русскими. В конце концов, сам желает, чтоб его принимали как российского, как соотечественника. Один ученый по этому поводу сделал лаконичный вывод:

1. Два человека принадлежат к одной цивилизации, если, и только если, их соединяет воединыжды одна культура, которая понимается как система мыслях, условных обозначений, связей, методов поведения и общения.

2. Два человека принадлежат к одной цивилизации, если, и только если, они признают принадлежность друг дружку к этой цивилизации. Рядовая группа людей (скажем, обитателей определенной местности) становится цивилизацией, если и когда члены этой группы твердо признают определенные общие права и обязанности по отношению друг к другу в силу объединяющего их членства.

Кажется, произнесенное просто и разумеется. Но из этого вытекают принципиальные следствия. Во-1-х, мы должны держать в голове, что для нас каждый российский – брат, пока не перебежал грань, сам не отрекся от собственной цивилизации.
Во-2-х, когда человек, в чем либо хороший от основной массы российских, заявляет, что сам он себя считает русским, он делает очень принципиальный шаг. В особенности на данный момент, когда Наша родина переживает трудные времена, когда русским приходится туго. Таких людей нельзя отталкивать, их нужно поддерживать. Нужно помогать им осваивать нашу культуру и язык, осознавать правила жизни и миропонимание российских людей.

Такое отношение является частью российской культуры, потому и прирастал российский люд такими людьми, как Суворов, Лермонтов и Багратион. Потому российские стали одним из 10 огромных народов мира, хотя во времена нашествия Наполеона нас было в полтора раза меньше, чем французов.

На данный момент, под давлением общенациональной катастрофы, некие хотят поменять эту установку нашей культуры, замкнуться русским внутри себя. Это большая ошибка. Напротив! Российские не выживут без Рф, а ее нужно крепить, наращивая притяжение к русскому ядру.

Повторим, человек, родившийся в российской семье, может не делать быть русским, сам отказавшись от собственной государственной принадлежности, добровольно превратившись в «общечеловека», «родства не помнящего». Но также правильно и другое – человек может стать русским, добровольно и верно принять на себя это звание – и счастье, и крест.

***

Мы уже гласили о том, по каким признакам принимают в российский люд тех, кто сам желает стать русским. Еще труднее дело с теми, кого мы считали русскими, а они от этого звания открещиваются. Как с ними быть?

Можно, естественно, рвать на груди рубашку и потрясать кулаками: «Отступники! Отщепенцы!» Но делу это не помогает. Нужно либо отыскать метод возвратить «отщепляющихся» в лоно российского народа, либо отыскать метод ужиться с ними как «братским народом» — да, отделились как люд, но ведь братский! Либо, если не справимся с этими задачками, ограничиться пока «добрососедскими отношениями».

Мы – Российское объединительное движение и должны глядеть на эти вещи трезво. Объединяться с одними, звать в братский альянс друг

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,193 сек. | 12.96 МБ