ЛОМО под микроскопом

ЛОМО под микроскопом

"Росбалт" продолжает серию публикаций о современном состоянии компаний, составлявших гордость ленинградской экономики. Сейчас пойдет речь о русском промышленном гиганте ЛОМО, выигрышнее иных вписавшемся в новые экономические реалии. В чем загадка такового фуррора?

С тем, что ЛОМО — в отличие от подавляющего большинства других гигантов ленинградской индустрии — достаточно удачно перешагнуло из социализма в капитализм, согласны практически все аналитики. Но предпосылки этого именуют различные. Вот главные из перечня: опытный менеджмент, применение административного ресурса и, в конце концов, очевидная фортуна. Не стоит удивляться: в соревновании промышленных гигантов с численностью служащих в несколько 10-ов тыщ человек фортуна играет не последнюю роль. С нее и начнем.

Фортуна

Как и другие монстры ленинградской индустрии, ЛОМО — предприятие с дореволюционными корнями. Всего через год, в 2014-м, оно отпразднует 100-летие. Все начиналось с оптико-механических мастерских, занимавшихся разработкой и поставкой артиллерийских прицелов и детонаторных трубок для орудийных снарядов. В русский период на этой базе появился оптико-механический завод. А в 60-е предприятие слили с несколькими другими такого же профиля в объединение оптико-механических компаний (с 1965 года — "Ленинградское оптико-механическое объединение").

В это время ЛОМО — один из основных знаков ленинградской индустрии, тут трудятся 30 тыс. служащих, получающих очень хорошие (даже по союзным меркам) заработной платы. А реляции о основных успехах этого периода хорошо звучат и сейчас. "1966 год: начало серийного выпуска лазеров для исследований. 1968 год: разработан 1-ый контактный люминесцентный микроскоп для прижизненного исследования тканей человека. 1976 год: введен в эксплуатацию наикрупнейший в мире Большой азимутальный телескоп".

Напомним, что в Ленинграде в то время было сходу несколько всеполноценных приборостроительных цепочек, но головным предприятием в оптике выступало конкретно ЛОМО. Чуток позднее это и стало его главной фортуной: оптика на рубеже 1990-х оказалась куда нужнее танков либо боевых кораблей.

"ЛОМО выстояло по двум причинам, — считает старший научный сотрудник "Леонтьевского Центра" Лев Савулькин. — Основная из их — концентрация на производстве той штатской продукции, которая была конкурентоспособной. Они поставляли на забугорный рынок изделия мед предназначения (микроскопы и эндоскопы), а так же лазеры и приборы ночного видения".

В силу особенностей имевшихся производственных мощностей ЛОМО было способно выпускать эту продукцию в тех количествах и того свойства, которые требовались западным контрагентам. Тот же Кировский завод таких способностей просто не имел.

Фортуна? Очевидно. Но, естественно, не только лишь она.

Менеджеры

С 1992 года ЛОМО прошло через несколько циклов внутренних реформ и адаптаций к новым экономическим реалиям. Кроме остального, предприятие смогли успешно приватизировать, не отдав государству какой-нибудь толики в его акционерном капитале. Зато в состав акционеров вошел становившийся все более приметным и влиятельным на рынке ОНЭКСИМ-банк.

Реформы, очевидно, не могли не поменять и сам вид производства. ЛОМО, на самом деле, оказалось раздроблено на несколько маленьких компаний, менеджмент которых получил право на принятие собственных управленческих решений. А скоро случилось разделение на "козлищ и агнцев". 1-ые (убыточные) были закрыты, 2-ые (соответственно, выгодные) сосредоточились на выпуске продукции, спрос на которую имелся не только лишь на российском рынке (откуда в те годы у покупателей нашлись бы средства?), да и за пределами державы.

Одна неудача: весь этот комплекс мероприятий вылился более чем в трехкратное сокращение персонала. К концу шага конструктивных преобразований на ЛОМО работали всего 7 тыс. человек. Правда, по заверениям и со стороны предприятия, и со стороны наружных наблюдателей, главное — производственный потенциал — удалось сохранить.

Ресурс

Далековато не каждому петербургскому директору было бы позволено, например, ввести в состав акционеров собственного завода несколько &qu
ot;оффшоров", но не взять туда правительство. Но у Ильи Клебанова это вышло.

"Проф, энергичные, смелые руководящие кадры — наше национальное достояние. Хотя бы одну фамилию назову — Клебанов, директор Ленинградского оптико-механического объединения. Ему, как и многим другим, приходилось тяжело. Ведь завод до этого был нацелен на военное производство… И ведь ничего — завод, как говорится, выплыл". Эти слова летом 1997 года произнес не кто-нибудь, а президент страны Борис Ельцин. При этом не где-нибудь, а в еженедельном радио-обращении к цивилизации.

Илья Клебанов прошел на ЛОМО все ступени карьерной лестницы: от инженера-конструктора и старшего мастера оптического цеха до директора комплекса продуктов народного употребления и, в конце концов, гендиректора. Пожалуй, более знаковой стала конкретно ступень с продуктами народного употребления: ведь в это кресло тогда еще товарищ Клебанов пересел во 2-ой половине 1980-х, когда оных на прилавках русских магазинов уже практически не было. В критериях одичавшего товарного недостатка хоть какой сносный продукт расхватывался налету, и не пользоваться этим было бы очевидным менеджерским грехом.

С января 1998-го Илья Клебанов — "экономический" вице-губернатор в правительстве Владимира Яковлева. С мая 1999-го — вице-премьер русского правительства по ВПК. А с ноября 2003-го — полпред президента на Северо-Западе.

Понятно, что во всех интервью и из правительства, и из ЛОМО все эти годы говорилось про то, что никакого протекционизма в адресок собственного производственного "альма-матер" свежеиспеченный бюрократ не позволяет. Но здесь актуально принципиально верно поделить понятия. Разве плохо, если принципиальный муниципальный заказ получит предприятие, которое обладает достаточными производственными мощностями, нужным кадровым потенциалом и способностями стремительно и отменно его выполнить? Но с другой стороны, в какой ситуации оказываются другие разработчики заводов страны?

В любом случае, с начала 2000-х годов огромную часть выручки ЛОМО генерирует гособоронзаказ, а "продукты народного употребления" оказываются тут все в наименьшем почете.

Ставка

Согласно официальной статистике, в русский период ЛОМО работало по 20 научным фронтам и выпускало 700 видов продукции (300 из их были серийными, другие – разовыми). С того времени количество видов продукции уменьшилось в два раза (150 видов серийных товаров и столько же разовых). Сейчас тут заняты 2,5 тыс. работников.

Выручка ОАО в 2011 году составила 3,3 миллиардов рублей, превысив уровень 2010 года. Основными видами продукции являются микроскопы и микровизоры, эндоскопы, наблюдательные приборы, приборы для контроля метеоусловий в аэропортах, неопасные для глаз лазеры.

Но предметами особенной гордости тут считают продукты оборонного предназначения: "ЛОМО является единственным в Рф производителем головок самонаведения для переносных зенитно-ракетных комплексов, крупногабаритных оптико-электронных систем дистанционного зондирования Земли, поляризационных сверхточных угломерных систем. Не считая того, в рамках выполнения гособоронзаказа проводится ряд опытно-конструкторских работ в интересах ВМФ, ракетных войск стратегического предназначения". Изделия оборонного направления приносят компании более половины выручки (выше 1,7 миллиардов рублей). При этом основной рост поступлений идет за счет роста толики экспортных договоров.

Логично, что штатская продукция "остается на периферии". Самая именитая в этой связи история с фотоаппаратом "ЛОМО-компакт", которая на пару лет завлекла к Петербургу внимание огромного количества забугорных любителей фотографировать.

Сначала 1990-х эти камеры уже собирались снять с производства, но здесь случилось внезапное: как бы устаревший агрегат отыскал собственных поклонников в Западной Европе. В СМИ даже заговорили о новеньком направлении в фото — ломографии, которое, по подсчетам энтузиастов, захватило до полумиллиона человек. Но в 2005-м на официальном веб-сайте компании появилось сообщение, что "Компакт" становится историей. Дескать, создание убыточно, современные технологии завоевывают рынок, а плохие соперники демпингуют. Взамен пообещали сделать новейшую "цифровую ломографическую камеру", которая будет сотворена — верно — в Китае.

В общем, хиппи-энда не вышло.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,131 сек. | 12.46 МБ