Помощники врачевания

Как избежать наигранного оптимизма или жалостливой скорби, одинаково противопоказанных тяжелобольным людям? Только проникнувшись пониманием того, что перед тобой страдающий человек, который пришел сюда с верой в тебя, в твои знания, в твое искусство. С верой и надеждой.
В рассказе итальянского писателя Дино Буццати «Семь этажей» больных, по мере ухудшения их состояния, постепенно спускают с седьмого этажа к первому. Первый этаж отведен смертникам. Хотя это делается под разными предлогами, все знают: каждый перевод приближает конец. В основе этой системы находится определенная идея: тяжелый больной не должен усугублять состояние более легкого.
В этом, к счастью, фантастическом рассказе мастерски показано, как человека убивает не только болезнь, но и страх, страх оказаться этажом ниже…
—       А ведь тяжелые больные действительно омрачают настроение более легких, — заметил один из больных, обсуждавших в палате этот рассказ.
—       Почему, кстати, у нас в больницах нет медицинских психологов и не интересуются психологической совместимостью больных?
—       Это верно, — продолжил разговор другой больной, — но мешать могут храп соседа и запахи дезинфицирующих растворов, лишенная острых приправ пища и измерение температуры в шесть часов утра. А сама необходимость лечь на больничную койку? ..
Говорят, в хорошем медицинском учреждении больному должно стать лучше от одного сознания, что он переступил его порог.
А что такое хорошее медицинское учреждение?
Приходилось слышать десятки сентенций на тему о том, что определяет его лицо. Больница начинается с приемного отделения, как театр с вешалки, — говорят одни. О культуре больницы можно судить по чистоте туалетов, — утверждают другие. В больнице должен быть чистый воздух, лишенный запахов лекарств и кухни, — заявляют третьи.
Но все эти и подобные рассуждения поднимают лишь частные вопросы.
Лицо медицинского учреждения, его культуру и дух определяют люди, которые в нем работают.
Да, люди, и прежде всего они и их вера в необходимость того, что они делают, их оптимизм, их любовь к больному.
Помню, как при входе в одну из таллинских больниц прежде всего бросались в глаза противопожарные лозунги. Как положено, пламя было выдержано в пунцово-раздражающих тонах. Каждому становилось ясно, чем грозит оставленный включенным утюг, игра со спичками и т. п. Пожар — беда, это ясно. Но нужно ли, чтобы больница начиналась с противопожарных лозунгов? — Так требуют пожарники.
Автокатастрофы — зло не меньшее. Не потребует ли автоинспекция разукрасить противоположную стену фотоснимками жертв уличного движения?
А чего стоят описанные в медицинской печати Стенды, призванные убеждать в важности предупреждения болезней: облысевшая женщина, страдающая грибковым заболеванием; родственники с венками у гроба умершего от осложнений после ангины; лозунг «Бойся острых палок лыжных, нету глаз в запасе лишних» и т. п.
Я бы, например, у входа в больницу для сведения больных и как обязательство медиков поместил иное — слова известного врача Швенингера: «Вы никогда меня не увидите исчерпавшим все мои средства!»
Действительно, нет ничего прискорбнее врача, опускающего руки у постели больного. Но больница — это не только врачи.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 45 | 0,314 сек. | 11.42 МБ