Ляо Иу: Китай должен развалиться!

I. Премиальная стратегия

Эпитеты диссидента Ляо Иу (Liao Yiwu) в отношении родного Китая — далековато не самые прельщающие. Получив 14 октября престижную и достаточно крупную немецкую премию, вручаемую писателям местными издателями и книготорговцами, этот товарищ отозвался о собственной далёкой родине как о «мусорной куче» и «диктаторской империи», судьба которой незавидна: ей предстоит развалиться.

Эти слова политического мигранта приветствовали президент Германии и члены правительства. Вдохновлённый поддержкой аудитории и получением 25.000 евро, Иу призвал к раздроблению Китая. Раздробить КНР, по его воззрению, необходимо для того, чтоб обеспечить безопасность всего населения земли. Эти слова, произнесенные в Германии, прозвучали спустя всего некоторое количество дней после подписания министрами зарубежных дел Германии и Китая совместного заявления, в каком Берлин пожелал углубить и без того глубочайшее сотрудничество с Пекином. Не достаточно того, Гидо Вестервелле побывал в Китае, чтоб отметить юбилейную годовщину 40-летия дипломатичных отношений меж Германией и Китаем. Херр Вестервелле именовал дела Германии и Китая не как-нибудь, а «стратегическим партнёрством».

Ляо Иу: Китай должен развалиться!

Много молвят и пишут журналисты и аналитики о двойных эталонах Запада. Это что все-таки, под «стратегическим партнёрством» Берлин предполагает усилия по развалу небратского Китая? Но Ляо Иу — далековато не Солженицын, а германская премия — совершенно не шведская.

Меж тем Китай — 2-ой поставщик продуктов в Германию и 5-ый клиент германских продуктов. Вожделеть распада Китая при схожей экономической тенденции (возрастающей, кстати), само мало некомпитентно. Сегодня один только «Volkswagen» планирует инвестировать млрд баксов в китайскую экономику. Куда он будет инвестировать при распаде Китая — по желанию диссидента Иу?

Как считают в журнальчике «Немецкая наружняя политика», Ляо Иу — обычный представитель тех соц групп населения Китая, кого можно удачно использовать против китайского правительства. В группу недовольных входят богатеющие горожане среднего класса. Их увеличивающиеся экономические и политические аппетиты полностью могут содействовать тому будущему стратегическому союзу с Западом (с той же Германией, добавим от себя, — как передовой государством ЕС) против правительства КНР.

Таким макаром, германское правительство лицезреет укрепление «стратегического партнёрства» через таковой «распад» Китая, который привёл бы там к демократизации путём победы среднего класса. А пока, чтобы проторить дорогу, Берлин завоёвывает симпатии китайских правозащитников и деятелей культуры и искусства, более чем благожелательно относящихся к Западу. Через обласканных и премированных «троянских коней» Берлин рассчитывает получить широкий доступ воздействия к китайскому среднему классу, который — на Западе в этом не много колеблются — в какой-то момент придёт к власти, сместив коррумпированную правящую вершину с её автократией и иными политическими грехами, прямо до удушения свободы слова. И лучше власть поменять рано, чем поздно.

Западное политическое заигрывание с китайским диссидентом происходит как раз на фоне перемен в Китае: на деньках Ху Цзиньтао, председатель КНР и генеральный секретарь Коммунистической партии, одобрил перечень новых членов правительства. Вобщем, об изменении политического курса гласить пока заблаговременно.

Перечень подписан Ху Цзиньтао, его заместителем Си Цзиньпином и бывшим фаворитом КНР Цзян Цзэминем. Не считая Си Цзиньпина, в состав нового управления, назначаемого на 10 лет, вошли вице-премьер Ли Кэцян, вице-премьер по вопросам денег Ван Цишань, партийные бюрократы Лю Юньшань, Ли Юаньчао, Чжан Дэцзян и Чжан Гаоли. Официально состав нового управления Китая будет объявлен после утверждения на пленуме ЦК Компартии 1 ноября, а передача власти произойдёт 8 ноября на XVIII съезде КПК, где Си Цзиньпин воспримет пост генсека. Дальше, в марте 2013 года, на сессии парламента товарища Цзиньпина должны выбрать председателем КНР, а Ли Кэцяна — премьером Госсовета. Проведения экономических реформ, а тем более политических, от этих людей аналитики не ожидают. Вобщем, у всех тех, кто сейчас придёт к власти, есть общее — принад
лежность к приблизительно одному поколению. Практически все новые фавориты пострадали в годы культурной революции, а их взрослая жизнь проходила уже в стране с рынком и типичным капитализмом.

Возможно, от выходцев из шанхайского горкома партии и детей прежних фаворитов КНР, готовящихся сесть в кресла высших управляющих страны, немцы и вообщем Запад ожидают перемен — приблизительно так же, как ожидали перемен западные политики от Горбачёва конца 80-х и тем паче от Ельцина, ещё 1-го бывшего коммунистического партийного деятеля. Сценарий и взаправду — испытанный временем.

В рамки этого сценария отлично вписывается и европейская премиальная стратегия прежних лет.

Нобелевскую премию мира в 2010 году получил китайский правозащитник Лю Сяобо. Этот товарищ год назад получил в Китае срок в 11 лет кутузки за попытку подрыва муниципального строя. В отличие от Ляо Иу, Сяобо пропагандировал не раздробление Китая на маленькие страны, а региональную конфедерацию.

Германия покровительствует китайскому культурному деятелю Ай Вэйвэю. Этого товарища журнальчик «Art Review» причислил к сотке самых влиятельных людей в арт-мире. Понятное дело, и он конфликтует с китайскими властями.

На фоне такового преуспевания китайских диссидентов в западном мире критике был подвергнут лауреат Нобелевской премии по литературе 2012 года Мо Янь, тоже китаец. Ругали его не за книжки, а за то, что он «покорился» власти и приклонен правительству. Хулители, возможно, запамятовали, что эта премия, что бы там ни писали о её «политкорректности», вручается за литературные заслуги, а не за диссидентство.

Репортёр «Шпигеля» Сюзанна Бейер взяла интервью у Ляо Иу.

Отвечая на вопрос «Как вы относитесь к писателю Мо Яню, получившему Нобелевскую премию по литературе?», Иу произнес, что он «ошеломлён». Для него это — «как пощёчина». В то же время диссидент увидел, что два году тому вспять он восхищался решением о награждении Нобелевской премией мира собственного близкого друга, писателя Лю Сяобо, томящегося в заключении в Китае. Для Иу

«это было доказательством того, что общечеловеческие ценности и нравственные нормы есть, и что Нобелевская премия поощряет писателей, встающих на защиту морального кодекса».

И вдруг — Мо Янь. Его Иу именует «государственным поэтом». Так что все-таки, гласит диссидент, универсальных ценностей не существует? Либо здесь что-то случайное, зависящее только от решения Нобелевского комитета?

Тут репортёрша задала очень верный вопрос: «Вы не делаете различия меж премией мира и премией по литературе?»

Товарищ Ляо ответил, надувшись:

«Для меня первична правда, а литература — вторична».

Мы в Китае, сказал он (хотя живёт в Германии) имеем дело с диктаторской системой — «и мы, писатели, обязаны иметь по отношению к ней чёткую позицию».

А какая же такая политическая позиция у Мо Яня? «Он — пример того, как режим может оказывать влияние на писателя». Этот человек, произнес Иу, хвалил Мао.

«Истина не заходит в число его приоритетов».

По словам диссидента, разница меж ним и Янем в том, что если второму знаком только «глянцевый, поверхностный Китай», то он, Иу, жёсткий критик правительства, знаком с Китаем низовым, с самым запятанным его дном.

Сюзанна Бейер замечает в ответ, что Мо Янь — создатель никак не из соглашательского ряда. Он может быть конформистом, гласит она, но он совсем не чурается в собственных работах критики.

Нет же, спорит Иу, писатель Янь «артистически» уходит от драки.

«Таким образом, он ставит себя выше правды. Я не люблю этого».

По воззрению Иу, истинен только тот, кто выступает против китайского правительства:

«Если вы собираетесь придерживаться правды, то для вас нужно дистанцироваться от китайского правительства, ну и вообщем от хоть какой формы политики, включая даже политику демократических государств. Когда Китай был почётным гостем на Франкфуртской книжной ярмарке три года вспять, Мо Янь заходил в состав официальной делегации. Он был эмблемой коммунистической партии и культуры Китая…»

В конце концов, считает диссидент, награждение Мо Яня — очень вредоносно. Ведь это

«горький пример нечёткой морали Запада».

В заключение херр Иу

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,185 сек. | 16.33 МБ