Малоизвестные войны российского страны: борьба с Крымским ханством во 2-ой половине XVI в. Часть 3

Малоизвестные войны русского государства: борьба с Крымским ханством во второй половине XVI в. Часть 3

После удачного похода на Русь в мае 1571 года, крымские татары продолжали оказывать давление на Москву. Посреди июня к Ивану Суровому прибыли крымские послы и угрожая ему новым вторжением, востребовали дать хану Девлет-Гирею его «юрты» Казань и Астрахань. Российский правитель был готов пойти на компромиссный вариант — уступить Астрахань, но бросить за собой Казанскую землю. Но крымское правительство, вдохновленное удачным вторжением и богатой добычей, не желало идти на уступки и добивалось дать все завоеванные у татар земли. Возобновление войны стало неминуемым.

Для нового удара по Русскому государству крымский владыка собрал ещё более сильную армию вторжения – до 120 тыс. татар, ногайцев и турецких янычар. Девлет-Гирей грезил вернуть власть Орды над Русью и не колебался в успехе. Он уже вовсю разделял шкуру ещё не убитого медведя, хан самоуверенно поделил российские уезды и городка меж своими мурзами.

В Москве также готовились к новейшей схватке. В апреле 1572 года в Коломне был проведён смотр собранных полков. Во главе их правитель поставил князя Миши Ивановича Воротынского, который прославился в почти всех схватках тех пор. В 1571 году Воротынский преследовал крымскую орду и управлял составлением первого российского воинского устава: «Боярского приговора о станичной и сторожевой службе» (при помощи него была реорганизована служба охраны южных рубежей). С весны 1572 года на юг были ориентированы воеводы, чтоб приготовить укрепления к неприятельскому вторжению. Посреди их были Ю. Курлятев, В. Коробьин (в Данкове), А. Палецкий, М. Назарьев (Дедилов), М. Лыков (Новосиль), Д. Замыцкий (Мценск), В. Колычев, Д. Ивашкин (Орел), Л. Новосильцев (Ряжск), И. Лыков (Болхлов), Г. Кульнев (Карачев), Б. Серебряный (Брянск), М. Тюфякин (Стародуб), Ф. Голый (Чернигов), И. Щербатый (Новгород-Северский) и др.

Российская армия под началом Воротынского насчитывала 20 тыс. воинов, а с боевыми холопами до 50 тыс. бойцов. Совместно с казаками и приграничными подразделениями её число составляло приблизительно 70 тыс. человек. Полки располагались вдоль тыловой оборонительной полосы по реке Оке. Нужно отметить тот факт, что в первый раз под управлением земского полководца были сразу земские и опричные полки. Большой полк под командованием Воротынского и И. Шереметева стоял в Серпухове, полк Правой руки под началом Н. Одоевского и Ф. Шереметева – в Тарусе, полк Левой руки А. Репнина и П. Хворостинина – на Лопасне, Передовой полк А. Хованского и Д. Хворостинина – в Калуге, Сторожевой полк И. Шуйского и В. Умного-Колычева – на Кашире. Воеводы передовой полосы укреплений («украинных» городов) получили указании при возникновении неприятельской рати отвести часть войск вспять и объединиться с главными силами. В полном составе сохранялись только гарнизоны Одоева, Михайлова и Зарайска (они находились на самом небезопасном направлении).

Невзирая на все меры, у российского правительства не было полной убежденности в успехе военной кампании и способности российской армии приостановить неприятеля на Окском рубеже. Потому, правитель предпринял пару шажков, чтоб обеспечить жизнеспособность Российского страны при чертовском развитии событий. Зимой 1571-1572 гг. в Новгород выслали 450 возов с гос казной. Сам Иван Васильевич уехал в Новгород после смотра войск в Коломне. В Новгороде правитель составил духовную грамоту – завещание. К счастью, опаски царя оказались напрасными.

Вторжение 1572 года и битва при Молодях (30 июля – 2 августа 1572 г.)

Российская разведка не смогла вовремя и точно сказать командованию о приближении противника, численности неприятельских войск и направлении удара. Но, эти ошибки были возмещены общей готовностью российских вооруженных сил.

Крымский хан Девлет-Гирей, полагаясь на мощь собственной армии, не стал лукавить и шёл впрямую к основным переправам через Оку. В ночь на 27 июля 1572 года шедший в авангарде ногайский отряд мурзы Теребердея быстрым ударом опрокинул малочисленную русскую заставу и захватил «Сенькин перевоз». Остатки российского отряда отступили, враг стал разру
шать оборонительные сооружения, чтоб расширить проход. Сразу противник захватил 2-ой плацдарм на столичной стороне Оки: отряд Дивея-мурзы завладел переправой у устья реки Протвы. Но главные силы крымского хана начали переправу через «Сенькин брод». Сторожевой полк, который стоял в Кашире и полк Правой руки в Тарусе не успели защитить эти переправы и помешать противнику, сосредоточить силы для броска на Москву.

В ночь на 28 июля крымско-ногайско-турецкая армия двинулась по серпуховской дороге на Москву. Миша Воротынский не стал канителить и действовал решительно. Находившийся под его началом Большой полк немедля оставил позиции под Серпуховом и пошел к Москве, отрезая противнику пути к отступлению. С флангов наступали войска Передового полка (от Калуги) и Сторожевого полка (от Каширы).

30 июля на реке Пахре у деревни Молоди, в 45 милях от российской столицы, Передовой полк под началом Андрея Петровича Хованского и Дмитрия Ивановича Хворостинина (около 4 тыс. воинов) настигнул тыловые монгольские части, штурмовал и разгромил их. Крымский хан, встревоженный неожиданным ударом российской конницы, приостановил пришествие на Москву и начал отводить войска из-за Пахры. Чтоб отразить нападение российских войск он направил находившийся при нём 12-тыс. корпус. Монгольские тыщи нанесли удар по Передовом полку. Хованский и Хворостинин искусно маневрируя, отступили и подставили монгольские части под удар подошедшего к месту схватки 8- тыс. Огромного полка, который укрепил свои позиции «гуляй-городом» (передвижное полевое укрепление в виде комплекса крепких телег, снаряженных большенными щитами).

Завязался бой. Под прикрытием ружейного и артиллерийского огня стрельцов и служилых германцев, дворянские конные полки штурмовали татар, потом отходили под защиту «гуляй-города», перестраивались и наносили новый удар. В одной из таких атак суздальский боярский отпрыск Иван Шибаев пленил видного монгольского предводителя – Дивея-мурзу. В этой же битве умер и ногайский предводитель Теребердей. Скоро схватка стихло, два денька дело ограничивалось маленькими стычками.

Девлет-Гирей, получив весть о приближении к русским воеводам подкреплений, решил начать решительное схватка. 2 августа войска крымского хана ожесточенно атаковали «гуляй-город», пытаясь убить российские войска. Во время гневного боя у российских позиций, конница под началом Воротынского обошла неприятельские силы и стукнула с тылу. Сразу в контратаку пошли российские силы засевшие в «гуляй-городе». Татары не выдержали двойного удара и отступили, понеся большие утраты во время бегства. В бое у «гуляй-города» полегли турецкие янычары, посреди погибших были и сыновья Девлет-Гирея, существенное число мурз, многие попали в плен. В ночь на 3 августа разбитая крымская армия бежала на юг, бросая орудие, имущество и обозы. Российские полки преследовали противника, Девлет-Гирея спасая свою жизнь, выставил несколько заслонных отрядов, но они все были уничтожены. Из большой армии вторжения, которая вступила в российские пределы, ушло 10 – 20 тыс. человек во главе с ханом.

Битва при Молодях имела большущее значение. Крымское ханство потерпело ужасное поражение: Крым растерял огромную часть боеспособного мужского населения, т. к. по обычаям практически все мужчины были должны участвовать в походах хана. Наша родина одержала стратегическую победу на своём южном фронте (в критериях тяжелейшей Ливонской войны). Османская империя и Крымское ханство были обязаны отрешиться от военных действий с целью возврата Нижнего и Среднего Поволжья в сферу собственных интересов, эти местности были закреплены за Русским государством. Пограничные рубежи скоро были отодвинуты на 300 км на юг. Победа над Крымом содействовала и успеху на других направлениях: в 1573 г. волжские казаки разгромили город Сарай – столицу Ногайской Орды; был подавлен бунт в Казанской земле, где в 1574 году начали строить Царев город (Царевококшайск).

Продолжение войны

Крымские татары в 1573 и 1574 гг. сделали маленькие набеги. Иван Суровый, воспользовавшись затишьем на юге и получив поддержку германского правителя Максимилиана II, претендовавшего на свободный престол Речи Посполитой, германец обещал Москве знатный мир на условии совместной войны с Крымом и Турцией, начал подготовку для масштабного пришествия на южном направлении. На компанию военной операции была выделена большущая по тем временам сумма – 40 тыс. рублей. Весной 1576 года российский правител

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,183 сек. | 12.48 МБ