Глобальный экономический кризис как фактор сетевой войны

Являясь главным инструментом внешней политики Запада, геополитика многие годы игнорировалась рос­сийской властью. Иногда сознательно, вставая на сто­рону геополитического врага, иногда по недомыслию, не разобравшись в тонкостях дисциплины, но всегда в ущерб себе наша власть отодвигала геополитические принципы в сторону. Такое отношение к геополитике чуть не стоило нам страны. Россия стояла на грани раз­вала и прекращения существования в конце 90-х, а наш геополитический враг — США — беспрепятственно хо­зяйничал в мире. Пока не появился Путин.

Впервые геополитическая логика появилась в действи­ях власти именно с приходом Путина. Он разогнал олигар­хов, признав их атлантистскую сущность, и жестко привя­зал регионы России к центру, констатировав ценность большого пространства. Так началась геополитическая ре­волюция в России — переосмысление отношения к геопо­литическим принципам в принятии решений. Восемь лет ушло на то, чтобы придать России геополитическую субъ-ектность. Мучительно долго в нашем ежедневном желании видеть Россию Великой, но не так долго — секунда — в ис­торическом масштабе. Как громом среди безоблачного не­босвода атлантизма прозвучали слова Владимира Путина в Мюнхене: «Для современною мира однополярная модель не только неприемлема, но и вообще невозможна». Это был вызов. Прямой геополитический вызов безраздельно­му господству атлантизма на планете.

Путин предупредил — Россия возвращается. Однако Запад к тому времени уже отучился воспринимать Россию всерьез, уроки истории там быстро забываются. Америка 200 лет шла к мировой гегемонии не для того, чтобы так легко отказаться от своей однополярной доминации, сло­жившейся в мире после окончания холодной войны явно не в нашу пользу. Заявил — ответь. Америке необходимо было сверить новую реальность, в которой они оказались, со своими однополярными планами. Проверить на деле заявленную геополитическую субъектность России, про­извести, как говорят американские стратеги, reality check, сверку с реальностью.

И вот уже спятивший грузинский агрессор бомбит спящий ночной город. Америка внимательно смотрит на Россию: геополитический субъект? Многополярность? Отвечай… «Говорят, у вас мягкий либеральный прези­дент, готовый отложить начинания Путина, испортивше­го отношения с Западом». Но не тут-то было. Мягкий — да, в общении, скорее спокойный и уверенный в себе — жестко отразил удар агрессора, принял вызов и спокойно довел дело до конца. До победного конца. Новый прези­дент Дмитрий Медведев принял эстафету геополитиче­ской революции от Путина и ответил на американский вызов, на практике подтвердив — однополярности боль­ше нет. Россия «не может принять такое мироустройство, в котором все решения принимаются одной страной, да­же такой серьезной, как США, — заявил президент в сво­ей доктрине внешней политики, — такой мир неустойчив и грозит конфликтами».

Евразийство и атлантизм — два полюса геополити­ки — вновь вернулись в мировую политику. А Россия вернулась в историю. «Россия — страна с более чем ты­сячелетней историей, и практически всегда она поль­зовалась привилегией проводить независимую внеш­нюю политику. Мы не собираемся изменять этой тра­диции и сегодня», — напомнил Путин в исторической мюнхенской речи западному сообществу. А про себя подумал: «Россия — страна с более чем тысячелетней имперской историей. Россия всегда была империей». И будет империей.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,222 сек. | 12.53 МБ