Гол стареющего Де Голля

Усталый альфа-самец на галерах прекрасно знал, чем в родном прайде кончаются подобные штучки. Сначала вчерашний гам­ма-холуй из образованцев блудливо-амбивалентно и как бы со­чувственно называет тебя стареющим де Голлем. А потом совсем другие люди — стареющим Аль Капоне, стремительно щёлкают наручники и вместо Коломбе-ле-дез-Эглиз тебя везут в Басти­лию. И это ещё хорошо, если довезут. Уходить нельзя, остаться.

Два с лишним года стоически терпел он глумливую хулу крем­лёвской черни и равнодушие неблагодарного, так и не вставшего с колен народа — и «отсталую сырьевую экономику» и «даже и не экономику вовсе, а так — одни взятки и откаты», и «неразви­тую политическую систему», и «пылающий Кавказ», и «эклектич­ную внешнюю политику, движимую имперской ностальгией», и грёбаную «модернизацию» с элементами «демократизации».

Но когда в твиттер-блоге осмелевшего «наследника» мельк­нуло сигнальное кодовое словечко «застой», а в либеральных кругах развернулась академическая дискуссия на тему: застой или кое-кого уже в отстой, упруго напряглись, как при слове Ходорковский, легендарные желвачки и снова явил он нам своё нестареющее профессиональное искусство вербовщика и пове­лителя мух.

Его 18-е брюмера Луи Бонапарта (2 декабря 1851-го года) рас­тянулось на три дня блистательного мастер-класса: 30 ноября, 1 декабря, 2 декабря 2010-го.

 

I. 30 ноября. Самоликвидация айфончика.

Под фирменным немигающим брезгливо отстранённым взгля­дом медузы сидевшего в первом ряду медиума несчастный посла­нец полтора часа порол какую-то несусветную экстракорпораль­ную чушь, окончательно закрыв обсуждавшийся ещё до того дня в определённых кругах вопрос: тварь ли он дрожащая или право имеет.

II. 1 ДЕКАБРЯ. ВЕРБОВКА ФИФОИДОВ.

Ну уж эта разработка была самой простой для оперативника, у которого на газоколонке служит лакеем канцлер великой Гер­мании, бегают порученцами премьеры Италии и Финляндии, жужжат в сурковской бухгалтерии у кассы неподкупные вла­стители дум западной интеллигенции из «Валдайского клуба» и «Ярославского форума». Затраханный со всех сторон обвине­ниями в коррупции исполком футбольных альхенов был у него в кармане уже после серии тайных вечерей. Но Мастеру духовных единоборств мало просто завербовать клиента, надо ещё заста­вить его искренне полюбить Большого Брата и плакать от этой любви пьяными счастливыми слезами.

Страстный спич на заседании правительства РФ о благород­ных седовласых джентльменах, спасающих детей всего мира от наркомании, и о гадящей им англичанке распрямил их иско­рёженные падшие души и позволил им на следующий день го­лосовать не воровато озираясь по сторонам, а с высоко поднятой головой и с законным чувством собственного достоинства.

III. 2 ДЕКАБРЯ. КОНТРАКТ СО СВОИМ НАРОДОМ.

И, наконец, третий день творения новой политической ре­альности в России. Как Бог из машины, как цитата из «Триумфа воли» парит он, выдержав мхатовскую паузу, над покорённым Цюрихом, спускаясь с небес к восторженным блаттерам и мут-кам.

А теперь внимательно следите за текстом Мастера, вошедшего в состояние творческого транса. Сейчас среди серии ритуальных банальностей прозвучит обращённый к российскому зрителю новейший код НЛП, ради которого и затевался весь этот мунди-аль. Путинский «Шёпот на ветру». Казалось бы совершенно не­уместный в этот торжественный момент бессвязный и пошлова­тый поток разорванного сознания:

«Господин Абрамович несколько лет неплохо работал на Чукотке. Об этом не все знают. Все говорят, что он олигарх. Но он помогает в развитии футбола в России. Не исключаю, что господин Абрамович поможет в под­готовке к чемпионату мира. Пусть раскошелится — его не убудет. У него много денег».

Но посмотрите, как органично и ненавязчиво Мэтр сцепляет положительной эмоциональной связью в массовом российском сознании три фундаментальных концепта: «Мой Мундиаль» — «Я и Абрамович» — «Наш с Абрамовичем общак».

С народом-богоносцем на глубинном подсознательном уровне заключается сакральный контракт — «Вам, хорьки-бля, мундиаль, а нам с Ромой бесконтрольная власть ещё на 12 лет как минимум». Именно на двенадцать. Какие же каменные сердца надо будет иметь, чтобы отказать этим замечательным людям, требующим продолжения банкета, в мае 2018-го всего за месяц до открытия их Мундиаля.

Айфончику с этим великолепным тандемом и рядом не стоять, даже, если потехи ради или в награду за примерное поведение они разрешат ему поиграть в Симеона Бекбулатовича или во Вла­димира Старицкого ещё несколько годков.

Сегодня главное для продолжения себя во власти не формаль­ный пост президента, а прежде всего легализация в общественном сознании системы властных общаков. И общак «Абрамович» сре­ди них архиважнейший. Не только потому что он самый крупный. После чистосердечных признаний Абрамовича Высокому Королев­скому Суду об обстоятельствах преступного завладения им компа­нией «Сибнефть» и после трансфера ему из российского бюджета в 2004-ом году Путиным 13.7 миллиардов долларов (под предло­гом покупки государством оной компании) отрицать существова­ние общака как криминальной структуры более невозможно.

Можно только попытаться придать ему (а по аналогии и всем остальным) некий «патриотический» метафизический контекст. На что и направлена многоходовая операция «Мундиаль»:

Владимир Путин и Роман Абрамович, Князь и его верный Зюсс русского футбола, заключив свой брак на небесах, дружно рука об руку являются своему народу, даруя ему полновесную нацио­нальную идею, наполняя высоким телеологическим смыслом его бренное существование, ласково поднимая его, наконец, с колен, приучая его не только к прямохождению, но и к благородному ис­кусству динамичной игры ногами в мяч…

P. S.

—   Ты знаешь, Ромк, я сама не первый год в русском бизнесе и кое-что в нём понимаю. Но не слишком ли им будет 30 ярдов зелёных на распил?

—   Не бери в голову, Дашуль. Я возьму их из доли Вована. Пусть раскошелится — его не убудет. У него много денег. И пусть он меня совсем уж за фрайера не держит.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,193 сек. | 12.57 МБ