Кто потерял Белоруссию?

В последние годы каждая политическая весна в России прохо­дит под знаком эйфории российско-белорусского воссоединения. Политики всех направлений произносят массу красивых слов о братской дружбе, славянском единстве, интеграции на постсо­ветском пространстве и т. д. Под бой лихо разбитых г-ном А. Лука­шенко бокалов, звон колоколов и благословения отцов православ­ной церкви появляются подписи под новыми и новыми «истори­ческими» уставами и договорами.

Давно уже пора убрать разбитую посуду и попытаться подвести некоторые итоги. Берусь предсказать, что и нынешний, начав­шийся необычно рано в конце декабря — ежегодный пароксизм российско-белорусской страсти еще раз наглядно продемонстри­рует то, что наиболее проницательным наблюдателями было оче­видно значительно раньше — объединения России и Белоруссии в единое государство не будет никогда.

На всем пространстве СНГ только в одном случае с Белорус­сией действительно существовал серьезный шанс реинтеграции без «принуждения к дружбе». Но российские политики разрушили его собственными руками.

Большинство диктаторов XX века были малообразованными людьми, но блестящими стихийными психоаналитиками. Види­мо, это необходимое качество в их нелегкой профессии. Таков и «великий славянин» Александр Лукашенко. Он прекрасно чув­ствует, какими сладкими интеграционисткими речами надо при­ятно возбуждать эрогенные зоны коллективного бессознательно­го российского политического класса.

Российская политическая «элита» страдает глубоким комплек­сом неполноценности, фантомными приступами державного ве­личия и навязчивыми идеями «осей», «стратегических треуголь­ников» и прочих объединительных конструкций. Назойливо предлагая себя то направо, то налево в стратегические партнеры, она нигде не находит взаимности.

Естественно, она так легко была соблазнена искусным мин­ским обольстителем. Да и сам президент Б. Ельцин мучительно желал исторгнуть «комплекс беловежья» и войти в будущие учеб­ники истории не как разрушитель, а как объединитель великой державы.

Великому славянину списали все долги, убрали таможню, че­рез которую немедленно хлынул вал контрабанды, и раскрыли руки для дальнейших матримониальных объятий.

Но при этом Москва упустила из виду одно чрезвычайно важ­ное обстоятельство. Опираясь на предоставленные Москвой поли­тические и экономические дивиденды от своей объединительной риторики, А. Лукашенко стал стремительно создавать авторитар­ный режим и необходимый для его поддержания новый класс — обязанных исключительно лично ему бояр, опричников, интел­лектуальную обслугу, быстро привыкших к вкусу власти в неболь­шом европейском независимом государстве. Власть открывала бывшим серым аппаратным мышкам не только возможность на­зываться их превосходительствами, но и путь к обогащению через всевозможные «Фонды М. Эсамбаева», созданные президентской администрацией

Поэтому каждую весну А. Лукашенко будет предлагать новые все более грандиозные и нелепые конструкции: «союзное госу­дарство», «переводная валюта», «единые органы». Но этот вели­кий интегратор никогда не согласится на самую простую вещь — включение Белоруссии в Российскую Федерацию в качестве одно­го или нескольких субъектов Федерации. Диктаторы не становят­ся провинциальными секретарями обкомов.

Движимая не разумом, а иррациональными комплексами Мо­сква может согласится на любые разорительные глупости. Един­ственная надежда на мудрого циника Виктора Геращенко, кото­рый, надо полагать, все же не пойдет на создание единой валюты с двумя эмиссионными центрами. Иначе не только белорусский народ, как ему уже пообещал А. Лукашенко, но и русский «будет жить бедно, но недолго».

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,104 сек. | 12.42 МБ