Слепящая тьма

Чудовищная по урону, нанесенному репутации России, поло-ниевая авантюра силовиков, казалось бы, давала кремлевским «либералам» новую и, наверное, уже последнюю возможность пе­реломить ситуацию в свою пользу. Но они снова не отважились на открытое публичное противостояние партии пожизненного срока, ограничившись невнятным блеянием о «врагах России, врагах Путина, в том числе за рубежом». Почему?

Ответ можно найти в знаменитом романе Артура Кестлера «Слепящая тьма» (1940), посвященном кремлевским разборкам 70-летней давности. Автор, как и многие его современники, за­давался вопросом: почему представители так называемой ленин­ской гвардии так обреченно шли на заклание в эпоху большого террора, не отваживаясь выступить против сталинского режима?

Через психологию поведения главного персонажа Николая Ру-башова, человека в иных обстоятельствах большого личного му­жества, Кестлер показывает, что дело было не столько в их трусо­сти, сколько в ослепленности Властью, в кастовой принадлежно­сти к верхушке режима, в психологии жертв-палачей, связанных общей идеологией, общими преступлениями. Что касается «ель­цинской гвардии», я бы еще добавил — и общим происхождением миллиардных состояний.

Поэтому выйти за пределы кремлевского круга и обратить­ся к абсолютно чуждому и совершенно непонятному им «наро­ду» было для них немыслимо. Они так и продолжали цепляться за ускользавшую видимость Власти, пока их всех не замочили, од­ного за другим, вытащив из уютных сортиров Дома на Набереж­ной, этой по-спартански аскетической Рублевки-37.

Слепящая тьма Кремля — это не злая воля какого-то одного лица. Она системна, безлична и не щадит никого.

На днях один очень известный зарубежный читатель прислал мне документ, наглядно эту мысль иллюстрирующий. Он столь красноречив, что я привожу его полностью в том виде, в каком он

появился в моем электронном ящике. Подлинность его не вызы­вает сомнений, да и вряд ли кто-то попытается ее оспорить.

 

Дорогой Джордж!

 

Благодарю за поддержку в непростую минуту. Что ка­сается вопроса о том, что Вы могли бы сделать, выска­жу несколько соображений.

Вы, как и я, знаете Бориса Березовского. Обществен­ное мнение в последнее время подзабыло о том, с кем мы имеем дело. Вам напомнить об этом особенно удобно. Все знают, что Вы не являетесь лучшим другом сего­дняшнего Кремля. Когда я читаю в западной прессе слова о моральных соображениях, которые ограничивают по­ведение этого персонажа, они мне кажутся не слишком серьезными. Думаю, Вы со мной согласитесь. То, как это сделать, вы знаете лучше меня. На мой взгляд, полезно отметить, что Борис Березовский яркий, умный, та­лантливый человек, однако одновременно и безжалост­ный, а мораль для него просто не существует. Если цель поставлена, вопрос о цене ее достижения не стоит. Воз­можно, Вы сочтете нужным вспомнить разговор Б. Бере­зовского с Вами, в рамках которого он описывал выгоды сотрудничества с международным терроризмом, то, как он на Вас посмотрел, когда Вы решительно отказа­ли ему в этом сотрудничестве. Мне рассказала об этом Екатерина Гениева. Сейчас его главная цель — создать неприятности В. В. Путину, подорвать его власть. Сред­ство —ухудшение отношений России с Западом. Для Вас, как человека, не являющегося другом Кремля, тем не ме­нее, очевидно, что есть ограничения на то, что можно и что нельзя себе позволить, пытаясь достичь постав­ленной цели. Когда речь идет о Б. Березовском, о сообра­жениях морали стоит забыть.

Это не более чем набор моих соображений.

Еще раз благодарю Вас.

 

С уважением, Е. Гайдар

 

27.11.06

Да, как говаривал один известный знаток литературы, эта штучка посильнее гетевского «Фауста».

«Вам напомнить об этом особенно удобно…»

«На мой взгляд, полезно отметить…»

«Возможно, Вы сочтете нужным вспомнить.»

«То, как это сделать, Вы знаете лучше меня…»

Виртуозная работа. Так обычно опытный следователь НКВД (добрый) готовил свидетеля для открытого процесса над врагами народа. Коварство текста в том, что каждое отдельное слово в нем сущая правда.

 

Борис Березовский действительно яркий, умный, талантли­вый и абсолютно безнравственный человек. Окружающие люди для него — навоз под ногами, который можно как угодно исполь­зовать для достижения своих сиюминутных целей.

Психологически блистательно просчитана и ссылка на без­условно памятный Джорджу Соросу его последний разговор с Бе­резовским в Доме приемов «ЛогоВАЗа» в 1997 году. Уважаемая Екатерина Гениева немного перепутала. Речь там шла не о «ме­ждународном терроризме» (тогда такого дурацкого термина еще не существовало), а об отказе Сороса поддержать лоббируе­мый Березовским вариант приватизации «Связьинвеста».

Я однажды слышал рассказ Сороса об этой встрече в неболь­шой компании в Давосе в 2001 году. Сорос очень серьезно уверял, что тогда, в 1997-м, он несколько часов не знал, выйдет ли из Дома приемов живым.

В целом, великолепная вербовка. Интеллигенция! В третьем поколении. Патрушевские остолопы никогда бы не были способ­ны на такое.

Но почему же Сорос не клюнул на эту наживку? Может, его смутила слишком деловитая нахрапистость только что оправив­шегося от покушения автора или авторов, и он прочел письмо в несколько другом ракурсе:

 

«Владимир Владимирович Путин сразу же после убий­ства Анны Политковской заявил, что «у нас есть инфор­мация, и она достоверна, что некоторые эмигрантские круги на Западе готовят серию жертвенных убийств для дискредитации российских властей». К сожалению, Владимиру Владимировичу не поверили, и ему не удалось предотвратить дальнейшие злодеяния. Более того, в не­которых западных средствах массовой информации зву­чат кощунственные подозрения в отношении российской власти. Нам с Чубайсом верят еще меньше. Так что те­перь давай ты, старина Джордж, прикрывай эту леген­ду всем своим моральным авторитетом непримиримого борца с кровавым бушевским режимом».

 

Джордж Сорос — старый, мудрый и многое повидавший в жиз­ни человек. И он понимает, что Березовский способен на что угод­но. Но он также понимает, что с первого дня своего пребывания в Великобритании Березовский находится под плотным наблюде­нием английских спецслужб. И они никогда не позволили бы ему загадить пол-Лондона радиоактивным веществом. «Учения в Ря­зани» на своей территории они никогда проводить не будут.

Да и хорош бы был Сорос, если бы через неделю он получил от Гайдара второе письмо: «Спасибо, Джордж. Отличная работа! Только замени везде Березовского на Невзлина».

И последнее. В конце 1991 года Егор Тимурович Гайдар взял на себя ответственность за страну без государственных границ, без армии, без государственного банка и с запасами продоволь­ствия на одну неделю. Наверное, он совершил много ошибок, ко­торые нетрудно увидеть в сегодняшней исторической перспекти­ве. Но страна выжила, и через год он передал ее другому премьер-министру в гораздо менее катастрофическом состоянии. Как ге­рой знаменитого романа, он заслуживает покоя.

Что же сказать о людях, тем более числящихся его друзьями, втянувших его в свою очередную политическую авантюру. И ради чего? Чтобы еще раз отчаянно прокричать:

 

«Владимир Владимирович! Мы еще можем быть вам по­лезны. У нас огромные связи на Западе. Мы отмоем вас от полония. Только не выбрасывайте нас. Так хочется остаться во Власти. Не корысти ради. А исключитель­но для продолжения курса Великих Либеральным Реформ, который во всем мире справедливо связывают с вашим, Владимир Владимирович, именем. Так чертовски хочется конструктивно поработать.»

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,244 сек. | 19.85 МБ