О стратегии интеграции и вступлении в ВТО

В течение значительного времени с начала реформ либеральные экономисты внедряли в общественное сознание мысль о том, что никакая стратегия развития страны (в том числе экономическая) не нужна. Что ры­нок и только рынок сам стихийно определит перспек­тивные направления развития. Допускалась совершен­но недопустимая абсолютизация механизмов рынка и начисто игнорировались и конкретные условия него­товности страны, не имевшей опыта существования в рыночных условиях, ни тот факт, что ни одна развитая страна мира никогда за всю историю человечества не добивалась успеха благодаря лишь работе рыночного механизма, а всегда за этими достижениями стояла мудрая государственная политика, задача которой как раз и состояла в целенаправленном развитии страны, ее капитала и производительных сил.

Как было сказано выше, изоляционизм в наши дни — это путь к экономической стагнации. В совре­менных условиях будущее любой страны, претендую­щей на занятие достойного «места под солнцем», свя­зано с обретением высококонкурентных позиций в глобальной экономике.

Для России необходима внятная и хорошо проду­манная стратегия интеграции в мировую экономику, которая бы отвечала ее долгосрочным национальным интересам, не вела к ущемлению суверенитета, спо­собствовала общему росту благосостояния нации. Это отличается от позиции либералов, для которых инте­грация выступала самоцелью. Не Россия для интегра­ции, а интеграция для России — вот наш лозунг.

В этой связи особого внимания заслуживает вопрос

о готовящемся вступлении России в ВТО.

Не вызывает сомнений, что Россия должна быть членом ВТО, как и других важных международных организаций. Хотя бы потому, что Россия историче­ски всегда была мировой державой первого порядка и, возвращая себе положенный ей статус, должна при­нимать участие в установлении глобальных «правил игры», в том числе и в сфере экономики и финансов. Проблема, однако, в том, что на предыдущем этапе ре­форм, когда интеграция России в мировую экономику воспринималась как самоцель, а вопросы отстаивания реальных национальных интересов не ставились или игнорировались, условия, на которых наша страна должна вступить в ВТО, не просчитывались с точки зрения этих национальных интересов.

Вопрос о приобретениях и потерях от вступления России в ВТО остается открытым. Реальность такова, что правительство в лице Министерства экономики и других заинтересованных министерств и ведомств пока так и не представило никаких убедительных рас­четов по этому важнейшему вопросу. Налицо харак­терная российская ставка «на авось». Опасность по­добной позиции очевидна.

Пора, наконец, уяснить, что прекраснодушие и ро­мантизм не имеют никакого отношения к реальной политике. Вспомним, например, публичные мечтания М.С. Горбачева о «ненасильственном мире», его пред­ложение «сменить мировую парадигму баланса сил на парадигму баланса интересов», которое вызвало за ру­бежом лишь полное недоумение и усмешку. Заметим, что односторонняя ликвидация блока Варшавского договора не вызвала симметричного самороспуска НАТО, хотя формальные оправдания для его суще­ствования отпали.

Надо четко осознавать вполне критическое значе­ние такого судьбоносного политического решения, как вступление в ВТО, и исходя из этого определять возможность, условия и сроки данного шага.

Вступление в ВТО — это не вопрос престижа (нет ничего особо «престижного» в том, чтобы вступить в организацию, членами которой являются около по­лутора сотен государств). Членство в ВТО не снимает противоречий в экономических интересах, а, наобо­рот, заостряет их. Членство в ВТО — это готовность и способность к открытой и жесткой конкуренции с сильными мира сего в глобальных масштабах.

Необходимо сделать все, чтобы вступление в ВТО не ослабило экономику нашей страны, а придало ей новый импульс развития. Несмотря на потребность во взаимных уступках и в поиске компромиссов, нельзя допустить существенного ущемления национального экономического суверенитета России во имя идеаль­ных целей интеграции мировой экономики. Поэтому в рамках переговорных процессов очень важно вытор­говать себе выгодные условия переходного периода к полноценному членству, который должен предусма­тривать постепенное и поэтапное снятие ограничений на конкуренцию, разумные и обоснованные темпы повышения степени открытости экономики.

На это же указал В.В. Путин в своем Послании Фе­деральному собранию в 2006 году:

«Современной России нужен беспрепятственный вы­ход со всей своей продукцией на международные рын­ки. Для нас это вопрос более рационального участия в международном разделении труда, вопрос получения полноценных выгод от интеграции в мировую экономику.

Именно с этой целью мы продолжаем вести переговоры о присоединении ко Всемирной торговой организации и ве­дем их только на условиях, которые полностью учитыва­ют экономические интересы России. Очевидно, что наша экономика уже сейчас является более открытой, чем экономики многих членов этой уважаемой организации. И переговоры о вступлении России в ВТО не должны ста­новиться инструментом торга по вопросам, не имеющим ничего общего с деятельностью этой организации».

Следует иметь в виду, что после вступления в ВТО использование многих (особенно традицион­ных) инструментов протекционистской защиты ста­нет невозможным или крайне затрудненным. Но это не означает, что такие возможности исчезнут совсем. Международный опыт свидетельствует о постоянном появлении новых, все более изощренных и скрытых (замаскированных) протекционистских инструментов защиты внутреннего рынка и механизмов покрови­тельства национальным экономическим субъектам, в том числе не только на «своем поле», но и на «чужом», то есть на рынках иностранных государств.

Такими инструментами в настоящее время высту­пают все новые технические, экологические, санитар­ные и прочие стандарты, требования лабораторной апробации и сертификации продукции. Рынок госза­каза в большинстве стран, несмотря на декларируе­мую открытость, остается пока сферой очевидного по­кровительства национальному бизнесу. Сознательное предпочтение национальных контрагентов по бизне­су иностранным компаниям создает неформальные труднопреодолимые препятствия для проникновения на внутренний рынок даже в отсутствие формальных барьеров (такая ситуация характерна, например, для Японии, где местные фирмы почти никогда не за­ключают контракты с иностранными при наличии на­циональных контрагентов). Весьма широкое распро­странение имеет так называемый политический про­текционизм, когда руководители государства во время иностранных визитов на высшем уровне включают в рамки взаимных договоренностей соглашения на по­ставку определенной продукции. Например, несколь­ко лет назад президент Франции Жак Ширак во время визита в Пекин в обмен на совместную антиамери­канскую декларацию протолкнул сделку на поставку в Китай большой партии европейских гражданских самолетов. Также широко в качестве меры повышения конкурентоспособности отечественной продукции используется заниженный курс национальной валю­ты. Некоторые страны (например, США) часто поль­зуются «антидемпинговыми» процедурами для борьбы с иностранными конкурентами своих компаний.

Во многих странах существуют законы, которые прямо запрещают или серьезно препятствуют установ­лению иностранного контроля над рядом отраслей, которые признаются стратегическими. Национальный контроль над этими сферами непосредственно свя­зан с суверенитетом страны. В большинстве случаев к ним относят энергетическое хозяйство, финансовую систему (ее системообразующие институты), базовую инфраструктуру, а также весьма часто — сельское хо­зяйство (это связано с проблемой обеспечения про­довольственной безопасности). Здесь протекциони­стские меры могут обретать черты запретительных. Например, в США разрешение на приобретение ино­странным инвестором пакета акций более 5% в аме­риканских энергетических компаниях относится к исключительной компетенции Конгресса, который может отказать в таком приобретении на основании потенциального ущерба национальным интересам.

Практически всегда Конгресс США блокирует подоб­ные приобретения.

Помимо этих стратегических сфер, выделяют и от­расли усиленной протекционистской опеки. Как пра­вило, это либо отрасли, существенно определяющие уровень занятости в стране (например, высококоопе- рированные машиностроительные отрасли), либо пи­онерные инновационные отрасли, с которыми связан потенциал дальнейшего развития страны.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,120 сек. | 12.45 МБ