Обесценивание «человеческого капитала» как стратегическая угроза

За период 1999—2007 гг. были в общем решены за­дачи сохранения государственного единства России, вытеснения олигархического капитала из стратеги­ческих отраслей национальной экономики, перерас­пределения природной ренты в пользу государства, проведения эффективной внешней политики. Вос­становился до необходимого минимума уровень обо­роноспособности страны, благодаря чему в краткос­рочной перспективе (до 2015 г.) Россия застрахована от иностранного военного вмешательства. Благодаря этим объективным достижениям стало возможным восстановление государственных институтов, почти полностью разрушенных в 1985—1999 гг.

Доходов, получаемых государством благодаря пере­распределению природной ренты, вполне достаточно и для того, чтобы предупредить кризис в транспорт­ной, энергетической и жилищно-коммунальной сфе­рах. С высокой степенью вероятности можно прогно­зировать, что в 2008—2012 годах высшее политическое руководство страны предпримет ряд мер, направлен­ных на перераспределение доходов «сверхбогатых» в пользу наименее обеспеченных граждан через введе­ние прогрессивной шкалы подоходного налога, налога на предметы роскоши, недвижимость и т.д.

Однако для преодоления деградационных явлений в духовно-нравственной, культурной, образователь­ной, социально-психологической сферах одних ме­ханизмов перераспределения национального дохода недостаточно. Это доказывает опыт начального этапа внедрения приоритетных национальных проектов, когда обнаружилось, что почти каждая из государ­ственных инициатив, направленных на повышение уровня жизни, расценивается монополистами на со­ответствующих рынках как удобный предлог для из­влечения сверхдоходов. Иного эффекта ожидать не­возможно, если внедрению приоритетных проектов не сопутствует создание общественной атмосферы проектной мобилизации, если реализация проекта воспринимается региональными властями, бизнесом и самими гражданами, рассчитывающими на повыше­ние жизненного уровня, не как общее национальное дело, а как конъюнктурный прием наращивания по­требительского спроса.

Между тем и сам термин «приоритетный нацио­нальный проект», и оглашение этой инициативы в президентском Послании Федеральному собранию предполагает именно общенациональную задачу, за­трагивающую все слои общества, а не только отдельно взятые категории «облагодетельствованных» — и, сле­довательно, содержащую в себе нравственный аспект. Пока на общенациональном уровне, в том числе че­рез подконтрольные государству электронные СМИ, не утверждаются вместе с насущными задачами эле­ментарные критерии добра и зла, пока ответственные участники рынка не окружаются почетом, а паразиты на госпрограммах — позором, ни один приоритетный национальный проект не может быть реализован. Пока любая трагедия будет рассматриваться как «дело рук самих утопающих», из несчастий одних граждан будут совершенно безнаказанно извлекать доход дру­гие.

Введение абсолютных нравственных критериев в общественный обиход не может обойтись без создания образов добра и зла, достойного и аморального пове­дения на уровне общенациональной дискуссии. Пово­дом для подобной дискуссии может быть конкретный живой пример чрезвычайной ситуации, которая может постигнуть любого гражданина, независимо от места проживания и уровня доходов. Хорошо, что государ­ственные СМИ назвали обществу имена машинистов поезда «Невский экспресс», спасших человеческие жизни нестандартным, социально ответственным по­ведением в опасной ситуации. Плохо, что рядом с эти­ми именами не были оглашены всему обществу имена водителей новгородских такси, извлекших легкую на­живу из человеческой беды.

Оценка человеческих поступков с нравственных позиций, как и само употребление терминов «хоро­шо» и «плохо», «похвально» и «постыдно», не являет­ся рудиментом тоталитарного прошлого. Она являет­ся признаком целостности и здоровья нации, сохран­ности ее духовных основ, заложенных в заповедях Евангелия и в многовековой православной традиции бытовой морали. Критерии добра и зла не требуют специального навязывания: они живы в обществе и более актуальны сегодня, чем десятилетие назад, о них нужно лишь напоминать как о естественных, само собой разумеющихся отправных точках. Они должны стать столь же естественным путеводителем человеческого поведения, как элементарные навыки опрятности, как привычка чистить зубы и отглажи­вать костюм по утрам.

Эрозия нравственных основ общества, вызванная не имеющим аналогов в мире социальным расслое­нием, распространением заведомо завышенных для российского общества стандартов потребления, разру­шением традиционной системы нравственных коор­динат, кризисом системы образования и воспитания, разрушением традиционной культуры и семейных устоев, уже в среднесрочной перспективе приведет к резкому ухудшению качества «человеческого капита­ла» России на фоне резкого снижения численности населения страны. Сейчас главные угрозы России — это внутренние угрозы, ее «болевые точки» находятся в духовно-нравственной и культурной сферах.

Мы не можем считать изжитой общественную ат­мосферу 90-х годов, когда общество выживало по принципу «каждый спасайся сам», если потребитель­ский индивидуализм продолжает проповедоваться как через государственные СМИ, так и через систему школьного образования. Актуальность составления адекватных национальным задачам учебных пособий по гуманитарным дисциплинам, о которой специаль­но напомнил Министерству образования Президент РФ, состоит не в последнюю очередь в том, чтобы со школьной скамьи гражданин России получал не толь­ко «объективную» информацию о фактах и датах про­шлого, но и представления о доблести и малодушии, подвиге и предательстве. Рассматривая исторический опыт, учащийся должен иметь возможность самостоя­тельно оценить как роль соборного усилия, народной мобилизации в спасении страны в периоды нацио­нальных катастроф, как правило, сопряженных с той или иной формой внешней интервенции, так и роль личности в истории, которая в школьном курсе совет­ского периода приуменьшалась в соответствии с идео­логической догмой о движущей силе классов.

Ущерб, который нанесла стране эпоха 90-х годов, не сводится к утрате территорий, разрушению про­мышленного потенциала, снижению численности населения и т.д. Важнейшей проблемой, которая до­сталась России в наследство от этого периода, стало разрушение системы национальных этических прин­ципов и социальных мотиваций, совокупность кото­рых составляет социально-психологический портрет русской полиэтнической нации.

Реформа образования системы общественных наук по существу является составным элементом возрожде­ния «русского национального характера», основными чертами которого были такие качества, как искание высокого смысла в любой деятельности, способность к самоограничению во имя этого смысла, готовность к взаимопомощи и взаимовыручке, а в необходимой ситуации — к лишениям и самоотвержению, вплоть до жертвования собственной жизни; искание высшей справедливости, означающей прежде всего воздаяние каждому по заслугам, а не равномерное распределение материальных благ; стремление к физическому и ду­ховному совершенству, необходимому для постоянной жизни в трудных условиях — от сеяния хлеба до несе­ния многолетней воинской службы; стремление к изо­бретательству и новаторству, столь же необходимым для решения сложных практических задач минималь­ными средствами. Все эти свойства, определяющие и воспитывающие базовые ценности русского человека, вытравливались в нем начиная с периода трансформа­ции национальной идеи в потребительский суррогат (хрущевское выражение общественной цели в катего­риях примитивного потребления) и особенно целена­правленно и систематично — в период либеральных реформ, когда навязывалась принципиально чуждая национальной традиции и принципиально разруши­тельная для самой нации система ценностей.

Социальный опыт, накопленный нацией за послед­ние двадцать лет, несет в себе вирус разрушения тради­ционной социально-психологической матрицы. Навя­занные обществу стандарты создали предпосылки для возникновения новой психологической доминанты, представляющей собой некое негативное отражение русского национального характера — «русский харак­тер с обратным знаком».

Либеральный «новый человек», воспитываемый дегенерированным до животного примитива потре­бительским суррогатом, — диаметральная противо­положность русскому человеку как общественно­историческому типу. Этому «суррогатному русскому», начисто лишенному как элементарного гражданского сознания, так и каких-либо цивилизационных отличи­тельных признаков, свойственны тяга к стяжательству при полном равнодушии даже к будущему своего по­томства, не говоря уже об общенациональных задачах; бытовой цинизм с глухим равнодушием к бедствую­щему соседу и соотечественнику, к труду поколения, отстоявшего независимость и целостность страны и создавшего базовые условия для его собственного комфорта; тяга к постоянному удовлетворению при­митивных, по существу животных потребностей при отсутствии мотивации к совершенствованию себя и окружающей действительности. Этот «суррогатный русский» должен рассматриваться ответственной властью как существо, неприспособленное к суще­ствованию в национальной реальности, как поневоле ущербное создание, как нравственный лишенец, под­лежащий сложным и в значительной части принуди­тельным мерам перевоспитания в гражданина.

Если задача «возвращения русского человека» не будет поставлена в национальную повестку дня пре­жде и превыше конкретных отраслевых государствен­ных программ, самая благотворная и разумная иници­атива государства будет размываться и обрушиваться нравственной несостоятельностью исполнителя по­ставленных практических задач. Если непреодоленная нравственная деградация интеллекта и воли достигнет критической массы с физическим вымиранием поко­ления защитников и тружеников, если народ России превратится в аморфную атомизированную демора­лизованную массу гедонистов, капитулянтов и раз­ложенцев, лишенных веры, идеалов, традиционных представлений о добре и зле, ответственности перед прошлыми и будущими поколениями, не способ­ную к приобретению знаний и созидательному труду, то Россия может прекратить свое существование как уникальная духовная и культурно-историческая общ­ность задолго до того, как ее границы подвергнутся формальному пересмотру, ее государствообразующий этнос станет пассивным и недееспособным меньшин­ством на территории собственной страны, а природ­ные ресурсы перераспределятся цивилизациями Запа­да, Востока и Юга.

На сегодняшний момент даже само наличие подоб­ных угроз не осознается в должной мере ни обществом, ни властью. И критическая задача сегодня — заставить государственную машину работать на нейтрализацию этих стратегических угроз.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,136 сек. | 12.54 МБ