ПСИХИЧЕСКАЯ ВОЗДУШНАЯ АТАКА

ПСИХИЧЕСКАЯ ВОЗДУШНАЯ АТАКА
Китайские власти на уходящей неделе объявили огромную часть акватории Восточно-Китайского моря собственной зоной идентификации ПВО. Реакция США и соседей КНР на это решение оказалась так резкой и жесткой, что Пекин оказался перед непростым выбором меж общественным унижением и никому не необходимым вооруженным конфликтом.

Объявление прибрежных вод зоной идентификации (ЗИ) ПВО страны не является китайским ноу-хау. Такие зоны у собственного побережья выделили два 10-ка государств, владеющих способностями смотреть за их соблюдением, включая США и Японию. На теоретическом уровне, неважно какая страна имеет право востребовать от воздушного судна, приближающегося к ее побережью на расстояние в несколько сотен км, идентифицировать себя, именовать собственный полетный план и вступить в двухсторонний радиообмен с диспетчером.

Большая часть государств мира не делают этого по двум причинам. Одни скептически оценивают возможность налета неприятельской авиации, потому не хотят растрачивать немалые средства на предупреждение гипотетичной опасности. Другие просто не владеют силами и средствами для контроля таковой зоны и поддержания в ней установленных правил. Проще говоря, одни устанавливать такую зону не желают, другие — не могут.

Первыми захотели и смогли, обыкновенно, америкосы: после нападения японцев на Перл-Харбор в Вашингтоне сообразили, что чего-то не досмотрели, после этого и было принято решение установить подобающую зону вдоль всего побережья США. Цель была ординарна: не допустить повторения проблем декабря 1941 года. Во время "прохладной войны" ЗИ устанавливали страны вроде Норвегии и Англии, для которых налет русской авиации был не настолько уж умопомрачительной перспективой. Русские летчики также блюли интересы собственной страны, часто сбивая натовские самолеты, вторгавшиеся в ЗИ, установленную СССР. Индия и Пакистан, в протяжении XX века пережившие несколько войн, также установили надлежащие зоны, боясь неожиданного налета со стороны моря.

На Далеком Востоке идентификационными зонами ПВО обзавелись сходу несколько государств, опасавшихся воздушной атаки с моря. В числе иных — Япония, Южная Корея и, естественно, не много кем признанная Китайская республика, более популярная как Тайвань. У всех их были основания ожидать подкола со стороны соседей, также имелись технические и денежные способности смотреть за соблюдением ими же установленных правил.

Для КНР длительное время гарантией безопасности служили неистощимые человеческие ресурсы и ядерный арсенал. Особенной необходимости в установлении ЗИ у материкового Китая не было, как не было технических и денежных способностей держать под контролем такую зону, даже если б она появилась. Не считая того, превосходящая мощь авиации США и их союзников в регионе не позволяла китайцам даже помышлять о том, чтоб приневолить кого-то к подчинению своим правилам.

Но в последние десятилетия ситуация стала стремительно изменяться. С ростом экономической мощи росли оборонные способности и внешнеполитические амбиции Китая. Те либо другие территориальные претензии Пекин начал предъявлять фактически всем своим соседям (тщательно об этих претензиях "Лента.ру" уже писала). Споры с сопредельными странами привели к резвому подъему национализма посреди обычных китайцев, что, в свою очередь, подталкивало управление страны ко все более брутальной наружной политике.

Одним из центральных частей этой политики стал спор с Японией за необитаемый архипелаг, в Токио именуемый Сенкаку, а в Пекине — Дяоюйдао. Остроты этому конфликту добавляют сходу несколько причин: архипелаг размещен сравнимо неподалеку от побережья материкового Китая, шельф вокруг островов полон нужных ископаемых, а к жителям страны восходящего солнца в силу исторических обстоятельств в Китае относятся очень плохо.

Правительство Китая в течение пары лет пробовало отыскать метод вынудить Японию признать наличие территориального спора, но каждый раз натыкалось на "поразительное высокомерие" Токио. Жители страны восходящего солнца даже не собирались дискуссировать принадлежность архипелага. Потому Пекин вкупе с дипломатичными стал использовать и поболее грубые способы давления. К островам то и дело направляются флотилии китайских рыбаков и исследователей, к ним подходят военные корабли и подлетают самолеты, что очень нервирует японцев.

По всей видимости, решение объявить ЗИ ПВО над Восточно-Китайским морем лежало в русле стратегии наращивания давления на Токио. Если б зарубежные авиакомпании подчинились требованиям КНР, претензии Пекина на острова получили бы некое международное признание. При этом сначала это сработало: фактически все авиакомпании, включая японские, заявили, что будут соблюдать установленные Китаем правила, так как не собираются рисковать безопасностью пассажиров. Слова о "риске" появились неслучайно: китайцы пообещали использовать "меры критического оборонного нрава" к нарушителям. В переводе с дипломатичного — сажать на свои аэродромы, а особо супротивных — сбивать.

Но торжество китайцев продолжалось недолго. Когда заинтригованные страны пристально разглядели предоставленные Пекином карты новейшей ЗИ, в регионе поднялась буря возмущения. Посильнее всех, очевидно, была возмущена Япония. Китай не только лишь провел свою ЗИ поверх японской, да и включил в нее воздушное место над спорным архипелагом. Гнев Токио полностью понятен: идентичной была бы реакция правительства РФ, если б те же жители страны восходящего солнца, к примеру, установили свою ЗИ над Курильскими островами. Токио не только лишь не признал китайское нововведение, да и востребовал от собственных авиакомпаний стопроцентно его игнорировать. Те были обязаны подчиниться, даже невзирая на обещанные КНР "меры критического оборонного нрава".

Реакция Стране восходящего солнца, при всей ее резкости, была полностью прогнозируемой, в Китае наверное рассчитывали на что-то схожее. Ужаснее то, что на сторону Токио встал целый ряд влиятельных государств.

Первыми сориентировались америкосы. Оборонное и внешнеполитическое ведомства США выступили с очень жесткими заявлениями, в каких китайское нововведение было названо небезопасным, разрушающим региональную стабильность, однобоким, а поэтому — недействительным. Вашингтон категорически отказался признавать китайскую ЗИ, сходу после этого через нее пропархали два стратегических бомбовоза B-52 ВВС США. С китайскими диспетчерами они, очевидно, не связывались и на запросы не отвечали.

Для Китая в этой ситуации неприятно то, что америкосы, ранее соблюдавшие нейтралитет в споре за острова, практически заняли позицию Стране восходящего солнца, напомнив про контракт о обоюдной обороне с Токио. При всем этом (принципиальный аспект) США объявили, что будут помогать защищать всю местность Стране восходящего солнца, включая спорные острова. КНР таким макаром получил очень влиятельного оппонента в рамках спора за архипелаг.

Далее — ужаснее. В последние годы медлительно, но непреклонно ухудшались дела Стране восходящего солнца и Южной Кореи. Основным препятствием на пути обычного их развития были споры об ответственности Токио за злодеяния, совершенные во время 2-ой мировой войны. Корейцы никак не могут простить жителям страны восходящего солнца того, что их использовали в качестве рабов, а жители страны восходящего солнца не пылают желанием каяться. На этом фоне зародилась дружба Сеула и Пекина (у которого есть идентичные претензии к Стране восходящего солнца).

Но китайская ЗИ ПВО практически вытолкнула корейцев в объятия Токио: по необычному недосмотру китайцы включили в границы собственной зоны значимый участок воздушного места, который Сеул считает своим. Протесты на деяния Пекина посыпались и из Южной Кореи, а ее самолеты и корабли здесь же нарушили китайскую ЗИ, показывая ее недействительность.

Похожим образом отреагировал и Тайвань, у которого есть собственные виды на архипелаг. Хотя дела 2-ух Китаев в ближайшее время становились все лучше и лучше, объявленная КНР ЗИ ПВО положила конец этой тенденции. В Тайбэе вновь заговорили о "неуемных аппетитах Пекина" и о том, что коммунистам веровать нельзя ни в коем случае. Другие страны региона, опасающиеся быстрого роста воздействия Китая, также выступили с осуждением инициативы КНР. Желающих подчиняться новым правилам полетов над Восточно-Китайским морем не нашлось.

Любопытно, что в самом Китае публичное мировоззрение бурно приветствовало установление ЗИ ПВО. Более того, обыкновенные обитатели страны через соцсети и форумы безотступно рекомендовали собственному правительству без промедления сбивать нарушителей, не желающих подчиняться введенным правилам. Последствия схожих действий, если б Пекин на их отважился, не много кого тревожут: все ссылаются на то, что в собственной ЗИ "америкосы сделали бы то же самое".

Управление Китая оказалось в многосмысленной ситуации: с одной стороны, раз уж ввели ЗИ ПВО, то нужно смотреть за ее соблюдением и наказывать нарушителей. Но с другой стороны, не очень понятно, как это делать, когда фактически все соседи отрешаются ее признавать: не сбивать же, по правде, южноамериканские бомбовозы и японские пассажирские лайнеры. Хотя способности Народно-освободительной армии Китая за последние десятилетия значительно возросли, тягаться на равных с США и их союзниками Пекин все равно не может.

Если нарушителей зоны не наказывать, то вся затея с ее введением перевоплотится в хрестоматийный смешной рассказ о "последнем китайском предупреждении". Если же попробовать их наказать, интернациональный скандал будет таким звучным, что его нехорошие последствия перекроют любые выгоды от введения ЗИ ПВО.

На данный момент китайцы приняли промежуточное решение. На патрулирование зоны высланы истребители, которые, правда, никого пока не сбили и, судя по всему, сбивать не собираются. Пекин обозначил присутствие в им установленной ЗИ, но, на самом деле, оно остается чисто символическим.

Сейчас ситуация складывается последующим образом: в собственном стремлении погуще насолить жителям страны восходящего солнца китайские руководители очевидно перегнули палку. Решение объявить ЗИ ПВО вылилось в фактическое признание янки японского суверенитета над спорными островами, также в испорченные дела с Сеулом и Тайбэем с перспективой общественного интернационального унижения. Не говоря уже о падении авторитета "слабенькой и нерешительной" власти посреди националистически настроенных граждан, составляющих большая часть населения.

Пекину нужно как можно резвее отыскать некий метод показать последовательность в собственных решениях, не применяя при всем этом "критические меры оборонного нрава". Как конкретно будет решена эта задачка, сказать на данный момент тяжело, но, может быть, некий вариант предложит вице-президент США Джо Байден, который собрался в последнее время посетить Японию и Китай.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,107 сек. | 12.49 МБ