Несбалансированность флота достигнула последнего рубежа

Несбалансированность флота достигла последнего рубежа

Современные российские дизель-электрические подводные лодки (ПЛ), на данный момент их предпочитают именовать «неатомными», имеют довольно огромные размерения и соответственное им водоизмещение, сравнимое с надводным кораблем класса «корвет». Рвение расположить на неатомной (означает с более низкой, чем на атомной ПЛ, энерговооруженностью) подводной лодке существенное количество вооружения, прирастить автономность и скоростные свойства не дает способности минимизировать габариты ПЛ и численность экипажа. Очень значительно затрудняет уменьшение размерений ПЛ очень недостающая автоматизация, обусловленная отсутствием встроенной системы управления всеми техническими средствами корабля и всем его вооружением, сделанной на современной, но российскей, микроэлементной базе. Гласить же о главенстве аспекта «эффективность – стоимость» при таком подходе к определению тактико-технических черт будущей субмарины глупо. Потому именовать их малыми подводными лодками, видимо, будет некорректно.

Русская ШКОЛА ПОДВОДНОГО ПЛАВАНИЯ

Еще перед Величавой Российскей войной все ПЛ независимо от типа были по своим габаритам и водоизмещению малыми. А класс дизельных подводных лодок представлял собой весь подводный флот страны.

До войны он состоял из 211 ПЛ разных серий. 45% из их представляли «средние» ПЛ, 39% – «малые» ПЛ и около 16% – крейсерские. За годы войны было достроено еще 56 подводных лодок. Задачки, решаемые дизельными ПЛ, производились в главном в прибрежных районах морей Далекого Востока, Балтийского, Темного и Баренцева морей. Еще в 1930 году для использования в прибрежных районах и для внутренних морей (Темного и Балтийского) в стране начали строить ПЛ типа «Щ» (3-й серии) водоизмещением 589 т, имевшие на вооружении четыре носовых торпедных аппарата (НТА), два кормовых (КТА) и четыре запасных торпеды. В 1932 году началось строительство ПЛ типа «Щ» (5-й серии) для Тихоокеанского флота (ТОФ), которые можно было перевозить по стальной дороге в разобранном виде. В 1932 году для ТОФ разработали малые подводные лодки (МПЛ), предназначенные к перевозке по стальной дороге в собранном виде, водоизмещением 203 т. До конца 1935 года было выстроено 28 МПЛ (12-й серии). В 1939 году началось строительство МПЛ (15-й серии) водоизмещением 280 т с 4-мя НТА. С 1938 по 1941 год началось строительство ПЛ типа «С» (9-й серии) водоизмещением 840 т. Они превосходили ПЛ типа «Щ» по вооружению, скорости надводного хода, дальности плавания, глубине погружения и живучести.

На этих ПЛ русские мореплаватели с честью выполнили собственный долг перед государством и народом. Около 3-х 10-ов подводников стали Героями Русского Союза. Посреди их – командиры подводных лодок Валентин Стариков, Астан Кесаев, Миша Грешилов, Яков Иосселиани, Максим Хомячков, Израиль Фисанович, Александр Маринеско, воевавшие на «малютках», как тогда нежно и почтительно называли МПЛ. Героями Русского Союза стали Александр Трипольский, Григорий Щедрин, Иван Кучеренко, Сергей Алексеев, воевавшие на «эсках»; Федор Вершинин, Анатолий Коняев, Николай Лунин, Евгений Осипов, Миша Калинин, Самуил Богорад, Иван Травкин – на «щуках»; также Иван Колышкин, Магомет Гаджиев, Федор Видяев. Их имена и доныне сохраняются в заглавиях улиц и флотских гарнизонов. А их атаки и походы изучают в училищах и академиях.

По окончании войны в стране продолжилось строительство малых ПЛ 15-й серии (довоенной разработки). С 1947 по 1951 год выстроено 52 «малютки». Но они уже не отвечали новым требованиям, извлеченным из опыта прошлой войны. К тому же в сентябре 1951 года в составе ВМФ оставались только 173 подводные лодки и в течение следующих 2-3 лет предстояло вывести из боевого состава еще 69 ПЛ, на сто процентов выслуживших установленные сроки эксплуатации.

С конфигурацией геополитической обстановки в итоге 2-ой мировой войны центр приложения сил для внедрения подводных лодок в операционных зонах Тихоокеанского и Северного флотов сместился в океанскую зону. Выявилась необходимость присутствия ПЛ в Средиземном море.

В связи с обострением интернациональной обстановки, после возникновения в арсенале США атомного орудия, развязанной США войны в Корее и на
чавшейся эскалации прохладной войны с разработкой планов внедрения атомного орудия против СССР, управлением страны и ВМФ были приняты критические меры по восстановлению боевого потенциала ВМФ. Так постановлением Совета министров СССР от 5 февраля 1952 года предусматривалось строительство 277 ПЛ. С 1952 по 1958 год была построена 201 подводная лодка пр. 613 и 25 подводных лодок пр. 611. Более того, в 1953–1959 годы в стране была построена единственная в мире серия из 29 малых ПЛ проекта А615 с «единым двигателем». К огорчению, бессчетные случаи аварийности при использовании движков «замкнутого цикла» на ПЛ проекта А615 (из-за высочайшей пожароопасности их называли «зажигалками») и значимая шумность этих ПЛ привели к отказу от их использования, выводу из боевого состава и прекращению последующих разработок малых ПЛ. Взамен усиленно наращивалось строительство новых серий дизель-электрических подводных лодок (ДЭПЛ) 641, 633 и 641Б проектов.

Но уже опыт роли ПЛ ВМФ в Карибском упадке показал недостаточную эффективность имеющихся дизельных ПЛ на океанских коммуникациях (театрах). Русский ВМФ перебежал к массированному строительству атомного подводного флота. У истоков атомного подводного флота встали воспитанники школы подводного плавания, сделанной подводниками Величавой Российскей войны и периода после войны. Решив задачку выхода в океаны и Средиземное море атомными лодками, управление ВМФ ослабило внимание к сбалансированности подводных сил ПЛ разных классов, в особенности – неатомными ПЛ, что привело к застою в развитии и упадку этого класса субмарин.

Сложившаяся после роспуска Варшавского контракта, распада Русского Союза и расширения НАТО на Восток геополитическая обстановка, затянувшаяся на долгие и длительные годы реформа Вооруженных сил и соответственно ВМФ Рф, коренным образом изменила расстановку сил на морских театрах. Бывшие когда-то фактически внутренними для СССР и государств ОВД Темное, Азовское, Балтийское и Каспийское моря стали морями многих стран, имеющих либо желающих иметь свои территориальные воды, исключительную экономическую зону и притязания на шельф (или часть дна – на Каспии). Более того, акватории Балтики, Темного и Азовского морей стали доступны для кораблей НАТО вне зависимости от Рф. Действия августа 2008 года наглядно проявили, что имеющийся в текущее время потенциал ВМФ Рф на этих морях не позволяет в силу дефицитности и несбалансированности корабельного состава полностью и с достаточной степенью эффективности делать задачки по основному назначению не только лишь в военный и угрожаемый период, но даже и в мирное время.

Не отвлекаясь на анализ обстоятельств появления сложившейся обстановки с расстановкой может быть противостоящих сил флотов на этих морских театрах и направлениях, можно только упомянуть некие предпосылки, легшие в основание сегодняшнего положения.

БОРЬБА НАНАЙСКИХ Мальчишек

Ограниченное внедрение послевоенных дизельных подводных лодок на мелководной Балтике, являвшейся до 1991 года фактически внутренним морем для флотов Организации Варшавского контракта, такая же невостребованность по наибольшему использованию всех тактико-технических черт имевшихся на Черном море подводных лодок, прекращение испытаний на Каспийском море вновь построенных на Сормовском заводе ДЭПЛ – в связи с прекращением их строительства привели к понижению интенсивности использования ДЭПЛ в планах внедрения сил флотов на этих театрах. Минувшее 20-летие пассивного содержания сил ВМФ РФ на этих театрах только ухудшило положение. И сложившаяся в итоге этого ситуация с отсутствием каких-то подводных лодок в районах вероятных напряжений сейчас очевидно разрезает глаз.

Пытаясь поправить создавшееся положение, командование ВМФ планирует увеличивать строительство и ремонт с модернизацией имеемых ДЭПЛ. Но довольно высочайшая цена строительства и модернизации, также продолжительность сроков этих работ вызывают опаски, что Русский флот не успеет впору их получить. Возможность обострения политической ситуации с вероятным переходом к вооруженным конфликтам (или региональным войнам) быстро наращивается. Нужно находить метод резвого и сравнимо недорогостоящего наращивания подводных сил в небезопасных районах. Состоявшие в текущее время на вооружении дизельные (неатомные) ПЛ проектов 877 и 636 с водоизмещением более 3000 т и автономностью 45 суток имеют экипажи по 60 человек и значимый боекомплект различного вооружения (в том числе 18 торпед, 24 мины)
, что сверхизбыточно для маленьких морских театров.

Вероятнее всего на таких театрах должны быть нужны малые дизельные ПЛ. Думается, что не все из опыта внедрения подводных лодок в Величавой Российскей войне устарело. Касается это не только лишь командирского опыта, но отчасти и вооружения. Видимо, рано списывать и считать устаревшими малые подводные лодки, бывшие в годы войны самыми массовыми во флотах воюющих стран.

Заявленное сходу после инаугурации новым Верховным Главнокомандующим требование обновить вооружение ВС РФ на 70% до 2020 года подтверждает наличие военных угроз разного характера для Рф и как следствие возрастание внимания управления страны к укреплению обороноспособности страны.

В то же время выполнение очередной ГПВ-2020 становится настолько же непонятным, как и выполнение прошлых, ранее принятых программ вооружения. Сложившаяся ситуация с перманентным невыполнением программ, а именно, ГОЗ-2010 и в особенности ГОЗ-2011, также фактически вполне циклическая с ГОЗ-2012 (типо из-за ценовых разногласий меж предприятиями ОПК и Минобороны) наводит на идея об ее искусственности. При желании страны и наличии политической воли все – никаким фактическим материалом и регламентирующими документами не обоснованные – обвинения Минобороны в адресок компаний ОПК должны быть приняты разными следственными органами и Генпрокуратурой для возбуждения уголовных дел по обвинению в попытке либо нанесении вреда государству безосновательным завышением цен. Заместо этого 2-ой год на арене ценовых разногласий показывается борьба «нанайских мальчиков».

Все это наводит на идея об отсутствии в казне назначенных бюджетом средств. Как следует, можно с высочайшей степенью вероятности полагать, что заявленных к постройке подводных лодок флот в ожидаемые сроки может не получить. Более того, к величавому огорчению, предназначенные на пополнение корабельного состава ВМФ строящиеся многоцелевые атомные ПЛ не являются инвентарем решения задач в более небезопасных районах непостоянности, другими словами в Балтийском, Каспийском и Черном морях. Разумеется, требуется доосмыслить подход к решению вопроса первоочередного пополнения состава подводных сил для этих театров.

Для решения препядствия целенаправлено разглядеть подходящие варианты проектов малых (сверхмалых) ПЛ водоизмещением до 750–1000 т из числа демонстрируемых на морских салонах предложений по строительству МПЛ. Предлагаемые русскими проектантами малые ПЛ вызывают неизменный энтузиазм у инозаказчиков, но из-за отсутствия целеустремленной работы бессчетных структур ВТС по предстоящему продвижению проектов МПЛ определенных результатов в виде заключенных договоров не наблюдается. Хотя примеры насыщенного строительства малых и сверхмалых ПЛ в КНДР и закупок Ираном МПЛ у Северной Кореи (по мере надобности их можно использовать и на Каспийском море) должны были не только лишь «простимулировать» органы ВТС РФ, да и побудить определенные структуры ВМФ к корректуре взглядов на применение этих МПЛ в собственных интересах.

Несбалансированность флота достигла последнего рубежаМалая подводная лодка «Пиранья»

ПИРАНЬИ 3-х МОРЕЙ

В ранце русских проектантов имеются разные варианты проектов, устраивающие по предлагаемым тактико-техническим чертам довольно взыскательных инозаказчиков из Юго-Восточной Азии и региона Индийского океана. К слову, конкретно Петербургский СПМБМ «Малахит» еще пока остается одним из немногих в мире КБ, умеющих создавать малые и сверхмалые подводные лодки.

Например, предложенные СПМБМ «Малахит» на морских салонах последних лет проекты МПЛ прибрежного деяния с немногочисленным экипажем за счет высочайшей степени автоматизации владеют завышенной дальностью плавания, высочайшей скоростью, маневренностью и боевой эффективностью. Они созданы для охраны побережья, борьбы с кораблями противника, поражения береговых сооружений, минирования акваторий посадки разведывательно-диверсионных групп, ведения разведки и спасательных операций и имеют последующие характеристики вооружения:

«Пиранья-Т» (водоизмещение 370 т) имеет вооружение: две ракеты калибра 533 мм, шесть–восемь торпед калибра 324 мм, восемь мин, может доставлять группу из 4 подводн
ых пловцов.

«П-550» (водоизмещение 750 т), вооружение: четыре торпеды (ракеты) калибра 533 мм, восемь торпед калибра 324 мм, 12–24 мины, может доставлять группу из 6 подводных пловцов.

«П-750» (водоизмещением 960 т), вооружение: три–четыре крылатые ракеты (в шахте), четыре торпеды (ракеты) калибра 533 мм, восемь торпед калибра 324 мм, 12–24 мины, может доставлять группу из 6 подводных пловцов.

Эти МПЛ с глубиной погружения 200–300 метров, с экипажем пять–девять человек, владеют автономностью 20–30 суток, дальностью плавания 2000–3000 миль. Имея в боекомплекте торпеды (крылатые ракеты) калибра 533 мм в торпедных аппаратах, мины в забортных минно-сбрасывающих устройствах (МСУ), МПЛ способны на сто процентов решать характерные для ПЛ задачки на этих морях. И в особенности презентабельны в свете последних взглядов на применение сил (войск) специального предназначения способности этих МПЛ по доставке боевых пловцов.

Если взять за базу вариант проектирования и строительства МПЛ с внедрением уже разработанных и принятых на вооружение образцов радиоэлектронного вооружения (РЭВ) и орудия даже в экспортном варианте, то имеется возможность в кратчайшие сроки и с наименьшими затратами спроектировать и выстроить маленькую, но достаточную серию МПЛ для обеспечения ими Балтийского, Каспийского, Темного и дальневосточных морей.

Проектирование и строительство серии из трех–четырех МПЛ на одном заводе по предложениям «Малахита» и при соответственной организации может занять от 4 до 6 лет.

Малочисленный – за счет высочайшей степени автоматизации управления системами и орудием корабля – экипаж (пять–девять человек) обеспечивает достоинства малых ПЛ как в габаритах, так и по нужной для обеспечения их жизнедеятельности береговой инфраструктуре перед зарубежными НАПЛ третьего–четвертого поколений и русскими ДЭПЛ. Этот высочайший уровень фактически полной автоматизации ранее зарекомендовал себя на «малахитовских» ПЛА 705 проекта. На предлагаемых МПЛ схожая высочайшая автоматизация может быть обеспечена как поставляемыми Петербургским НПО «Аврора» на экспорт для ДЭПЛ системами управления орудием и техническими средствами, так и многообещающими разработками конструкторов НПО «Аврора» для новых ДЭПЛ.

Очень понятно желание управления ВМФ получать новые корабли с новым РЭВ, орудием и многообещающими анаэробными энергоустановками. Но сроки новых разработок, их цена, отсутствие планов строительства малых ПЛ в программках вооружения, равно как и утвержденной программки развития морских сил общего предназначения (МСОН), другими словами легализованного финансирования на эти цели, вынуждают протягивать ножки по одежде.

В то же время отказ от ведущихся работ по разработке анаэробных двигательных установок для неатомных ПЛ нецелесообразен, более того, разумеется, что некомпитентное прекращение этих работ, обширно развернутых в 50-е годы, лишило ВМФ фаворитных позиций в мире. Эти работы нужно в наибольшей степени интенсифицировать, невзирая на то что, к величавому огорчению, сроки выполнения этих НИОКР и издержки на их еще очень значительны. Не считая того, следует учесть тот факт, что анаэробные установки требуют сотворения сложной, дорогостоящей и уязвимой от военного воздействия инфраструктуры.

Таким макаром, вновь навязывается вывод об отсутствии резерва времени на приведение ВМФ в довольно боеспособное состояние ни к 2016, ни к 2020 году. Военно-морской флот может не успеть! Только исходя из условия малых сроков обеспечения флотов актуально необходимыми и дешевыми МПЛ, способными поддержать боеспособность оперативных объединений на закрытых морских театрах, нужно оборотиться лицом к малым ПЛ и срочно начать их строительство.

ПОДВОДНЫЕ Камешки НА ФАРВАТЕРЕ Кораблестроения

Вопрос, где строить, тоже не из легкорешаемых. Состояние судостроения страны не внушает оптимизма, так же как и пробы поднять его на более высочайший уровень. Рассуждения о необходимости увеличения конкурентоспособности в оборонке и, а именно, в кораблестроении, за счет вербования в ветвь личного капитала с очередной приватизацией еще не упавших совсем компаний мотивированны, смотрятся весомо, но не лишены лукавства. Приводя примеры негосударственного кораблестроения в США, не берется в расчет (либо умалчивается) факт наличия в государстве 30–40-летних программ судостроения и гарантирующих твердую уверенность хозяев компаний и всей кооперации в заказах на многие десятилетия.

Русские примеры принадлежности без ро
ли страны – это примеры завода «Красное Сормово», где акционеры (собственники) приняли решение отрешиться от военного судостроения, прекратив строительство подводных лодок, либо Амурского судостроительного завода (АСЗ) в Комсомольске-на-Амуре, доведенного бывшими обладателями до банкротного состояния. Нереально также и представить личного собственника Севмашзавода (СМП), готового содержать за собственный счет все «непрофильные» активы завода, который строился и развивался в симбиозе с городской инфраструктурой. Ни город Северодвинск, ни завод существовать друг без друга не сумеют. То же самое можно сказать и о Комсомольске-на-Амуре, городке корабелов, авиастроителей, металлургов и других, важных для экономики страны производств. Да в эталоне, по-видимому, можно грезить о содержании схожих городов за счет бюджетов регионов и самих городов – по примеру тех же США, но этот вопрос правительство сумеет разрешить только при довольно развитой экономике (после ее подъема) и соответственной этой экономике налоговой и экономной политики. Без решения этих заморочек государством обитателей этих городов региональные власти сумеют содержать лишь на пособия по безработице.

Настолько же неубедительными при вдумчивом анализе смотрятся предложения о слияниях проектно-конструкторских бюро. Гласить о ликвидации монополизма проектантов и расширении конкурентности меж КБ, взяв за базу принцип их объединения меж собой, – это уже не просто лукавство!

Ворачиваясь к вопросу о месте строительства малых ПЛ, целенаправлено разглядеть возможность использования не только лишь «Адмиралтейских верфей», загруженных строительством ДЭПЛ и работающих на экспорт, да и развертывания строительства МПЛ на Амурском судостроительном заводе.

Во-1-х, водоизмещение МПЛ не востребует значимых начальных издержек на модернизацию (реконструкцию) цехов, бассейна и других гидротехнических сооружений. Во-2-х, отчасти решается неувязка восстановления кораблестроения на Далеком Востоке, подготовка производственных кадров кораблестроения и судоремонта для всего Далекого Востока и возможность производства МПЛ на экспорт.

Малые габариты предлагаемых МПЛ позволяют ориентироваться на их транспортировку в европейскую часть Рф по стальной дороге.

Довольно безпроигрышно смотрится возможность базирования МПЛ в критериях отсутствия развернутой инфраструктуры. Малая численность экипажей и соответственно численность личного состава соединения (может быть, дивизиона МПЛ из нескольких единиц) дозволит базироваться повсевременно или в положении дежурства (временного базирования) у 1-го причала (плавпирса) либо плавбазы (типа рыболовного траулера, сейнера либо хоть какого другого маленького судна) даже в точке укрытой якорной стоянки либо закрытой бухточки.

Нельзя забывать и о дополнительной способности поддержания за счет МПЛ ранее существовавшей школы подводного плавания, сделанной на базе опыта и выучки довоенных, периода Величавой Российскей войны и восхитительных послевоенных подводников-«дизелистов», создавших советскую школу подводников атомных субмарин. Эта школа просит отработки практических способностей и совершенствования стратегии использования орудия и техники в долгих и учебных походах. Как в авиации должен поддерживаться нужный налет в часах, так у подводников – наплаванность в сутках и милях и количестве выполненных боевых упражнений.

Вопрос о строительстве малых подводных лодок просит скорого принятия решения. Опыт 2-ой мировой войны при всей его давности указывает, что только развитая и верно направленная на отмобилизование экономика способна что-то производить для воюющей страны в военное время. Поставленная на военные рельсы заранее, до начала 2-ой мировой войны, экономика Германии дозволила с 1939 по 1945 год выстроить 1155 подводных лодок (из их – 700 единиц 7-й серии водоизмещением 626 т). Правда, при всем этом стопроцентно употреблялся экономический потенциал захваченных государств Европы, их высококвалифицированная рабочая сила. Да и боевые утраты подводного флота Германии за годы войны составили 725 ПЛ.

Думается, что в случае крупномасштабной, ну и не очень, войны этот вариант для Рф не подойдет. За годы Величавой Российскей войны Русский Альянс с учетом массовой эвакуации (передислокации) промышленных компаний за Урал при потерях ВМФ в 98 ПЛ смог только достроить 56 ПЛ в главном серии «М». Беря во внимание опыт войн и военных конфликтов последних 20 лет, можно полностью достоверн

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
SQL - 67 | 0,251 сек. | 12.79 МБ