Окончательный разгром может быть после августа 2012 года

За одну неделю лишились собственных постов три главнокомандующих видами русских Вооруженных Сил. При этом главкома ВМФ адмирала Владимира Высоцкого и главкома ВВС генерал-полковника Александра Зелина в отличие от главнокомандующего Сухопутными войсками генерал-полковника Александра Постникова уволили в отставку. Чем это можно разъяснить, к чему может привести схожая кадровая политика? Такая тема беседы обозревателя газеты «ВПК» с генералом армии Петром Дейнекиным. Он был главкомом ВВС в период с 1991 по 1998 год.

– Петр Степанович, новым главнокомандующим ВВС стал генерал-майор. На данный момент не о личности и деловых качествах этого человека, а о самом факте выдвижения полководца с первичным генеральским званием на настолько высшую должность. Были ли подобные прецеденты в истории военной авиации СССР и Рф?
– Вопрос о назначениях на ответственные посты не рассматривается без учета личных и деловых свойств кандидатов. По этой причине и желаю выделить, что у нового главнокомандующего ВВС Виктора Николаевича Бондарева достойный послужной перечень. После окончания Высшего военного авиационного училища имени Валерия Чкалова он (как один из наилучших выпускников) был оставлен в нем летчиком-инструктором и уже через четыре года командовал эскадрильей. После учебы в Военно-воздушной академии имени Гагарина пару лет командовал гвардейским ордена Суворова, два раза краснознаменным штурмовым авиационным полком. Как гласил маршал Жуков, основная ступень в военной службе – это должность командира полка.

Виктор Николаевич Бондарев показал высочайшее боевое мастерство во время военных действий на Северном Кавказе, за что был награжден «Золотой Звездой» Героя Русской Федерации. Он кавалер орденов «За службу Родине в Вооруженных Силах», «За военные заслуги» с клинками и Мужества. Достойно показал себя и в процессе российско-грузинского конфликта, где наши штурмовики сыграли немаловажную роль. И нет колебаний в том, что у личного состава ВВС главком с таковой биографией не может не вызывать почтения.

А то, что он генерал-майор, – это вина не его, а старших начальников. Либо следствие той политики, которая проводится с неких пор в отношении чинов и званий. Дело в том, что Бондарев носит погоны генерал-майора семь лет – с 2005 года. Командуя объединением ВВС и ПВО на Урале и будучи начальником Головного штаба ВВС, он уже был достоин присвоения очередных воинских званий, но в чем здесь дело, неясно.

Вобщем, новый главком в этом плане не одинок.

Командующий далекой авиацией ВВС А. Д. Жихарев тоже длительно носит на плечах погоны генерал-майора. Совместно с тем в истории нашей авиации были блестящие примеры выполнения долга с очень умеренными воинскими званиями.

– Кого бы вы могли именовать в качестве примера?
– 1-ый в стране три раза Герой Русского Союза А. И. Покрышкин пришел в авиацию старшим техник-лейтенантом и окончил войну полковником в должности комдива. Даже президент США Трумэн признал его не только лишь выдающимся асом, да и профессиональным авиационным командиром, но еще одно воинское звание генерал-майора будущий маршал авиации Покрышкин получил исключительно в 1953 году, через восемь лет после окончания войны.

Окончательный разгром может быть после августа 2012 года

А два раза Героя Русского Союза (вторую «Звезду» он получил в декабре 1942 года) и знаменитого летчика далекой авиации А. И. Молодчего дважды представляли к третьей «Золотой Звезде» (в конце 40 третьего и сначала 40 4-ого), но Александр Игнатьевич Молодчий так и окончил войну в небе Берлина два раза Героем. Эти факты свидетельствуют о несправедливом и бездушном отношении даже к таким выдающимся людям, и таких примеров много.

В конце 30-х управлять авиацией военных округов у нас назначали Героев Испании Анатолия Серова и Павла Рычагова, Петра Пумпура и Евгения Птухина. К огорчению, они не успели за пару предвоенных лет вырасти до уровня больших военачальников, но были репрессированы заодно с Я. И. Алкснисом, А. Д. Локтионовым, Я. В. Смушкевичем, И. О. Проскуровым и десятками других управляющих ВВС. За какие грехи, нам непонятно до сего времени.

После такового расстрельного кадрового погрома ВВС заступаться за авиаторов с
тало некоторому, и перед войной выпускников летных школ высылали в войска сержантами. В сержантском звании вели войны Иван Кожедуб, Александр Чернокнижников, Александр Ефимов и Николай Скоморохов. Они стали три раза и два раза Героями Русского Союза, а после войны и маршалами авиации.

Кстати, во неприятельском люфтваффе командирами авиационных эскадр (а по-нашему – дивизий) назначались майоры. Это был сознательно взятый Герингом курс на то, чтоб эти соединения возглавляли не престарелые полковники – ветераны Первой мировой войны, а активные боевые летчики. Имея значимый перевес над германской авиацией по численности, мы длительно бились с ней за господство в воздухе, но смогли его добиться исключительно в 1943 году.

Так что кадры решали все.

– Но может быть, пост главнокомандующего ВВС сейчас закончил быть довольно высочайшим?
– Такие вопросы появляются у многих. Главком ВВС – генерал-майор, командующий далекой авиацией – генерал-майор. Но меж иным в одной структуре – командир полка, а в других даже руководители пресс-служб – тоже генерал-майоры. Не обделено генеральскими чинами и наше Министерство по чрезвычайным ситуациям. Если б это обосновывалось какими-то концептуальными взорами на табели о рангах в разных ведомствах, тогда людям все было бы понятно. Но непонятно то, почему имеют место такие вот асимметричные подходы в оценке деятельности муниципальных служащих?

– Чем, на ваш взор, все-же можно разъяснить неожиданную отставку Александра Зелина? Как оценить тот факт, что его уволили в год столетия ВВС и практически за некоторое количество дней до 59-го денька рождения? Неуж-то нельзя было подождать, когда этому генерал-полковнику исполнится 60 лет?
– Думаю, что основная причина увольнения Зелина заключается в его несогласии с некими мероприятиями военной реформы, касающимися Военно-воздушных сил. Ну и сам я считаю низведение ВВС до уровня рода войск наикрупнейшей ошибкой, что, не дай боже, нам может аукнуться. Это во-1-х. Во-2-х, не соглашусь с определением «внезапная отставка». Так может показаться только со стороны.

Окончательный разгром может быть после августа 2012 годаЗелин, на мой взор, достойно командовал ВВС в критериях жесткого реформирования. Совместно с тем этот период совпал с массивным потоком муниципальных ассигнований Министерству обороны и ОПК, что позволило главкому ВВС заняться новейшей техникой, модернизацией самолетного парка и средств поражения.

Приметно, что в Военно-воздушных силах направили внимание на оснащение авиации современными навигационными комплексами, электрической аппаратурой и высокоточным орудием. Это очень принципиально, так как нам за долгие и длительные годы после хрущевского погрома так и не удалось убрать отставание в этих делах от военной авиации ведущих государств мира. По части аэродинамики и надежности движков мы им не уступаем, но аэродромы, штатские воздушные суда и военные самолеты этих держав уже оборудованы системами, которые позволяют им взмывать и садиться даже в тумане. К огорчению, у нас до недавнешних пор не было способности интенсивно заниматься совершенствованием авиатехники и средств поражения. Средств не хватало даже на валютное довольствие военнослужащим, но мы попадали ракетами в данные цели с точностью до мобильного телефона.

На данный момент обстановка поменялась. В оборонно-промышленном комплексе трудятся бывшие главкомы ВВС Е. И. Шапошников, В. С. Михайлов. Они понимают, какая техника и орудие необходимы современной авиации, и работают над этой темой.

Совместно с тем делю вашу позицию по поводу моральной стороны вопроса. Через год Зелину исполнится шестьдесят. В этом возрасте увольняют всех (практически) военачальников, и на это ни у кого не появляется вопросов. Щелкнуло в свое время 60 лет этим же главкомам ВВС Дейнекину либо, к примеру, Михайлову – и благодарю за службу, уходите в припас. Но не дать человеку дослужить несколько месяцев до столетнего юбилея ВВС, а тем паче уволить намедни денька рождения… Так в людском плане не поступают, хоть эту таблетку и подсластили предназначением Зелина советником министра обороны.

– Это реакция на критичные замечания, которые осмелился высказывать Зелин?
– Подведение итогов 2011 учебного года в Вооруж
енных Силах свидетельствует, что вопрос с Зелиным не мог появиться экспромтом. Ведь 1-ые удары ниже пояса были нанесены Военно-воздушным силам ранее – еще при расформировании 2-ух академий и Центрального командного пт (ЦКП) ВВС. А упразднением ЦКП главкома практически отстранили от управления военной авиацией. Неуж-то там никто не соображает той обычный правды, что ежедневная деятельность ВВС (в отличие от обыкновенной армейской службы) связана с непрерывным контролем и управлением полетами? Об этом забывать нельзя, по другому начальству снова придется управлять войсками с помощью мобильных телефонов.

– А по какому принципу сейчас, на ваш взор, должны присваиваться воинские звания?
– Будь на то моя воля, присваивал бы воинские звания сразу с предназначением на должность. Если новым главкомам авиации и флота доверяют управление этими видами вооруженных сил, то почему бы им сходу не присвоить те звания, которые им положены по занимаемой должности? Так меж иным и делается в армиях других государств. Сама воинская субординация предполагает, что у начальника не должно быть подчиненных в равном ему чине.

Но дело даже не в звании, а в отношении, доверии, почтении к человеку. Дело прошедшее, но президент Русской Федерации Б. Н. Ельцин во время отдыха в Величавой Чупе под Петрозаводском два раза приглашал меня на беседу. Верховный делился с главкомом ВВС своими заботами и видением того, что происходит в стране. Меня глубоко оскорбляло то, что кто-то за океаном обусловил, сколько и в каком непосредственно регионе Рф нам следует иметь самолетов, танков, ракет и другой боевой техники. Как все это унизительно для суверенной страны с величавой историей, с армией, обладающей ядерным орудием…

– А почему так происходило?
– Так как рядом с Ельциным находились советники не только лишь по бурной приватизации государственных богатств, да и по разгрому наших Вооруженных Сил, в особенности ВВС. Я не был депутатом Гос думы, не был членом Совета Федерации, не служил в Генеральном штабе, но главнокомандующего ВВС (у нас тогда было 5 видов Вооруженных Сил) Борис Николаевич два раза на беседу приглашал. Почему? Это для меня осталось загадкой. Но авиацию мы с министром обороны П. С. Грачевым в то время отстояли.

Пользуясь случаем, я тогда походатайствовал перед Верховным главнокомандующим и о присвоении А. В. Квашнину (его только-только назначили начальником Генерального штаба) воинского звания генерала армии. Доложил о том, что в армии есть традиции, которые лучше соблюдать. И если Квашнин – мой начальник, то его воинское звание должно быть выше, чем подчиненных.

– Сейчас, похоже, просматривается тенденция – понижение штатно-должностных категорий в Вооруженных Силах. Хотя в других силовых структурах почему-либо этого не происходит. Чем это разъяснить?
– У меня вызывает недоумение то, что Минобороны не объясняет общественности сущность резонансных решений, которые там принимаются. Если б с Арбатской площади объявили во всеуслышание, что с этого момента реализуется концепция понижения воинских званий, что командовать дивизиями и бригадами будут майоры, батальонами – капитаны, ротами – сержанты, тогда было бы все понятно. Да что там звания и должности. Бывшие главнокомандующие ВВС (а их вкупе с примкнувшим к нам Зелиным имеется шестеро, при этом все находятся в полном здравии!) никогда не приглашались для совета по планам развития наших Военно-воздушных сил. Так что игнорирование опыта прежних поколений и пренебрежение традициями, которые сложились в ВВС за истекшие 100 лет, вызывает (мягко говоря) сильное недопонимание не только лишь у меня.

– Но повышение военных пенсий свидетельствует о заботе об офицерах, ветеранах армии и флота?
– Вот за это дело руководителям страны и Минобороны огромное спасибо. Изготовлено много и в отношении жилища, также роста валютного содержания военнослужащих. По этой причине за последние годы для молодежи возросла привлекательность военных специальностей, не исключая и профессию авиатора.

– И все таки многие считают, что осуществляемая реформа Вооруженных Сил – одна из самых удачных в истории армии и флота. А если сопоставить ВВС нашей страны на 1.1.1988 (до начала масштабных преобразований) и на 1.5.2012, то что бы вы могли сказать о боевых и оперативных способностях военной авиации?
– Хороший вопрос. Многие считают реформу удачной, так гласите и вы. Но не меньше людей говорят, что она нанесла суровый вред боевой мощи российских Вооруженных Сил. К концу
80-х наши ВВС вправду достигнули собственного наивысшего могущества и сохраняли его до развала Русского Союза. Нас тогда в мире не только лишь страшились, да и уважали. И мы всегда находили достойный ответ возможному противнику. Когда посреди 80-х США расположили ракеты средней дальности вдоль наших западных границ, а крылатые ракеты наземного базирования типа GLKM – в Великобритании, Италии и Западной Германии, то самолеты нашей далекой авиации появились в небе у берегов Америки. Это вызвало там большое беспокойство, так как США всегда расслабленно отсиживались у себя дома за морями-океанами.

На данный момент я сомневаюсь в том, что мы сможем при сегодняшнем состоянии ВВС правильно реагировать на подобные вызовы. Это касается и развертывания системы ПРО, и других угроз. Я приверженец не только лишь ведения всех видов разведки и радиоэлектронного противодействия, да и огневого поражения возможного противника. При всем почтении к ПВО и поддерживая взоры на развитие ВКО, убежден: мы никогда не выиграем войну и не победим, если будем заниматься только обороной. Противовоздушной, противоминной, противотанковой, противодесантной. Хоть какой. Ну и русская экономика не выдержит, если займемся прикрытием всей местности страны от Санкт-Петербурга до Сахалина.

Потому нам нельзя забывать и о таком атакующем (а не дремлющем) виде вооруженных сил, которым является ударная авиация.

А что касается состояния сегодняшних ВВС, то они, конечно, очевидно уступают по оперативным способностям русским Военно-воздушным силам.

– Была ли необходимость в настолько жесткой форме реорганизовывать прославленные академии ВВС – имени Жуковского и имени Гагарина. При этом так, что впору гласить об их исчезновении. Хотя в других силовых структурах ничего подобного с высшими учебными заведениями не происходит.
– Отвечаю. Реформирование системы военного образования в ВВС (и не только лишь) проводилось бесчеловечно, непродуманно и в сжатые сроки. Такового разгрома авиационной науки в мирные деньки я не помню со времен Хрущева. И куда торопились? Сначала было безопасное (и нужно отметить, справедливое) объединение 2-ух вышеназванных академий в одну. При этом с оставлением за ними знатных наименований – Н. Е. Жуковского и Ю. А. Гагарина. Но не успел новый военный университет начать работу, как его преобразовали в Воронежский институт. Отдаю подабающее подвигу начальника этого института, свершенному при оборудовании учебной базы и предоставлении жилища для семей штатных служащих. Но Военно-воздушная академия имени Гагарина в подмосковном Монине на собственной местности с 1940 года имела нужную инфраструктуру для подготовки авиационных инженеров. У слушателей Академии Жуковского была возможность проходить стажировку на всех типах самолетов и вертолетов, даже не выезжая в войска. Отлично работала учебная и тренажерная база.

Командная Академии ВВС (с 1968 года – имени Ю. А. Гагарина) отдала высшее военное образование семистам сорока Героям Русского Союза, 30 девять из их получили это звание два раза. Когда они проходили в парадном строю по Красноватой площади, гром рукоплесканий с трибун заглушал тыщу медных труб сводного духового оркестра. Но наше геройское прошедшее неким реформаторам по барабану, и на параде 9 мая 2012 года мы могли созидать от авиации только парадный расчет курсантов Воронежского авиационного училища да несколько вертолетов со знаменами. Я поделил бы их взоры на объединение 2-ух академий ВВС в одну, но как они собираются в одном и том же вузе готовить и водителей-топливозаправщиков, и синоптиков, и командиров дивизий? Вы меня извините. Считаю, что такое преобразование очень неверно, да и его еще не поздно поправить.

– В Академии Генерального штаба нет больше кафедры оперативного искусства ВВС, а в виде Вооруженных Сил фактически не осталось оперативных формирований, равно как и форм их внедрения. Выходит, в ВВС нет более и оперативного искусства?
– Скажу так, что после ликвидации кафедр оперативного искусства ВВС в авиации еще остались оперативные объединения, а означает, и оперативное искусство. Имею в виду далекую авиацию, также военно-транспортную авиацию, которые более либо наименее благопристойно сохраняют свою организационную структуру и систему управления. Они и в Министерстве обороны за ближайшее время как раз отмечались в наилучшую сторону.

А что касается фронтовой авиации и ее распыления по военным округам, то с такими взорами генштабистов категорически не согласен.

При тех оставшихся очень умеренных силах, а как следует, и боевых способностях фронтовой авиации мы не можем быть идиентично сильными на всех большенных русских театрах военных действий. Рвение быть сильными всюду ведет к неминуемому ослаблению. Как следует, Военно-воздушные силы нужно держать в одном кулаке и использовать там, где жарко.

Но если авиационные полки (либо авиационные базы, как они на данный момент именуются) подчиняются командующим войсками военных округов, то как главком ВВС может проводить боевую подготовку с теми структурами, которые ему не подчиненны? Это нонсенс.

Нам нельзя третировать уроками предвоенных и послевоенных реформ. Руководители страны и Вооруженных Сил должны учить их, чтоб не повторять ошибок прошедшего. Неважно какая реформа должна проводиться с заботой о людях и сохранением достигнутой боевой мощи, а не ее падением.

В тот период, который принято называть застоем, наша авиация не знала застоя. Мы тогда не отставали, но догоняли Америку и сделали мощнейший рывок к самолетам 4-ого поколения. А за последние годы вышло очередное ускорение – уже по созданию машин 5-ого поколения.

– Когда, на ваш взор, после такового разгрома может произойти возрождение военной науки ВВС?
– Военную идея можно расстрелять, но уничтожить нельзя. Даже когда нас удушали недофинансированием, наши ученые и ОПК продолжали работать над новыми движками, материалами, средствами поражения и навигации. Потому военная авиационная наука еще не погибла и будет реабилитирована. Не сомневаюсь в том, что посреди наших военно-научных заделов есть много прорывных мыслях и технологий.

К огорчению, принятие глобальных эталонов в образовании приводит к тому, что наилучшие выпускники русских вузов покидают свою историческую Родину и «утечка мозгов» длится. Мы готовим многих студентов за муниципальные средства, а их после учебы за безвозмездно забирают западные компании, а вот футболистов для ЦСКА мы закупаем за рубежом за миллионы.

– Содействуют ли последние конфигурации в ВВС развитию военной мысли в этом виде Вооруженных Сил?
– Естественно, нет, о чем толково поведано в № 19 газеты «ВПК». Я вполне делю высказанные там представления профессионалов.

– Можно ли утверждать что ВВС как вид Вооруженных Сил по факту закончил свое существование намедни собственного столетия?
– Намедни – нет. Не посмеют. Но я близок к мысли о том, что окончание разгрома ВВС как вида Вооруженных Сил может произойти после празднования их векового юбилея. И если освобождение главкомов ВВС и ВМФ от должности касается их лично, то ликвидация ВВС – это угроза государственной безопасности страны в военной сфере.

Указ президента Рф от 13 марта этого года о чествовании столетия военной авиации на муниципальном уровне пока сдерживает реформаторов. Они обязаны ожидать, когда пройдет Ильин денек (2 августа), также воздушный праздничек в Жуковском под Москвой. В неприятном случае данная тема могла быть закрыта еще ранее.

Сейчас вся надежда на Верховного главнокомандующего.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,101 сек. | 11.47 МБ