Грустный конец войска польского в Москве

4-5 ноября 1612 года российские вояки под началом Минина и Пожарского освободили русскую столицу от иноземных захватчиков. К огорчению, в российских школах, институтах и средствах массовой инфы изредка поднимают тему, как окончили собственный путь очередные европейские «цивилизаторы» и «благодетели» Российского страны. А это очень менторский урок для сегодняшнего поколения противников Рф, который отлично указывает их суть. Польские интервенты дошли до того, что стали не только лишь есть друг дружку, да и заготовлять человечину впрок в огромных чанах и бочках, продавать друг дружке. Всё согласно «рыночной экономике» и принципу «человек человеку волк». Очередные подлецы, которые позарились на российские земли и богатства окончили собственный путь как им и подобало. Правда, умопомрачительно, что русские либералы не требуют поставить монумента в Кремле европейским каннибалам.

После поражения под Москвой войска гетмана Ходкевича в августе 1612 года, ситуация для польского гарнизона стала критичной. Князь Дмитрий Пожарский показал благородство и предложил полякам капитулировать на почётных критериях. Всех обещали отпустить, раненым и нездоровым предоставить подводы. Но гордая шляхта ответила грубостью: «Московский люд самый подлейший на свете и по храбрости подобен суркам либо ишакам … впредь не пишите нам ваших столичных глупостей, а лучше ты, Пожарский, отпусти к сохам собственных людей».

Стойкость поляков разъясняется не их храбростью, а быстрее алчностью. Они не желали оставлять награбленных сокровищ, причём было ограблено не только лишь царское и церковное имущество, но у личных лиц. Так, поляки ворвались даже в дом Фёдора Мстиславского (он возглавил Семибоярщину и участвовал в избрании русским царём польского королевича Владислава Сигизмундовича), все ценности и продовольствие было отобрано, сам вельможа избит. В итоге алчность перевесила благоразумие, поляки остались в Кремле, хотя им предлагали свободно уйти в Польшу, обеспечить им безопасность.

В сентябре в польском гарнизоне начался голод – в августе обоз с продовольствие не удалось провести в Москву, в город сумел прорваться только отряд Неверовского (300 пехотинцев). Интервенты съели всех собак, кошек, птиц, лошадок. Первыми от голода погибли пехотинцы Неверовского – собственных припасов у их не было, средств также, чтоб приобрести продукты у других. А делиться у европейцев было не принято, каждый сам за себя. Нет средств – умри, не мешай другим. Всё в рамках теории конкурентоспособности. Сначала октября выпал снег, закрыв лебеду и коренья.

Тогда, чтоб дождаться подхода армии короля, полковники Струсь и Будила отдали приказ вывести из узилищ российских пленных и заключенных, их забили как скот и съели. Но этого хватило кратковременно. Тогда стали есть трупы собственных, разрывать свежайшие могилы и убивать слабеньких, нездоровых. Сильные пожирали слабеньких, проигрывали в азартные игры. Были случаи, когда родственник убивали друг дружку. Стали пропадать люди. Уничтожили и съели гулящих девок, которые были при поляках (вокруг хоть какого евро воинского контингента всегда отирались всякого рода «деловые» люди, блудницы, помогавшие бойцам расстаться с хорошем). После девок, принялись за слуг. Хватали людей с улицы. Правда, российских осталось в крепости не много, одни погибли во время схваток и пожаров, другие бежали, третьих выгнали сами поляки, как никчемных едоков.

«Цивилизованные и просвещенные» европейцы даже вели торговлю человечиной, которую заготовляли прозапас. Так, людскую голову продавали за три злотых, ступни ног — по два. Бояре стали недосчитываться слуг и служанок, которые вышли за ворота и посиживали в усадьбах, опасаясь ужасной участи. Посреди их был и будущий российский правитель – Миша Романов с мамой.

Но поляки как и раньше отказывали капитулировать, хотя их силы стремительно таяли: из 3,5 тыс. воинов осталось менее 1,5 тыс. боец. 22 октября (1 ноября) 1612 года российские войска взяли Китай-город. Остатки польского гарнизона удержались в Кремле. Поляки, перед лицом голодной погибели и решающего штурма, умерили спесь и пошли на переговоры. Сначало они ещё тянули время, сначала выпустили из крепости жен и деток бояр – излишние рты, потом самих бояр. Далее держаться уже не было способности. Речи о свободном проходе уже не было, российское командование предъявило требование полной капитуляции.

26 октября (5 ноября) 1612 года остатки польского гар
низона сдались и начали покидать Кремль. Полковник Осип (Юзеф) Будила со своими бойцами, сдался войску князя Пожарского и был помилован. Последние годы жизни Будило провёл в заключении в Нижнем Новгороде. Бойцы полковника Николая (Миколая) Струся сдались казакам князя Трубецкого, те не были так терпимы и перебили противников. Сам Струсь пробыл в российском плену до Деулинского перемирия 1619 года. 27 октября (6 ноября) 1612 г. произошел праздничный вход в Кремль ратников князей Пожарского и Трубецкого. Москва была совсем освобождена от неприятеля.

Печальный конец войска польского в Москве

Польский повелитель Сигизмунд попробовал пробиться к Москве, но не сумел взять даже Волоколамск и отступил. Стоит отметить, что хотя 4-5 ноября 1612 года является принципиальной датой в Российской Истории, но нельзя переоценивать это событие. Большая часть считает, что после чего Смутное время закончилось. В действительности же Смута длилась ещё долгие и длительные годы и кровь лилась рекой. А именно, на юге сопротивление новым властям оказывал атаман Иван Заруцкий (только весной 1614 года этот очаг Смуты был подавлен), на севере подняли восстание казаки атамана Баловня, которых отправили на войну со шведами. Весной-летом 1614 года казацкое восстание обхватило гигантскую местность — современную Вологодскую, Костромскую и Ярославскую области. Весной 1615 года 5-тыс. отряд Баловня внезапно предпринял рейд к самой Москве. Город был в панике, потому что главные королевские войска боролись с лисовчиками, которые опустошали российские земли. Так, в Рф называли соединения польско-литовской лёгкой кавалерии под началом Александра Лисовского (после его погибели в 1616 году, отряды лисовчиков возглавил Станислав Чаплинский и Валентин Рогавский) действовавшей в границах Российского королевства в 1608—1617 гг. Столичному правительству удалось затянуть переговоры с Баловнем и подтянуть войска, атамана уничтожили, его «воров» пленили. В 1618 году к столице прорвались и осадили Москву польско-литовско-казачьи войска под началом Владислава и гетмана Сагайдачного и Ходкевича. Взять Москву они не смогли, но их прорыв гласит о многом. А именно, по пути к Москве запорожцы под началом атамана Петра Сагайдачного захватили Путивль, Рыльск, Курск, Елец, Лебедин, Скопин и Ряжск, городка были разорены и сожжены, казаки бесчеловечно истребляли при всем этом не только лишь ратников, да и мирное население, не жалея ни дам ни малышей. Казаки, перед тем как объединились с войском Владислава, также захватили и разорили Ярославль, Переяславль, Романов, Каширу и Касимов. Уже соединившись с поляками, запорожцы кинули огню Серпухов и Калугу.

Таким макаром, освобождение Москвы 4-5 ноября 1612 года не было заключительным победным актом. Впереди были долгие и длительные годы войны, большой крови и разорения Российской земли.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,473 сек. | 11.44 МБ