Плюс резвый глобальный удар

Новое орудие для США как мирового фаворита

После прихода в Белоснежный дом нового, 44-го президента Соединенных Штатов Америки некие аналитики считали, что проект «быстрый глобальный удар» (БГУ, PGS — англ.) скоро будет положен в корзину. Риторика предвыборной кампании Барака Обамы и провозглашенная новейшей администрацией линия на отход от наружной политики Джорджа Буша-младшего, казалось бы, давали суровые основания для таких догадок.

Вспоминали беду с продвижением в 2007 году через конгресс финансирования 1-го из направлений БГУ — сотворения измененных баллистических ракет (БРПЛ) «Трайдент-D5», снаряженных заместо ядерных боевых блоков обыкновенными боеголовками: уж если в период правления Буша, когда выделение средств на разработку и создание вооружений являлось делом практически беспроблемным, а проект БГУ был апробирован не только лишь политически, да и доктринально, Пентагон не сумел «продать» его законодателям, то во времена либерала и миротворца Обамы судьба БГУ предрешена. Ничего подобного, утверждали другие специалисты, проект будет не только лишь сохранен, да и получит развитие, смена президентов на него не воздействует — БГУ нужен Америке. Они оказались правы. Каковы бы ни были происшествия, США совсем не собираются отрешаться от собственного места и роли в мире, от собственных интересов и завоеванных рубежей. Реализация проекта «быстрого глобального удара» вписывается во внешнеполитическую и военную стратегию администрации Барака Обамы так же органично, как и в политику Джорджа Буша-младшего.

НЕЯДЕРНОЕ, НО СТРАТЕГИЧЕСКОЕ

БГУ — давнишняя мысль Министерства обороны Соединенных Штатов. А в Пентагоне, по словам 1-го из его управляющих, идеи не погибают — они трансформируются, приспосабливаются и в какой-то момент воплощаются в жизнь. 1-ый пробный пуск «Трайдента» с обыкновенными боеголовками был произведен с подводной лодки «Небраска» в 1993 году, когда у власти находилась администрация Билла Клинтона, для демонстрации способностей поражения бункеров и командных центров предполагаемых нарушителей режимов нераспространения орудия массового ликвидирования, а техно подготовка к запуску началась еще при Джордже Буше-старшем.

«Быстрый глобальный удар» — проект отлично обмысленный и очень многообещающий. Как представляется, его масштабы и воздействие на военно-стратегическую ситуацию в мире пока недооценены. Уже на данный момент речь может идти о новеньком высокоэффективном неядерном средстве сдерживания и устрашения, 1-ые эталоны которого вот-вот поступят в ВС США. Если все пойдет по плану, к 2024 году они будут располагать арсеналом систем БГУ, способных неядерными боезарядами делать задачки нынешних стратегических ядерных сил, но с значительно наименьшими издержками и побочными эффектами: жертвами посреди штатского населения, экологической катастрофой, разрушениями и т. д.

Военные стратеги и идеологи Pax Americana смогли сделать практические выводы из 2-ух глобальных процессов 80-х и 90-х годов прошедшего века — перестройки и развала Русского Союза и резкого усиления экологического фактора: их перевели в русло реальных проектов в интересах США. БГУ — из числа этих проектов.

Отход СССР от агрессивного противоборства с Западом, восприятие «демократии и общих ценностей», ослабление и самоликвидация русского страны, с одной стороны, и активное внедрение природоохранной парадигмы в сознание и практику мирового общества, с другой, делали применение ядерного орудия все наименее реальным и применимым на государственном и международном уровне, переводили его в категорию «политического оружия». Фактически в этом же ключе работали и разоруженческие инициативы, также соглашения меж Русским Союзом, а потом Русской Федерацией и Соединенными Штатами.

Но цели и интересы партнеров по разоружению отличались принципно. Русская Федерация — в особенности в первой половине 90-х годов — разгребала препядствия развала СССР, внутренних реформ, осваивала статус бывшей сверхдержавы и пробовала извлечь дивиденды из бренда «новой России», что по определению не подразумевало принципиальных проектов глобального масштаба. США, напротив, интенсивно закрепляли за собой руководящую роль и в подходящих себе критериях сформировывали новый мировой порядок.

На этом фоне концепция сотворения новых сверхэффективных неядерных вооружений — при снижаю
щейся вероятности внедрения ядерного орудия — как нельзя более подходила роли Соединенных Штатов как неоспоримого мирового фаворита, который, кроме остального, должен владеть уникальным неядерным средством сдерживания и умиротворения.

ИСКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ ЗНАЧИМОСТЬ

Выработки эры администрации Клинтона, когда появились определения «упреждающий» и «превентивный» удар, «государство-изгой» и т. п., получили резвое практическое развитие при Буше-младшем, в особенности после 11 сентября 2001 года. Мысль «упреждающего-превентивного» неядерного глобального удара по террористам либо оказывающим им приют государствам, также по государствам «оси зла» (КНДР, Ирак, Иран, Сирия) обрела официальный статус и стала гос доктриной. Была подтверждена техно осуществимость проекта БГУ, утверждена его концепция, перед Пентагоном поставлена задачка создать и выполнить в период до 2024-2025 годов программку оснащения американских ВС сверхскоростным, сверхмощным и сверхточным обыденным орудием, которое позволяло бы в срок до 60 минут после поступления приказа президента США поразить всякую цель в любом районе земного шара. Было провозглашено, что на хоть какой вызов, другими словами нападение либо опасность нападения на Соединенные Штаты, последует немедленный и действенный ответ.

В 2008 году особый комитет по перспективам БГУ южноамериканского Государственного исследовательского совета выпустил доклад, в каком выделил значимость военного потенциала высокоточных неядерных средств «быстрого глобального удара» и призвал к немедленной разработке и скорейшей передаче в создание и постановке на вооружение соответственных систем, удачно прошедших тесты.

Огромным плюсом проекта БГУ считается то событие, что его вооружения не подпадают под какие-либо ограничения по международно-правовым соглашениям и позволяют сохранять свободу действий, естественно, относительную, при которой учитывается реакция Рф, Китая и региональных государств-лидеров. Подразумевается, что трудности, связанные с применением средств «быстрого глобального удара» в кризисно-конфликтных ситуациях, к примеру оповещения о пусках, могут быть без особенного труда решены в переговорах с другими государствами.

РАБОТА Бурлит

Создание адекватных поставленным задачкам систем БГУ проходит, конечно, тяжело. Наблюдатели отмечают трудности с высочайшей ценой НИОКР и финансированием работ, организацией исследовательских работ, междуведомственной координацией программ, скептическим отношением к проекту со стороны неких должностных лиц, лоббированием в пользу других проектов. Есть трудности с техническими решениями.

Но невзирая на критику и претензии к проекту, Пентагон изыскивал способности финансирования работ по всем фронтам: баллистические ракеты, сверхзвуковые крылатые ракеты, боеприпасы стратегических бомбардировщиков, галлактических платформ и аппаратов. Ожидается, что в последнее время станут реальностью такие вооружения БГУ, как гиперзвуковые аэрокосмические ракеты с дальностью деяния 6 тыщ км и возможностью доставки боеголовок-пенетраторов в течение 35 минут, гиперзвуковые крылатые ракеты со скоростью полета около 6500 км/ч, ракеты SJX-61 компании Pratt & Whitney (весной 2007 года прошли тесты мотора, принятие на вооружение планируется в 2017-м), измененные БРПЛ «Трайдент-II» с неядерными боеголовками (принятие на вооружение в очередной раз перенесено на неопределенный срок), также неядерные боезаряды стратегических бомбардировщиков и запускаемые с местности США МБР для использования в особо критичных ситуациях.

В 2010-м и следующем годах, по данным СМИ, будет происходить повышение экономного финансирования проекта, что дает основания считать — к 2014-2015 годам в распоряжение Пентагона могут поступить новые виды вооружений, способные делать боевые задачки БГУ.

Сразу с формированием концепции и исследовательскими работами шли поиски рационального организационного решения, в рамках Стратегического командования США (СТРАТКОМ) создавались временные командные структуры. Силы «быстрого глобального удара» в составе СТРАТКОМ либо (как на данный момент) в составе ВВС США должны действовать в тесноватой координации с другими видами американских ВС в качестве составной части стратегической триады (Буш-младший охарактеризовывал новые обыденные вооружения

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 51 | 0,193 сек. | 12.58 МБ