Подпольная борьба против СССР после окончания 2-ой мировой войны

Окончание 2-ой мировой войны стало переломной эрой для жизни российской эмиграции. В Восточной Европе и Северном Китае русские спецслужбы провели масштабные аресты. Правда, нельзя сказать, что «брали» всех, сначала арестовывали тех, кто бежал уже при русской власти; из «старой эмиграции» тех, кто не был увиден в антисоветских деяниях, не трогали. Арестовывали тех, кто сотрудничал с германцами и японцами, видных белогвардейцев, членов антисоветских политических организаций.

В Праге арестовали управление Трудовой Фермерской парии (ТКП), в её архивах были найдены документы, говорящие об утечках сверхсекретной инфы из Кремля в конце 1930-х годах. Правда, узнать, по каким каналам она шла, не удалось – фаворит ТКП А.Л.Бем во время допроса покончил с собой, выпрыгнув из окна. Было арестовано более сотки активистов Народно-Трудового союза (НТС).

Часть эмиграции под воздействием побед Красноватой Армии, дипломатичных фурроров СССР пересмотрели своё отношение к русской власти. П.Н.Милюков (фаворит кадетов в Русской империи) в 1943 году, перед гибелью, написал статью, которая оказала огромное воздействие на российские разумы. Он отметил награды Русского правительства – укрепление государственности, создание сильной армии, развитие народного хозяйства. Ещё один кадет, депутат II-IV Госдум, прошлый засол Временного правительства во Франции В. Маклаков и социолог П. Сорокин разработали теорию «конвергенции», думая, что меж державами антигитлеровской коалиции безизбежно произойдёт сближение в политико-экономических, соц формах.

Когда в Париже после его освобождения было открыто русское посольство, его посетили Маклаков, прошлый министр Временного правительства Вердеревский, заместитель председателя Российского общевоинского союза (РОВС) адмирал Кедров, который заявил последующее: «Советский Альянс одолел, Наша родина спасена, и спасен весь мир. Новенькая государственность и новенькая армия оказались необыкновенно стойкими и сильными, и я с благодарностью приветствую их и их вождей». Русский засол А.С.Богомолов, с свою очередь, высказал похвалу русским эмигрантам: «Мы могли ждать, что немцы в борьбе с Россией употребляют эмиграцию, но этого не случилось. Тех, кто пошёл на службу фашистам, было сравнимо не много. Напротив, в различных странах эмиграция проявляла свои симпатии к русскому народу».

В честь Победы Москва сделала примирительные шаги к российской иммиграции: Президиум Верховного Совета объявил об амнистии, отдал право получить русское гражданство тем, у кого было русское гражданство до 7 ноября 1917 года. Такое же право получили люди, утратившие русское гражданство, и их детки. Но реально возвратиться в СССР отважились немногие, так, во Франции выразили готовность получить русское гражданство 11 тыс. человек, но уехали в СССР только 2 тыс. Большая часть, даже получив гражданство, предпочли остаться за рубежом, здесь была обычная среда, круг знакомств, ну и было недоверие к амнистии.

Для тех, кто остался за рубежом, пропал главный стержень их существования – сохранение «прежней России». Война показала, что СССР силён, как никогда, и рушиться не собирается. Теория «конвергенции» также себя не оправдала. В конечном итоге организации эмигрантов стали преобразовываться в клубы по интересам, их детки стремительно ассимилировались, становясь французами, янки, британцами и т. д., вполне утеряв российский склад ума.

Но в процессе войны за границу выплеснулась ещё одна волна эмиграции – остались на Западе часть бывших пленных, «остарбайтеров», ушедшие с германцами беженцы, националисты, власовцы, бойцы разных коллаборационистских подразделений. Четкая цифра этой «волны» неведома, молвят о приблизительно 100 тыс. человек. У этих людей была совершенно другая психология, чем у эмиграции «первой волны». Они не жили надеждами на возвращение, сберегая «старую Россию», они, напротив, стремились резвее стать «нерусскими» — канадцами, французами, янки и т.д. Потому процесс их ассимиляции шёл намного резвее.

Их антисоветские организации на сто процентов ориентировались на Запад, сначала в США. Вопроса не причинит ли их деятельность вред русскому народу и русской государственности они для себя уже не задавали. Русскую службу «Голоса Америки» возглавил невозвращенец, русский дипломат и лазутчик, сбежавший на Запад, Бармин, он был принят и в Управление Стратегических служб (будущее ЦРУ). Под патронажем США и его партнёров по НАТО создаются разные росси

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 51 | 0,352 сек. | 12.54 МБ