После болота

После болота

Величавый Болотный Протест не пережил собственной годовщины. Рожденному в муках интеллигентской рефлексии Координационному совету координировать в общем-то нечего. Единственное, чего болотные достигнули, — это впечатляющего и репрезентативного голосования за Путина, которому болотное движение позволило провести полностью содержательную избирательную кампанию. Нужно признать, что никакой таковой кампании без наличия демонстративной болотной опасности провести было нереально, так как никакой содержательной политики на тот момент действовавшая власть не показывала.

Еще летом мы окрестили процесс, происходящий в болотном движении, «расхомячиванием протеста». О том, почему интернет-хомяк — основная соц опора движения — его покинул, говорилось много. Тут главный факт — что хомячий процесс расхомячился. Другими словами рассосался. Навечно. Возвратить хомячка в этот протест нереально, а для хоть какого другого вероятного и возможного протеста хомячек не нужен, да он и не пойдет. Потому никакого возрождения этого протеста не будет. Констатируем это не со злорадством, а с сожалением и даже ужасом, так как этот протест как раз никакого ужаса по сути вызвать не мог.

Почему хомячий протест в принципе бесперспективен там, где реально существует правительство и работает власть, как-то сознающая себя такой? Мы уже гласили, что особенность интернет-публики заключается в том, что ею можно манипулировать, и достаточно просто, верно выбрав момент и тему. Но ею совсем нереально управлять. В тот момент, когда хомячья масса ощущает, что ею начинают управлять и управлять, она рассасывается одномоментно. А для истинной революции необходимы истинные вожди и по-настоящему управляемая масса.

Болотное движение на самом деле собственной есть движение внутриэлитное. Конкретно с этим связана его только столичная локализация. Таковой публики в довольно репрезентативном количестве нет нигде, не считая Москвы, даже в Питере. Так как эта публика, весь этот офисноменеджерскожурналистскопиаровский планктон — это и есть обслуга нашей элитной клептократии, локализованной в Москве. Кстати, в этом контексте очень весело, когда от имени этой публики призывают к борьбе с коррупцией. В случае победы над коррупцией ее даже истреблять не придется, она просто помрет с голоду.

Другими словами болотное движение — это обычный оранжад. Сырье для производства «оранжевых революций». «Оранжевые революции» тем и отличаются от революций реальных, что они не революции — это внутриэлитные перевороты, в то время как революция — это есть смена элит. Истребление старенькых элит новыми. «Оранжевые революции» — это подмена наименее компрадорской группировки элиты на более компрадорскую. «Оранжевой революцией» нельзя свергнуть власть, если она реально существует как власть. А не как система туземного управления, суверенитетом над которой обладает наружный владелец. Так как ее схема предполагает необходимость спрашивать разрешения, можно ли туземному правителю сохранить свое кресло либо пора сдать его более привлекательному для владельца претенденту. Кстати, сам факт проявления болотного оранжада свидетельство того, что у большой части русских элит сложилось воспоминание, что такой власти в Рф нет. И можно испытать.

По сути хоть какой политический процесс, осуществляется ли он через выборы, престолонаследие, перевороты, при любом муниципальном устройстве, назови его хоть демократией, хоть диктатурой, значительно делится только по одному признаку: это механизм воспроизводства власти действующей элиты либо это слом такового механизма, другими словами смена элит — соц революция.

Болотный протест, непременно, никакой социальной революцией и даже попыткой такой не был. Это восстание компрадорской элиты против власти. Во всяком случае против того ее элемента, который такой властью в российском историческом смысле является, проще говоря, против Путина В.В. Какая элита, такое и восстание. Напомним, намедни революции 1905 года наша буржуазия выработала свою специфическую форму протеста. Мы знаем из русской истории, что форма протеста крестьянства — это мятеж, пролетариата — это забастовка. А форма протеста
нашей буржуазии — это «банкетная компания», когда собирается обильное застолье, на котором произносятся тосты антиправительственного содержания.

Компрадорскобуржуазнодемократическая квазиреволюция в Рф провалилась. Так же как она проваливалась и будет проваливаться всегда. Социальные протесты и, не дай боже, соц революция в Рф вероятны и полностью возможны при резком отягощении экономической ситуации. А таковое отягощение фактически безизбежно. То, что от таковой революции сегоднящая болотная и околоболотная публика получит не много наслаждения, утешение слабенькое.

Выход один: расхомячивание протеста должно сопровождаться расхомячиванием власти. В принципе пред нами обычная кандидатура. А) Восстание власти против элиты. Прямое воззвание к народу через голову действующих элит. Фактически, сегоднящая власть так и обращается, правда, в главном по имиджевым пустякам. Но даже это обеспечивает ей легитимность. Пока. Б) Восстание народа против элиты и власти. Что сразу будет означать, что власти в реальном исторически российском смысле уже нет. Как не было ее, к примеру, в октябре 1917-го. В нашем определенном случае это может означать и муниципальный суицид российского народа.

Фактически, единственный оптимальный выход для действующей власти — это выполнить социальную революцию сверху — поменять действующую элиту. Никаких по сути мотивов не делать этого нет. 1-ое. Так как действующая элита — мародерская, компрадорская и бесполезная — сливает страну. 2-ое. Так как эта элита верно определила и открыто вербализует агрессивно антигосударственный и антинациональный политический курс и идеологию, при которых никакая системная положительная деятельность не вероятна. И открыто вводит ее снутри действующей системы власти. Третье. Так как по факту эта элита уже восстала против действующей власти, другими словами покусала руку, ее кормящую. Продолжать подкармливать с рук обезумевшую собаку контрпродуктивно.

P.S. По поводу замечания нашего старенького революционера Делягина о том, что «для кризиса в Рф не хватает только российской молодежи». Дело не в том, что описанная создателем этнодемографическая трагедия несколько гиперболизирована. Дело в молодежи как такой. С социальной точки зрения юность — это тяжелое психическое болезнь, которое с годами безизбежно проходит. Правда, если ранее возраста получится дожить. Как самому индивидуму, так и стране проживания. Наш другой создатель, Искандер Валитов, с ювелирной точностью обрисовывает социальную болезнь нашего общества, отразившуюся в протестном движении, — характерное детям эмоциональное отсутствие воли к самоограничению. Преимущество «молодежи» перед зрелыми людьми в том, что там меньше разума, образования, опыта, профессионализма, ответственности — социализации в целом. Больше реактивности, спонтанности, доверчивого максимализма, неудовлетворенных амбиций, полового влечения и физических сил. Но преимущество это только для желающих учинить какое-либо масштабное бесчинство.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,128 сек. | 11.46 МБ