Последняя попытка меньшевиков предупредить Октябрьскую Революцию

Последняя попытка меньшевиков предотвратить Октябрьскую Революцию

(справа от Керенского – Борис Савенков)

Последними, кто по-настоящему мог предупредить Октябрьскую Революцию, была группа меньшевиков под управлением Фёдора Дана. 24 октября они предлагали Керенскому обогнать большевиков и заявить о выходе Рф из войны и раздаче земли крестьянам. Но власть ужаснулась собственного народа.

С момента Октябрьской Революции прошло практически 100 лет, но опыт тех пор так ничему не обучил ни сегодняшнюю власть, ни системную оппозицию – быть всегда на шаг-два впереди оппонентов. Мы уже писали, то на данный момент тандем Путина-Медведева только делает шаги в этом направлении, но половинчато: если несистемную оппозицию им удалось выключить из игры, то чаяния народа как субъекта политики они пока не берут в расчёт.

В октябре 1917-го и власть, и системная оппозиция, возможно, могли предупредить Революцию. Не хватило убежденности, сыграла роль и излишняя самонадеянность – несистемную оппозицию представляли сборищем маргиналов, не способных выполнить переворот. О тех деньках повествуют мемуары 1-го из фаворитов меньшевиков Фёдора Дана (Гурвича) – в его записках «К истории последних дней Временного правительства. Летопись революции. Берлин-Москва, 1923 г., кн.1), часть материалов Винсенского военно-исторического архива под Парижем (архив был уничтожен в годы 2-ой мировой), записки доктора исторических наук Владлена Сироткина, размещенные в газете Фонда Горбачёва «Новая жизнь», №2, 2001 (создатель этой статьи в те годы работал в этом издании).

Последняя попытка меньшевиков предотвратить Октябрьскую Революцию

24 октября, выполняя советы ночного заседания собственного правительства намедни, Керенский, убедившись, что ни Главный, ни Генеральный штабы ему больше не ассистенты, отправился в Мариинский дворец, где заседал Временный Совет русской республики (предпарламент), находить политической поддержки против комплота большевиков. Речь его отличалась конкретностью, что отметил даже неизменный критик министра-президента кадет В.Набоков.

Керенский предложил вышибить из рук большевиков два главных их девиза – о земле и о мире. Вопрос о земле, заявил оратор, нужно срочно передать в уже сделанные весной 1917-го местные земляные комитеты, не дожидаясь созыва Учредительного собрания. О вопрос о мире, продолжал Керенский, поставить на грядущей 8-9 ноября Парижской конференции государств Антанты. Потом он обвалился на большевиков: «это попытка поднять чернь против имеющегося порядка вещей!» Окончил свою речь Керенский призывом «Родина либо погибель!» Речь Керенского была встречена бурными рукоплесканиями предпарламента.

Последняя попытка меньшевиков предотвратить Октябрьскую Революцию

(Мартов и Дан)

Сам Керенский не колебался, что после недолговременных дебатов предпарламент подавляющим большинством проголосует вотум доверия и даст его правительству карт-бланш для разгрома большевиков. Но его ждал ужасный удар: в 20 час. 30 мин. 123 голосами против 102 при 26 воздержавшихся предпарламент отказал Керенскому и его правительству в доверии. Конкретно так воспринял сам он резолюцию предпарламента, заявив: «Завтра же днем правительство подаст в отставку».

Другими словами, если рассматривать предпарламент единственным законным органом меж распущенной совсем ещё 1(14) сентября IV Госдумой и всё ещё не избранным Учредительным собранием, то 1-ое временное правительство этой резолюцией парламентариев было отправлено в отставку. Это облегчило большевикам оформить собс
твенный военный переворот как формирование второго Временного правительства (Совнаркома) в виде русского правительства, утверждённого II Всероссийским съездом советов (тем паче, что к полудню 25 октября предпарламент был разогнан матросами, бойцами и красногвардейцами).

Как могло это произойти за те 4 часа, что прошли с момента окончания речи Керенского в 15 час. и новым сбором предпарламента после фракционных дебатов на вечернее пленарное заседание в 19 час.?

Во-1-х, оппозиционные Керенскому с самого начала, т.е. с мая 1917-го, левые эсеры и меньшевики-интернационалисты сходу придрались к слову «чернь» и в собственных выступлениях с трибуны предпарламента (левый эсер Борис Камков, левый меньшевик Юлий Мартов и др.) костерили это «барское определение» Керенского. «Это не «чернь», как раз самые сознательные элементы революционной демократии» (Каковой), «словечком «чернь» Керенский провоцирует штатскую войну» (Мартов). Леаые эсеры пошли ещё далее: в тот же денек 24 октября они демонстративно покинули предпарламент и направили собственных представителей в Военно-революционный комитет, контролируемый большевиками.

Во-2-х, Керенскому отказали в поддержке и представители умеренных меньшевиков и эсеров – Фёдор Дан и Моисей Гоц. Они как и раньше стояли за «однородное социалистическое правительство», но за спиной большевиков почему-либо упрямо лицезрели «реакционную корниловщину».

Тогда же с трибуны предпарламента Фёдор Дан произнес то, что у всех в Петрограде было на устах: «Завтра (т.е. 25 октября) будет большевистское восстание».

Но не оно небезопасно, по воззрению Дана, для «революционной демократии». Небезопасно то, что последует прямо за ним: «оно будет затоплено в крови и вооружённой рукою будет водворён порядок; на самом деле это будет торжеством той третьей силы, которая сметёт большевиков, правительство, демократию и революцию». Что все-таки делать? «Надо вырвать у большевиков их лозунги – вопросы о мире, земле и демократизации армии», – гласит Дан.

Дан не только лишь выступал. Конкретно он в 20 час. 30 мин. и предложил ту «резолюцию действия», которую Керенский во время визита к нему ночкой 24 октября Дана, Гоца и Авксентьева в Зимний Дворец, воспринял совсем как сигнал к отставке Временного правительства.

Последняя попытка меньшевиков предотвратить Октябрьскую Революцию

(слева вправо: меньшевики Дан, Скобелев и Церетели)

Практически изо всех трёх резолюций, предложенных предпарламенту, резолюция Дана развивала и детализировала положения речи Керенского о войне и земле. Две другие были ужаснее. Кадетская просто обещала Керенскому поддержку, «казачья» (от фракции «Союза казачьих войск») носила протопоповский нрав – осуждала Керенского за попустительство большевикам и в борьбе с ними предлагала «патронов не жалеть».

В резолюции Дана также предлагалась мысль сотворения Всероссийского комитета публичного спасения и его отделений по всей Русской республике.

Будучи лучше, чем другие меньшевики, информированным о текущих планах большевиков (по-видимому, через Каменева, с которым Дан продолжал поддерживать неофициальные контакты), Фёдор Дан в ночь с 24 на 25 октября предпринял последний отчаянный шаг.

Весте с Гоем он уговорил (правда, с трудом) председателя предпарламента старенького эсера Авксентьева пойти втроём на ночное заседание Временного правительства в Зимний дворец в качестве представителей большинства Совета Республики (всё-таки конкретно их резолюция получила 123 голоса против 102 у меньшинства) и попробовать в последний раз уговорить Керенского действовать. Причём эта троица успела сочинить целую «программу действий» правительства Керенского.

Последняя попытка меньшевиков предотвратить Октябрьскую Революцию

(Красноватая гвардия у Смольного; снимок датирован 20-22 октября 1917 г.)

Она включала последующие пункты:

1) Навести воззвание
к союзным державам с требованием немедля предложить всем воюющим странам остановить военные деяния (конкретно так и сделают большевики в декабре 17-го, но исключительно в отношении Германии и Австро-Венгрии) и начать переговоры о всеобщем мире.

2) Немедля, ночкой 24 октября, за подписью Керенского навести по всей Рф правительственную телеграмму-молнию о передаче всех помещичьих земель в ведение земляных комитетов.

3) Назначить четкие даты выборов и созыва Учредительного Собрания.

Дан предугадал и технику реализации собственного антибольшевистского проекта: в случае его одобрения Временным правительством той же ночкой с 24 на 25 октября следует немедля отпечатать в типографии Зимнего дворца (т.н. «Экспедиции заготовления муниципальных бумаг») тыщи афиш с текстом этой «программы» и той же ночкой обклеить весь Петроград и пригороды, зачем немедля вызвать к Зимнему из Петропавловской крепости батальон солдат-самокатчиков (велосипедистов).

Как досадно бы это не звучало, из затеи Дана ничего не вышло.

Сходу сорвался начальный план войти в зал, где заседало всё Временное правительство: депутацию от предпарламента туда не пустили – и к ней вышел только один Керенский. Предстоящая беседа проходила у него в кабинете.

Керенский гласил с депутацией с «крайним раздражением» и заявил под конец, что правительство в рекомендациях и указах не нуждается. Новенькая попытка Дана просочиться в зал заседаний правительства и впрямую обратиться к министрам ничего не отдала: Керенский один вошёл в зал, через пару минут вышел и отчеканил: «Правительство будет действовать само и само управится с большевиками». И после чего указал визитёрам на дверь.

Письменные свидетельства озари 1917 года:

Последняя попытка меньшевиков предотвратить Октябрьскую Революцию

(Большевики зарабатывали средства на Революцию даже платными лекциями)
Последняя попытка меньшевиков предотвратить Октябрьскую Революцию

(Народные стихи, ходившие в Петрограде по рукам)
Последняя попытка меньшевиков предотвратить Октябрьскую Революцию

(Международная агитация социалистических партий)
Последняя попытка меньшевиков предотвратить Октябрьскую Революцию

Последняя попытка меньшевиков предотвратить Октябрьскую Революцию

(Расписка Керенского о сложении с себя звания председателя-министра Временного правительства, 1 ноября 1917 г.).

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,165 сек. | 11.87 МБ