Доктрина и практика совместных операций в 21 веке

Доктрина и практика совместных операций в 21 веке

В документе «Основополагающая концепция совместных операций» (Capstone Concept for Joint Operations — CCJO) от 15 января 2009 года излагается видение тогдашнего председателя Объединённого комитета начальников штабов адмирала Майкла Маллена того, как объединенные силы в период приблизительно с 2016 по 2028 год будут действовать в ответ на огромное обилие вызовов безопасности.

В нем подразумевается, что командиры будущих объединенных сил будут сочетать и, в конечном счете, адаптируют определенное сочетание 4 базисных категорий военной деятельности – боевых действий, обеспечения безопасности, стабилизации (сотрудничества), помощи и восстановления — в согласовании с уникальными требованиями каждой оперативной ситуации. Концепция базируется на еще пока действующем стратегическом руководстве прошедших лет, но так как ориентирована на будущее, подразумевается, что она будет просто приспосабливаемой к изменениям в этом руководстве.

«Основополагающая концепция совместных операций» является самой базовой из всех военных концепций США. В ней описывается, как объединенные силы будут действовать в неопределенном, сложном и меняющемся будущем, характеризующемся неизменными конфликтами. Военные успехи в дальнейшем изредка будут продуктом конструктивно новых мыслях, быстрее результатом адаптации постоянных длительных истин к новым требованиям, условиям и способностям. Это те способности, которые позволят объединенным силам соответствовать широкому диапазону вызовов.

Объединенные силы как инструмент политики

Базовой целью военной мощи является недопущение либо ведение боевых действий в поддержку государственной политики. В этом качестве военное могущество является инвентарем принуждения, созданным для того, чтоб добиться силой либо опасностью силы цели, которую другими средствами нельзя достигнуть.

В более широком смысле объединенные силы – это один из тех инструментов государственной политики, способствующий формированию интернационального политического места в поддержку интересов США. Как следует, преимущественное требование всех совместных операций заключается в том, что они должны помогать создавать либо сохранять условия, разыскиваемые этой политикой, или за счет принуждения, или убеждения, и или в ответ на внезапный кризис либо случайные действия, или как часть продуманного и упреждающего плана. Так как даже во время войны, чтоб быть действенным политическим инвентарем, это требование может быть существенно расширено, определяя не только лишь поражение неприятельских войск в битве; объединенные силы должны обеспечить политическому управлению еще более широкий спектр возможностей, чем обычное приемущество в бою.

Вооруженные силы являются единственным компонентом государственной мощи, к тому же, в сложной обстановке грядущего они изредка преуспеют в одиночку. Напротив, объединенные силы, вероятнее всего, будут действовать вместе с другими южноамериканскими правительственными учреждениями и партнерскими правительствами, и итог данного рвения будет зависеть от фуррора этого партнерства. Зависимо от событий объединенные силы могли бы возглавить национальные либо многонациональные усилия либо могли бы поддержать другие организации, обычно за счет сотворения неопасных критерий, которые позволят невоенным организациям проводить свою работу.

Как инструмент политики, вооруженные силы никогда не будут действовать в политическом вакууме. Каждый командующий объединенными силами должен понять действительность того, что политические причины всегда будут ограничивать южноамериканские военные операции, даже иногда за счет значимого понижения боевой эффективности. Но в то время, как командиры объеденных сил должны адаптировать свои операции к потребностям политики, политика должна избегать внедрения объединенных сил, которые не способны достигнуть результата. Согласование политических целей и военных средств, таким макаром, просит неизменного откровенного диалога меж политическими и военными фаворитами.

Объединенное боевое место

Будущее объединенное боевое место будет отражать как неизменные, так и меняющиеся условия. Основное неизменное условие — это необузданная природа интернациональной политической системы, вселенная самостоятельных форм правления повсевременно стремящихся улучшить свое собственное благосостояние, безопасность, способности и воздействие по отношению друг к другу и системе в целом. В итоге появляется всеохватывающее интерактивное место, в каком действия в главном непредсказуемы и время от времени нелогичны. В контексте этого устойчивого всеохватывающего места при неминуемом появлении напряженности, непостоянности, катастроф, кризисов и конфликтов может потребоваться вовлечение объединенных сил США.

Вторым неизменным условием будет статус Америки как мировой державы с глобальными интересами. Соединенные Штаты обязательно станут фаворитной Цивилизацией, у которой большая часть мира будет находить стабильности и безопасности. Эта роль будет и в предстоящем возлагаться на Соединенные Штаты и их партнеров по защите и поддержке глобальной мирной системы независящих структур торговли, денег, инфы, закона и власти. Поддержание свободы действий и доступа по всему миру является так же нужным для функционирования глобальной мирной системы, как и для проведения военных операций. Это востребует выполнения длительных обязанностей по всему миру и неизменного присутствия, что обеспечивается за счет передового развертывания американских объединенных сил.

Как следствие этого требования, третье условие, которое будет и дальше управлять проведением американских объединенных операций, заключается в необходимости проведения и поддержания их на глобальных дистанциях. Самыми возможными местами проведения операций, требующих роли объединенных сил, станут те районы, где на неизменной базе дислоцируются маленькие силы либо их нет совершенно. Способность Америки стремительно проецировать силу, проводить и поддерживать операции в мировом масштабе, таким макаром, остается критически зависимой от воздушной и морской свободы передвижения и от достаточных способностей стратегической и оперативной передислокации войск. Будущий оперативный фуррор будет также все в основном полагаться на внедрение космоса и киберпространства. Таким макаром, обеспечение адекватной передислокации и сохранение достаточного контроля над глобальными "общностями" (воздушное, морское, галлактическое и цифровое места), которые не принадлежат ни одному государству, лягут в базу актуально принципиального основополагающего принципа построения будущих объединенных сил.

Что касается меняющихся критерий то, может быть, самым значимым из их является растущая способность других стран колебаться во воздействии США, если не в мировом масштабе, то точно в региональном. Эти появляющиеся соперники из числа военных в случае конфликта сумеют принять на себя значимые региональные вызовы, угрожающие боевыми действиями. Вприбавок, возникают с некоей претензией на государственность разные негосударственные субъекты, часто целевые экстремистскими религиозными либо этническим идеологиями, но с отсутствием политической дисциплины накладываемой государственным суверенитетом и ответственностью. Многие из этих «сущностей» уже имеют либо скоро сумеют иметь способности и возможности преследовать свои интересы за счет вооруженных сил, а многие — действовать во всем государстве либо даже вне региональных границ. Это распыление власти во все более "глобализованном” пространстве, в каком некие действующие лица или не признают, или не сдерживаются принятыми условностями интернационального поведения, существенно усложняет предотвращение конфликтов, их управление и разрешение.

В тоже время, средства развязывания конфликтов становятся все более смертельными, всесущими и ординарными в развертывании. Современное вооружение, когда-то бывшее монополией промышленно продвинутых стран, становится все более легкодоступным для наименее продвинутых стран и негосударственных субъектов. Возможное распространение орудия массового поражения, в особенности ядерного орудия, в особенности небезопасно и могло бы существенно усложнить в дальнейшем хоть какое применение США военной силы. Также, пока США услаждались неоспоримым приемуществом в космосе несколько десятилетий, удешевление доступа в космос и возникновение противоспутникового и противокосмического вооружения начало сглаживать поле для игры, а внедрение галлактического места и контроль над ним для штатских и военных целей становится все более конкурентноспособным. Схожим же образом резвое технологическое развитие галлактических способностей и относительно низкая цена их заслуги позволят государствам, негосударственным субъектам и даже отдельным личностям грозить разрушением военных, экономических и других цифровых сетей в хоть какой точке мира.

Тем временем, в итоге увеличения уровня прозрачности и взаимосвязанности, классические военные операции становятся все в основном чувствительны к публичному восприятию и отношению, местному и интернациональному. Вприбавок к тому, что становится все более проблематическим сохранять секретность боевых операций, эта возрастающая прозрачность рискует перевоплотить то, что когда-то было несущественными военными инцидентами в стратегически важные действия. Прозрачность будет оказывать на командиров всех эшелонов большее давление, чем когда-либо до этого, каждое их решение и действие будет кропотливо исследовано и раскритиковано в реальном времени СМИ, чей независящий доступ к инфы практически будет нереально запретить.

Еще одним фактором, приметно меняющим оперативное место, является непрерывная урбанизация как следствие разрастания городов и роста народонаселения в их. В таких урбанистических зонах несусветно трудно проводить военные операции. Боевые деяния в городских районах аккумулируют огромное число сухопутных сил, они, обычно, несут более томные утраты, чем во время операций на любом другом типе местности. Эти деяния могут стать предпосылкой больших утрат посреди штатского населения и сурового косвенного вреда, в особенности если противником являются местные нерегулярные формирования, сознательно использующие такую форму защиты как смешивание с штатским популяцией.

Уменьшение доступа к территориям других государств представляет собой очередной вызов, который полностью предсказуем для грядущего оперативного места. Чувствительность стран к южноамериканскому военному присутствию повсевременно повышалась и даже наиблежайшие союзники могут без охоты давать доступ к своим территориям по различным причинам. Понижение доступности будет препятствовать сохранению южноамериканского передового присутствия, что сделает нужным разработку новых подходов для резвого реагирования на развитие событий по всему миру, также более насыщенное внедрение имеющихся преимуществ США для действий в море, воздухе, космосе и киберпространстве. Гарантирование доступа к портам, аэродромам, чужому воздушному месту, прибрежным водам и поддержка страны-хозяйки в возможных зонах ответственности будет трудной задачей и это востребует активного миротворческого сотрудничества с государствами в проблемных районах. В военное время эта задачка может востребовать способностей насильного вторжения, которые нужны для захвата и удержания территорий перед лицом вооруженного сопротивления.

Разрешение многих сложных заморочек, в особенности в развивающемся мире, в конечном счете, востребует установления либо восстановления легитимности местных правительств, то, что Соединенные Штаты не могут выполнить в однобоком порядке. Способность объединенных сил работать с партнерами с целью увеличения их способностей станет очень ценным качеством. Объединенные силы практически всегда будут работать с местными военными и силами безопасности, за чье поведение они заслуженно либо незаслуженно будут нести ответственность.

Будущее оперативное место имеет потенциал генерирования большего числа вызовов, чем то, на которое США и их военные структуры сумеют отлично реагировать. Отсюда вытекает два положения. 1-ое – значимость упреждающего формирования развития событий таким макаром, чтоб они не достигнули критичных пропорций, требующих внедрения соизмеримой коалиционной силы. 2-ое – значимость формирования совместных мероприятий по безопасности с целью разделения бремени обеспечения безопасности и стабильности. Следование этим положениям также будет содействовать более широкому использованию объединенных сил для миротворческой стабилизации. Все вкупе, эти неизменные и меняющиеся условия будут представлять собой огромное количество всеохватывающих заморочек безопасности, и преодоление этих заморочек часто будет превосходить способности хоть какого раздельно взятого правительственного института, включая объединенные силы. Заместо этого, фуррор будущих военных операций, по всей видимости, будет зависеть от всеохватывающего внедрения всех инструментов государственной власти. Не считая того, в глобализованном мире большая часть таких операций будут иметь тенденцию оказывать влияние на разные межнациональные заинтригованные круги, создавая политическую, если не оперативную потребность действовать вместе с международными партнерами. Вобщем, по сопоставлению с однобокими государственными действиями таковой совместной деятельностью еще сложнее управлять, тут, для поддержания единства, обычно нужен значимый компромисс.

Концепции коалиционного взаимодействия

Три взаимосвязанные идеи обрисовывают в широком смысле, как будут действовать объединенные силы:
Трактовать каждую ситуацию в ее собственных определениях, в ее уникальном политическом и стратегическом контексте, а не пробовать втиснуть ситуацию в рамки желательного шаблона
Проводить и соединять воединыжды деятельность касающейся ведения боевых деяния, обеспечения безопасности, стабилизации, помощи и восстановления в согласовании с концепцией операций призванной соответствовать уникальным особенностям данной ситуации
Проводить операции при неизменной оценке результатов и соотносить их с ожиданиями, корректируя соответственно как осознание ситуации, так и следующие операции

1-ое, при планировании совместных операций командующий объединенными силами должен оценивать каждую оперативную ситуацию без помощи других, принимая во внимание, что это осознание изредка будет полным и всецело правильным, и в наилучшем случае только приблизится к действительности. Объединенное оперативное место обрисовывает всеохватывающие глобальные вызовы, для которых глубинные предпосылки и движущие силы будут далековато не явными, тогда как последствия ответных действий часто будут широкими и непредсказуемыми. Интересы разных заинтересованных сторон могут быть неопределенными, и даже определение таких сторон может быть затруднительным. В таком пространстве объединенные силы не могут позволить для себя использовать без размышлений сложившиеся способы, но заместо этого должны подгонять их под особенные условия каждой ситуации. Эти способы должны отражать как внутреннюю динамику самой ситуации, которая присваивает ситуации ее базисную системную суть, так и стратегический контекст, который устанавливает широкие политические и ресурсные пределы, в рамках которых операция должна быть проведена.

2-ое, при разработке концепции операции, подобающую этому ситуативному осознанию, командующий объединенными силами должен будет создать концепцию операций, которая соединяет воединыжды и координирует часто конкурирующие виды либо категории деятельности: боевые деяния, обеспечение безопасности, стабилизация, помощь и восстановление. Большая часть совместных операций потребуют определенного сочетания 2-ух либо более этих широких категорий военной деятельности, обхватывающих, в общем, практически каждую задачку, которую объединенные силы могут быть призваны выполнить. Оперативным искусством, таким макаром, становится организация и регулирование деятельности, касающейся боевых действий, безопасности, стабилизации, помощи и восстановления, для заслуги целей совместной операции либо всей кампании.

В конце концов, командующий объединенными силами должен быть готов к тому, что вроде бы кропотливо не был проработан его исходный оперативный план, в неких вопросах он окажется не полностью адекватным. Как следует, его план должен включать исчерпающие средства неизменной оценки результатов операций относительно ожиданий и он должен быть готов корректировать операции при их расхождении. Но средством определенных действий полностью может быть сотворена ситуация, которая являться предпосылкой этих расхождений, другими словами, таким макаром, сами операции становятся методом проверки ранешних догадок и ожиданий. Если кратко, как следствие доминирующей неопределенности, все совместные операции вне сомнения в базе собственной являются адаптацией, базирующейся на зании ситуации средством деяния.

Главные категории военной деятельности

Все объединенные силы сделаны, организованы, обустроены и обучены для выполнения 1-го либо более из 4 широких видов военной деятельности. Они являются базисными строй блоками, из которых создаются совместные операции. Как ранее говорилось выше, большая часть совместных операций востребует некоего сочетания 2-ух либо более этих категорий деятельности, адаптированных и равновесных для выполнения боевой задачки.

Боевые деяния

Боевые деяния имеет целью поражение вооруженных формирований противника — постоянных, нерегулярных либо и тех и других. Они заканчиваются удачно, когда противник уничтожен либо капитулирует. Исторически, один либо оба из 2-ух устройств поражения задействовались в бою: Истощение уменьшает людские и вещественные ресурсы противника; Дезорганизация ориентирована на его организационную сплоченность либо действенное функционирование таким макаром, что даже если составляющие неприятельской системы остаются неповрежденными, противник не может действовать как единое целое. Оба механизма поражения также психологически оказывают влияние на волю противника к сопротивлению.

При достижении стадии дезорганизации понижается потребность в истощении, экономится время и понижаются человеческие и вещественные утраты. Но уязвимость противника к поражению средством дезорганизации находится в зависимости от присущих ему свойств и боевых критерий. В целом, чем более агрессивно структурирован противник, тем больше его приверженность дешифрованным доктринальным шаблонам и тем больше его зависимость от неизменного оперативного управления, тем больше он уязвим перед дезорганизацией. И напротив, чем поглубже «встроен» противник в театр военных действий, чем наименее прозрачна его деятельность и меньше его зависимость от наружных источников материально-технического снабжения, тем меньше он подвержен дезорганизации.

В связи с тем, что нерегулярные формирования стремятся действовать рассредоточено на знакомой местности, избегать обычных способов и использовать эпизодические и нередко лишниие командные цепочки, они наименее подвержены дезорганизации по сопоставлению с постоянными силами. Очень нередко боевые деяния против нерегулярного противника преобразуются в бой на истощение, в каком фуррор на стороне того, у кого большая выдержка либо решимость действовать более бесчеловечно.

Боевые деятельность и способности могут существенно варьироваться зависимо от обстановки.

Способности, нужные для обнаружения и поражения постоянных сил, действующих с современных боевых платформ, могут существенно отличаться от способностей нужных для поражения нерегулярных сил, которые часто смешиваются с штатским популяцией. Но все эти способности будут очень отличаться от способностей, нужных для обнаружения и поражения противника, действующего в космосе и киберпространстве.

Тенденции, описанные выше, предсказывают более изменчивое, неопределенное и политически неустойчивое боевое место чем то, с которым когда-либо сталкивались южноамериканские объединенные силы. В то время, как основная задачка боя, которая заключается в том, чтоб навязать поражение, не поменяется, то, как сделать это внушительно, будет становиться все более сложным.

Обеспечение безопасности

Деятельность по обеспечению безопасности имеет целью защиту и контроль штатского населения – дружеского, агрессивного либо нейтрального — и местности. Она может производиться в рамках военной оккупации, во время либо после боевых действий с целью оказания помощи в борьбе с кавардаками либо как ответ на гуманитарную катастрофу. Задачки по обеспечению безопасности решаются удачно, когда штатские волнения снижены до уровня управляемого правоохранительными органами.

Недавнешний опыт вновь показал значение как деятельности по обеспечению безопасности, так и способностей, нужных для ее действенного воплощения.

В текущее время обширно признано, что деятельность по безопасности может быть настолько же значимой для фуррора в войне, как и боевые деяния; она не может регулироваться относительно немногочисленными особыми подразделениями, быстрее должна непременно заходить в компетенцию всех американских общевойсковых формирований.

Из-за того, что предпосылки безопасности достаточно очень отличаются от предпосылок управляемого боя, а часто им обратны, подготовка к решению задач по безопасности просит соответственного образования и обучения, варьируясь от обычной культурной информированности и законов вооруженного конфликта до овладения применимыми способами контроля населения и отправления правосудия.

Стабилизация

Деятельность по стабилизации имеет целью повысить способности союзников и других партнеров либо укрепить сотрудничество с ними. Она могла бы проводиться в качестве дополнения к более широкой дипломатичной либо экономической стабилизации, как помощь дружескому (а иногда не такому уж и дружескому) правительству при проведении им собственных мероприятий по безопасности и даже во время самих военных действий. Она является главным военным вкладом в национальную задачку установления общей безопасностью. Деятельность по стабилизации обычно представляет собой длительное мероприятие, заканчивающееся только тогда, когда она достигнула собственных целей, либо когда правительство США либо управление напарника заключает, что она стала ненадобной либо непроизводительной.

Масштабы и суть деятельности по стабилизации могут существенно варьироваться, отражая различие стратегических отношений меж Соединенными Штатами и странами-союзниками.

Потребности в стабилизационных мерах все в основном будут превосходить способности специализированных, но ограниченных человеческими ресурсами организаций, к примеру сил особых операций и групп длительной военной помощи. В связи с этим возрастающая толика совместных задач по стабилизации ляжет на общевойсковые подразделения. Выполнение этих задач без неприемлемого ухудшения их боевых способностей востребует инноваторского конфигурации доктрины, организации и подготовки как объединенных сил, так отдельных родов войск.

Помощь и восстановление

Мероприятия по помощи и восстановлению предугадывают воссоздание главных муниципальных институтов после боевых действий, развала штатского порядка либо природных катастроф. Как и обеспечение безопасности, потребность в их может появиться в разных критериях, от военной оккупации и до противоповстанческих действий и гуманитарного кризиса. Этот шаг завершается удачно, когда ежедневная деятельность местного правительства и коммерческих структур способна удовлетворить экономические и мед потребности пострадавших сообществ либо когда другие организации способны взять на себя ответственность за помощь и восстановление.

Мероприятия по помощи и восстановлению, проводимые во время боевых действий, отличаются несколькими необходимыми качествами от деятельности, проводимой во время длительной военной оккупации и тем паче от операций мирного времени, нацеленных на оказание помощи популяции после рукотворных либо природных катастроф. Может быть, базисная переменная тут – это условия безопасности, в каких должны проводиться помощь и восстановление. Где нет значимой опасности безопасности либо где местных сил правопорядка довольно для поддержания публичного порядка, помощь и восстановление становятся в главном неувязкой вещественного обеспечения и строительства. С другой стороны, превалирующей целью мероприятий помощи и восстановления, проводимых во время боевых действий, будет сохранение наступательного движения либо оборонной целостности. В то время как это нисколечко не исключает усилий по улучшению критерий штатского населения, ценности этих усилий должны быть кропотливым образом расставлены во избежание понижения давления на еще пока непобежденного противника. В противоповстанческих операциях трения меж этими соперничающими целями могут стать наточенными, потому командиры объединенных сил должны повсевременно переоценивать и регулировать баланс меж мероприятиями помощи и восстановления, нацеленными на поддержание продолжающихся боевых действий, и деятельностью, нацеленной на улучшение положения населения.

•••

Боевые деяния, обеспечение безопасности, стабилизация, помощь и восстановление должны быть компетенцией объединенных сил. В то время, как особые силы будут сосредоточены на одном либо нескольких качествах, общевойсковые силы должны быть способны тем либо другим образом действовать во всех 4 категориях военной деятельности. В текущее время южноамериканские объединенные силы располагают систематизированной доктриной боевых действий, но доктрина и способности касательно других видов деятельности являются наименее определенными.

Эта диспропорция должна поменяться. Невзирая на это, принципиально держать в голове, что пока другие структуры могут заниматься деятельностью по безопасности, стабилизации, помощи и восстановлению, только военные могут вести боевые деяния.

Независимо от сочетания деятельности по ведению боевых действий, обеспечению безопасности, стабилизации, помощи и восстановлению, в базу всех будущих удачных совместных действий лягут несколько расширенных правил.

Эти правила последующие:
Добиваться и поддерживать единство усилий в рамках объединенных сил и меж объединенными силами и южноамериканским правительством, международными и другими партнерами
Планировать и управлять оперативными перемещениями во времени и пространстве
Концентрироваться на текущих целях чье достижение подразумевает самые широкие и длительные результаты
Соединять воединыжды совместные способности с целью максимизации дополнительных эффектов
Избегать объединения способностей, когда это увеличивает сложность без уравновешивающего достоинства
Двигать совместную деятельность на самые нижние эшелоны, где ею можно было бы отлично управлять
Действовать не впрямую, а через партнеров в той степени, в какой позволяет ситуация
Гарантировать оперативную свободу действий
Поддерживать оперативную и организационную упругость
Информировать местную аудиторию и оказывать влияние на восприятие и отношение главных зарубежных сообществ в рамках определенного и неизменного оперативного требования

Вывод

Эта концепция представляет будущее, характеризующееся в главном неопределенностью, сложностью, резвыми переменами и неизменными конфликтами, будущее в каком широкий набор неодолимых заморочек государственной безопасности в мирное время, во время кризиса и военное время востребует роли американских объединенных сил. Важнейшим тут для вооруженных сил США является война, способность вести боевые деяния, что никогда не должно рассматриваться как принесение себя в жертву.

Эти вызовы в базе собственной не новы, но возникновение их в дальнейшем проявит особенности, которые ранее не были известны, и в текущее время — непредсказуемы. В итоге, объединенные силы должны быть готовы сделать собственный вклад в национальные усилия, чтоб совладать со всеми этими вызовами, даже невзирая на то, что подготовка к одному вызову делает задачи при подготовке к другим.

Эта концепция предлагает общий процесс оперативной адаптации, который может применяться универсально ко всем совместным операциям, невзирая на то огромное обилие, которое они могут иметь. Главным признаком этого подхода станет интеграция дополнительных способностей, которыми рода войск могут дополнить объединенные силы. Структура 4 базисных категорий военной деятельности обеспечивает базу для развития способностей.

Институционные последствия следования этому подходу являются потенциально драматическими. Так либо по другому, они все ориентированы на создание вооруженных сил в качестве более адаптивного и универсального инструмента государственной политики. Базовыми посреди их будут формирование более высочайшего уровня компетентности во всех 4 категориях военной деятельности вместе с достижением наилучшей боеспособности в борьбе с самыми различными постоянными либо нерегулярными опасностями.

На процесс развития боевых способностей возлагается обеспечение личного состава доктриной, боевой подготовкой, познаниями и вещественными средствами, которые им нужны для удачного выполнения намеченной цели. В естественно счете, объединенные силы состоят из дам и парней, и конкретно они присваивают им наивысшую боевую мощь.


Мерзляков Вячеслав

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,107 сек. | 12.57 МБ