Танк, которого мы не дождались: Последний миф оборонки

Танк, которого мы не дождались: Последний миф оборонки

В сегодняшнем году Наша родина встала на танковом перепутье. Военное управление устами собственных представителей самого высочайшего ранга объявило о том, что не только лишь ставит крест на существующем проекте танка последнего поколения, да и прекращает закупку машин имеющихся моделей. Новый танк, конечно, будет. Но не на данный момент.

Мотивы Министерства обороны обозначены очень лаконически, но в целом понятны. 1 июля сегодняшнего года министр обороны Русской Федерации Анатолий Сердюков заявил: «Мы встречались с конструкторами, которые представили нам свои проекты. Шестьдесят процентов из этого – старенькые выработки, потому мы пока отказались от этих предложений».

Сейчас армия желает растрачивать средства на продукцию современного уровня – прямо до отказа от российского вооружения и закупки зарубежного. Покупка УДК «Мистраль» и даже выдвинутые (как позже было сказано, в полемическом задоре) идеи о закупке германских «Леопардов» заместо Т-90 полностью ложатся в эту канву. Также военных не устраивает высочайшая стоимость на новые эталоны бронетехники, предлагаемые русским ВПК.

Тесновато в старенькых рамках

Откомментировать сложившуюся ситуацию мы попросили Василия Кирилловича Копытко, генерал-майора припаса, д.в.н., доктора, головного научного сотрудника НИЦ Военной академии Генерального штаба МО РФ. «Новый танк, естественно, нужен, – разъясняет он, – но нужно осознавать, что его создание востребует больших средств. Если же гласить о курсе на модернизацию имеющегося парка, то неувязка состоит в том, что модернизационный потенциал танка Т-72 фактически исчерпан. Имеющиеся модификации Т-90 – это практически и есть тот предел, до которого можно было развить «семьдесят второй». Какие-то принципиальные доработки, естественно, можно сделать: к примеру, усовершенствовать систему управления огнем, оборудовать машины системой опознавания «свой–чужой», чего на наших танках пока нет. Нужна отменная система ночного видения – и на данный момент на последних модификациях Т-90 установлены тепловизоры французского производства. Можно сделать лучше аппаратуру связи, поставить устройство ГЛОНАСС… Но есть базисные недочеты, которые в рамках имеющихся моделей убрать не получится. Какой-то из них, к примеру, состоит в том, что экипаж находится в боевом отделении вкупе с боекомплектом, что резко понижает шанс выживания при поражении машины. Другой недочет наших танков – их маленькой размер. С одной стороны, это отлично – меньше вес, меньше возможность попадания. Но оборотной стороной этих преимуществ стали очень томные условия для экипажа, в особенности ощущающиеся в длительных маршах и долгих боевых действиях».

Сегодняшнее противоборство Минобороны и ВПК уходит корнями в русские времена, когда ВПК выступал почти во всем в качестве самостоятельной силы и армия обязана была принимать на вооружение не ту технику, которая была ей заказана, а ту, что предлагал ВПК. Сейчас военные желали бы поменять ситуацию и сделать так, чтоб оборонная индустрия делала их заказы, а не пробовала реализовать им нечто, сделанное по собственному разумению и часто на базе устаревших технологий. Борьба меж армией и ВПК привела, а именно, к тому, что вызывавший настолько большой энтузиазм упублики скрытый объект «195», он же танк Т-95, возможно, навечно остается в виде чертежей и опытнейших образцов.

Каким он мог бы быть

Проект «Совершенствование-88», он же «Объект-195», он же основной боевой танк Т-95, разрабатывался под покровом высочайшей секретности в нижнетагильском УКБТМ, и даже после закрытия темы представители нашей главной танковой кузницы – «Уралвагонзавода» – категорически отрешаются дискуссировать детали этого проекта, ну и вообщем все, что связано с танковой темой. Может быть, так как в 2015 году планируется возникновение нового танка на универсальной гусеничной платформе «Армата» и в ней будут, как подразумевается, применены наилучшие выработки как по Т-95, так и по другому секретному проекту многообещающего танка «Черный орел». Вкупе с тем какие-то сведения и даже не очень высококачественные фото опытнейших образцов стали доступны широкой публике.

Основным новаторством многообещающего танка была модульность конструкции, при которой башня оказывалась необитаемой и свободной от боекомплекта, боекомплект же полностью помещался снутри корпуса. Чтоб защитить состоящий из 3-х человек экипаж от небезопасного соседства с боекомплектом и герметизированной топливной емкостью, танкистов предполагалось поместить вовнутрь бронированной капсулы, установленной в носовой части корпуса. В качестве основного вооружения танка было решено использовать гладкоствольную пушку калибра 152 мм, также предусматривалась установка дополнительной автоматической 30-мм пушки.

Стремительность и маневренность танку был должен обеспечить Х-образный дизельный движок мощностью 1500 л.с., соединенный с гидромеханической коробкой. Новенькая адаптивная подвеска облагораживала плавность хода боевой машины.

Систему управления огнем предполагалось выстроить на базе мультиканальности – информация должна была поступать сразу по оптическим, тепловизионным, радиолокационным каналам и синтезироваться. Отдавая дань насущной в наши деньки «сетецентричности», машину намеревались встроить в АСУ тактического звена управления, что могло бы значительно сделать лучше взаимодействие бронетехники, пехоты и авиации в составе сухопутных группировок.

Проект Т-95 пошел существенно далее чертежей. 15 июля 2010 года на выставке «Оборона и защита» состоялся показ опытнейшего эталона многообещающего ОБТ Т-95 для особо отобранного круга лиц. Как были впечатлены присутствовавшие, история умалчивает, но, как выяснилось, Т-95 – это не то, на что армия готова растрачивать средства.

Отлично, недешево, незначительно

«Хоть проект и закрыт, – гласит Василий Копытко, – но главные идеи, заложенные в нем, правильные. Наверное в многообещающем танке последующего поколения – будет он называться «Армата» либо как-то по другому – эти идеи отыщут свое воплощение. В прошлые времена – времена больших танковых армий, требовалось, чтоб танк был обычным, но зато нетребовательным в ремонте и обслуживании и пригодным для массового тиражирования. Наилучший пример такового танка – наш Т-34. На данный момент мы сталкиваемся с другими реалиями, в каких вернее создавать не “что попроще”, а очень отличные танки. Пусть они будут дорогими, пусть их будет незначительно, но пусть они будут. В таких танках принципиально среднее сочетание боевой эффективности со средствами защиты от ПТУР, противотанковых гранатометов и ударов со стороны верхней полусферы, что в особенности принципиально в связи с развитием противотанковых средств воздушного базирования».

Дойти до фронтального края

Сегодняшнее танковое перепутье некие склонны связывать не только лишь с экономической и технологической конъюнктурой, да и с неким кризисом в осознании роли танков в будущих схватках. В эру «бесконтактной войны» многим рисуется картина боевых действий, при которых танки будут уничтожены действенными противотанковыми средствами с земли и с воздуха еще до момента выхода на фронтальный край. В качестве 1-го из подтверждений этим рассуждениям приводится огромное количество бронетехники русского производства, потерянной иракскими войсками в процессе 2-ой американо-иракской войны. В преддверии окончательного закрытия проекта Т-95 в печати появились статьи профессионалов, которые предвещали многообещающему российскому танку несладкое будущее на современном поле боя. Перечислялись виды современных боеприпасов, которые, как считается, просто управятся с броней и динамической защитой Т-95. Неуж-то снаряд совсем одолел броню?

С тем, что в современной войне роль танка снижается до комфортной мишени, Василий Копытко категорически не согласен: «Что такое «бесконтактная война»? Это не очень корректный термин, обозначающий ситуацию, когда один противник наносит удары, не входя в зону противодействия другого. Так было в Ираке, когда, к примеру, ударные вертолеты могли наносить удары ПТУР по танкам с расстояния 5000–6000 м, оставаясь неуязвимыми. Но это не вина танков: причина такового легкого расстрела – недочет либо отсутствие ПВО. Какими бы средствами защиты танк ни обладал, его нельзя рассматривать как автономное средство ведения боя – он непременно должен действовать вместе с пехотой, средствами ПВО, фронтовой авиацией. Существует, к примеру, популярная разработка «Уралвагонзавода» – БМПТ (боевая машина поддержки танков). Можно вспомнить злополучный штурм Сурового, когда федеральные войска утратили много т

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,168 сек. | 11.99 МБ