Трубопроводная война в Сирии (“Al Jazeera”, Катар)

Трубопроводная война в Сирии (“Al Jazeera”, Катар)

Соглашение меж Сирией и иранскими нефтяными министрами может поставить под опасность позицию Турции на энергетическом маршруте Восток-Запад [REUTERS]

Глубоко под "вулканом Дамаска" и "битвой за Алеппо" продолжают с грохотом двигаться тектонические плиты глобальной энергетической шахматной доски. Кроме катастрофы и горя штатской войны Сирия также является демонстрацией силы Трубопроводистана.

Более года вспять меж Ираном, Ираком и Сирией было заключено соглашение Трубопроводистана на 10 млрд баксов о строительстве к 2016 году газопровода с огромного иранского месторождения "Южный Парс". Газопровод должен пересечь Ирак и Сирию и получить вероятное продолжение в Ливан. Главный экспортный рынок: Европа.

За последние 12 месяцев, когда Сирия оказалась ввергнута в штатскую войну, дискуссий о трубопроводе не было. До этого момента. Величайшая паранойя Евро Союза становится заложником русского "Газпрома". Газопровод Иран-Ирак-Сирия станет центральным в деле диверсификации энергетических поставок в Европу и обхода Рф.

Но ситуация усложняется. Турция является вторым наикрупнейшим клиентом "Газпрома". Вся конфигурация энергетической безопасности Турции находится в зависимости от газа из Рф — и Ирана. Турция грезит стать новым Китаем, придавая Анатолии конфигурацию решающего стратегического перекрёстка Трубопроводистана для экспорта русского, каспийско-центральноазиатского, иракского и иранского нефти и газа в Европу.

Попытайтесь проигнорировать Анкару в этой игре, и у вас начнутся задачи. Практически до прошлого дня Анкара рекомендовала Дамаску провести реформы — и по-быстрому. Турция не желала хаоса в Сирии. Сейчас Турция нагнетает хаос в Сирии. Давайте разглядим одну из основных вероятных обстоятельств этого.

"Я пошел на перекресток"

Сирия не является большим нефтепроизводителем; её припасы нефти истощаются. И всё же до начала штатской войны Дамаск получал чуть ли малозначительные 4 млрд баксов в год от реализации нефти — это третья часть бюджета сирийского правительства.

Сирия намного более принципиальна в качестве энергетического перекрёстка подобно Турции — но в наименьших масштабах. Основным будет то, что Сирия нужна Турции для воплощения её энергетической стратегии.

Игра Сирии в Трубопроводистане включает "Арабский газопровод" (AGP) из Египта в Триполи (Ливан) и газопровод IPC из Киркука в Ираке в Баньяс — неработающий с момента южноамериканского вторжения в 2003 году.

Главное место в энергетической стратегии Сирии занимает "политика четырёх морей" — мысль, представленная Башаром аль-Асадом сначала 2011 года, за два месяца до начала восстания. Это как мини-турецкая демонстрация силы — энергетическая сеть, соединяющая Средиземное, Каспийское и Темное море и Персидский залив.

Дамаск и Анкара скоро взялись за дело — интегрируя свои газораспределительные системы и соединяя их с "Арабским газопроводом" и, что принципиально, планируя продолжение "Арабского газопровода" из Алеппо в Килис в Турции; он потом может быть соединён с неувядаемой оперой Трубопроводистана — "Набукко", предполагая, что для него ещё не всё потеряно (а это далековато не данность).

Дамаск также готовился затмить газопровод из Ирака; в конце 2010 года он подписал протокол о намерениях с Багдадом о строительстве 1-го газопровода и 2-ух нефтепроводов. И опять мотивированным рынком является Европа.

А потом началось истинное светопреставление. Но даже когда уже началось восстание, было подписано соглашение на 10 млрд баксов об ирано-иракско-сирийском Трубопроводистане. Если он будет реализован, то по нему будет транспортироваться по последней мере на 30% больше газа, чем по обязанному-быть-забракованным "Набукко".

Но есть загвоздка. То, что время от времени именуют Исламским газопроводом, пойдёт в обход Турции.
Пока непонятно, подходит ли этот непростой гамбит с Трубопроводистаном под определение casus belli (повода к войне — прим. перев.) для Турции и НАТО, чтоб наехать по полной программке на Асада; но стоит держать в голове, что стратегия Вашингтона в юго-западной
Азии со времён администрации Клинтона заключалась в том, чтоб обойти, изолировать и наносить вред Ирану всеми необходимыми средствами.

Небезопасные связи

Дамаск опеределённо следовал очень сложной двухаспектной стратегии — соединяясь с Турцией (и иракским Курдистаном) и сразу обходя Турцию и объединяясь с Ираном.

В связи с тем, что Сирия увязла в штатской войне, ни один глобальный инвестор даже не поразмыслит играть в Трубопроводистан. И всё же в сценарии после Асада все варианты вероятны. Всё будет упираться в будущие дела меж Дамаском и Анкарой, и Дамаском и Багдадом.

Нефть и газ должны поступать из Ирака в любом случае (плюс ещё больше газа из Ирана); но конечным пт предназначения Трубопроводистана в Сирии может быть Турция, Ливан либо дажа сама Сирия — впрямую экспортируя в Европу из восточного Средиземноморья.

Анкара разумеется ставит на правительство после Асада под управлением суннитов, которое будет сходно с "Партией справедливости и развития" (ПСР, правящая партия Турции — прим. perevodika.ru). Турция уже закончила совместную разведку нефти с Сирией и собирается закончить все торговые дела.

Сирийско-иракские дела включают два отдельных момента, меж которыми, как кажется, имеется пропасть — дела с Багдадом и с иракским Курдистаном.

Представьте для себя сирийское правительство, состоящее из Сирийского государственного совета и Свободной сирийской армии; оно непременно было бы агрессивным по отношению к Багдаду, по большей части из-за конфессиональных различий; не считая того, правительство аль-Малики шиитского большинства находится в добротных стратегических отношениях с Тегераном и с недавнешних пор также с Асадом.

Алавитские горы властвуют над маршрутами сирийского Трубопроводистана в сторону восточно-средиземноморских портов Баньяс, Латакия и Тартус. Также предстоит отыскать ещё много газа — после недавнешних "подвигов" меж Кипром и Израилем. Исходя из того, что режим Асада будет свергнут, но совершит поспешное стратегическое отступление в горы, то способности для партизанского саботажа трубопроводов растут неоднократно.
На данном шаге никто не знает, как Дамаск после Асада переформатирует свои дела с Анкарой, Багдадом и иракским Курдистаном — не говоря уже про Тегеран. Но Сирия продолжит играть в игру Требопроводистана.

Курдская загадка

Большая часть сирийских нефтяных припасов находятся на курдском северо-востоке, в регионе, который географически находится меж Ираком и Турцией; другие припасы находятся на юге, вдоль р. Евфрат.

Сирийские курды составляют 9% населения страны — около 1,6 миллиона человек. Хотя они и не являются значимым меньшинством, но сирийские курды уже размышляют над тем, что что бы ни вышло в ситуации после Асада, у их будет очень не плохая позиция в Трубопроводистане, предлагая прямой маршрут для экспорта нефти из иракского Курдистана — по идее, в обход и Багдада, и Анкары.

Такое воспоминание, что весь регион играет в обходное лото. Как "Исламский газопровод" можно осознавать как обход Турции, так прямое соглашение меж Анкарой и иракским Курдистаном в отношении 2-ух стратегических нефте- и газопроводов из Киркука в Джейхан может рассматриваться как обход Багдада.

Багдад, конечно, будет сопротивляться этому — подчёркивая, что эти трубопроводы не имеют юридической силы, если центральное правительство не получит собственного значимого отката; в конце концов, оно оплачивает 95% бюджета иракского Курдистана.

Курды и в Сирии, и в Ираке играют в умную игру. В Сирии они не доверяют Асаду либо оппозиционному СНС. Партия "Демократический альянс" — связанная с РПК — отторгает СНС как куклу из Турции. А светский Курдский государственный совет (КНС) опасается сирийских "братьев-мусульман".

Так что абсолютное большая часть сирийских курдов являются нейтральными; никакой поддержки турецким (либо саудовским) куклам, вся мощь в пользу пан-курдской идеи. Фаворит партии "Демократический альянс" Салих Муслим Мохамед резюмировал всё это так: "Принципиально то, что мы, курды, отстаиваем своё существование".

Это значит практически больше автономии. И это конкретно то, что они получили от соглашения, подписанного 11 июля в Ирбиле при содействии президента иракского Курдистана Масуда Барзани; и совместное управление сирийским Курдистаном партией "Демократический альянс" и КНС. Это стало прямым следствием хитрецкого стратегического отступления режима Асада.

Логично, что

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,218 сек. | 19.79 МБ