«РОССИЙСКИМ КОМПАНИЯМ НАДО СМИРИТЬСЯ С ТЕМ, ЧТО ОНИ УЖЕ НЕ ЯВЛЯЮТСЯ ЗАКОНОДАТЕЛЯМИ МОД»

«РОССИЙСКИМ КОМПАНИЯМ НАДО СМИРИТЬСЯ С ТЕМ, ЧТО ОНИ УЖЕ НЕ ЯВЛЯЮТСЯ ЗАКОНОДАТЕЛЯМИ МОД»
 Андрей Ваховский, директор и генеральный конструктор белорусского предприятия «Тетраэдр», специализирующегося на разработке и производстве многообещающих радиоэлектронных систем вооружения, программно-аппаратных средств, используемых в системах управления радиолокационными и радиоэлектронными системами, также на модернизации зенитных ракетных систем, разработке и производстве новых образцов ЗРК. Закончил Минское высшее инженерное зенитное ракетное училище войск ПВО и Военную инженерную радиотехническую академию ПВО имени маршала Л.А. Говорова. Академик Белорусской инженерной академии, доктор-инженер, доктор Интернациональной академии информационных технологий.
 
— Что такое «Тетраэдр»? В чем секрет фуррора компании, каковы ее миссия и положение на рынке?
 
— «Тетраэдр» одно из компаний, которое все заработало своим трудом. Это на сто процентов личная компания, которая была сотворена с нуля.
 
Все наши заслуги получены своим трудом без копейки муниципальных средств. При этом мы не имеем и не планируем обращаться за муниципальным финансированием.
 
Смотря на достигнутые результаты, считаю, что вектор развития компании был избран верно.
 
Вобщем, мы не уникальное явление, личных и удачных оборонных компаний в Беларуси много. Есть люди и компании, которые финансово работают даже более отлично.
 
У компании довольно много договоров, их объемы значимые, мы расширяем свое присутствие в собственной нише дешевых и действенных систем. Вначале речь шла о системах ПВО, но на данный момент мы выходим за эти рамки и начинаем активную работу уже в третьих странах, в кооперации с зарубежными предприятиями, также по полосы военно-морских и сухопутных систем. Грустно, что все это происходит без роли русских компаний, и эта ситуация представляется неверной.
 
В производственной линейке «Тетраэдра» имеются не только лишь законченные эталоны вооружений, в том числе модернизированные и вполне сделанные без помощи других, да и отдельные готовые подсистемы и составные части образцов вооружений: радиоприемные и радиопередающие устройства, системы цифровой обработки сигналов, оптико-электронные системы с автоматом сопровождения, системы электропитания и т.д. В рамках субподрядных работ мы даем загрузку порядка 4000–5000 рабочих мест.
 
На предприятии интенсивно ведутся НИОКР в 6 специализированных конструкторских бюро. В то же время мы не планируем организовывать полный производственный цикл до последнего болта и гайки — это нерентабельно, к тому же существует мировое разделение труда. Мы закупаем комплектующие у различных поставщиков, и для нас тут самое главное энтузиазм заказчика.
 
Мы заканчиваем создание собственного производства по сложной и качественной металлообработке на нашей новейшей производственной площадке под Минском. Для него затариваются новые станки производства США и Германии. Это вызвано нашими расчетами, которые демонстрируют рентабельность такового производства при росте объема заказов. Благодаря этому производству мы сможем поставлять продукцию не только лишь по нашим экспортным заказам, да и на белорусский рынок, так как высокоточная механика нужна в нашей стране.
 
Чем отличается «Тетраэдр» от неких русских компаний? Мы стремительно принимаем решения в согласовании с законодательством и отвечаем за свои слова. Это касается не только лишь денежных и управленческих решений, да и нашей текущей работы. Обычный пример: в 2002 г. мы сделали для Министерства обороны Беларуси эталон вооружения, который был принят на вооружение. Так, с момента подписания Командующим ВВС и ПВО Тактико-технического задания (ТТЗ) и до момента издания приказа министра обороны Беларуси о приеме на вооружение прошло 6 месяцев. В СССР на подобные работы затрачивалось до 4 лет.
 
География присутствия компании очень широка. На сегодня «Тетраэдр» находится во всех регионах мира, не считая Северной Америки, Северного и Южного полюса.
 
Основной костяк предприятия — военные ученые, инженеры высокой квалификации, имеющие опыт службы в Русской армии, работы в НИИ, на полигонах, институтах и академиях. В компании работает много юных служащих. Мы их берем с третьего курса институтов, дальше курируем по ходу учебы, они пишут у нас дипломы и курсовые, наряду с учебой работают у нас, и мы имеем возможность выбора. Не считая того, достаточно много юных профессионалов к нам приходят по рассредотачиванию из вузов.
 
В компании есть преемственность поколений, текучки фактически нет. Численность служащих — более 400 человек. У нас низкий процент административного аппарата. Мы хотим предложить работникам хорошие социальные условия. Помогаем строить квартиры, оплачиваем исцеление, в том числе и за рубежом, проводим постоянное обучение персонала, 100 % коллектива каждый месяц выплачиваются премии.
 
Сами ведем строительство производственных объектов. Нам принадлежит два строения в Минске, а в августе этого года в строй должен быть введен новый производственный корпус. Таким макаром, общая площадь принадлежащих нам помещений составит более 13 000 квадратных метров.
 
Но Беларусью мы не ограничиваемся. Наши главные производственные площадки размещены за пределами страны. Мы работаем на длительной базе с министерствами обороны ряда государств, которые выделили землю и за собственный счет выстроили производственные помещения в согласовании с нашими требованиями. В одной стране нам даже дали действующий завод для реализации проектов УП «Тетраэдр».
 
Мы ведем подготовку профессионалов заказчиков на постоянной базе. Обучение ведется для 100, время от времени даже более чем для 200 человек, начиная от расчетов и заканчивая техническими спецами службы вооружения. Обучение ведется и на нашем предприятии, формы его различные: короткосрочные курсы, длительное обучение.
 
Нас знают, мы захватили для себя репутацию плодами собственного труда, качеством техники, отношением к делу и честным следованием обязанностям. В нашей сфере мы отлично известны, мы себя оцениваем как компанию, которая повсевременно находится на рынках ряда государств, мы претендуем на подобные ниши, подчеркиваю, маленькие ниши, в тех странах, которые имеют маленькие бюджеты и где не требуются системы стратегического предназначения. Мы не сходу достигнули такового результата, а шли к нему пять-семь лет, равномерно набирая очки.
 
Посреди наших преимуществ необходимо отметить тот факт, что мы без помощи других принимаем решения относительно разработки новых образцов вооружений. Мы имеем свое видение путей развития ВВТ в нашей нише — относительно дешевых и действенных систем ПВО.
 
— Как складываются ваши дела с компанией «Рособоронэкспорт» и с русскими оборонными предприятиями?
 
— На наружных рынках, к огорчению, мы смотрим надменное отношение со стороны больших русских компаний, в том числе и спецэкспортеров. Это ни к чему отличному не приводит.
 
Были случаи, когда россияне боролись с нами, но в конечном итоге договор не получили ни мы, ни Наша родина, а в выигрыше остались европейцы. Об этом мы гласили с управлением ФГУП «Рособоронэкспорт», при этом мы — в надежде координировать наши усилия. Я даже подготовил письмо с предложениями и готов был приехать в Москву, но в конечном итоге его не выслал и никуда соответственно не поехал. Причина заключалась в том, что в одной из государств, где «Тетраэдр» работает довольно удачно и находится на неизменной базе, «Рособоронэкспорт» не сумел выиграть тендер, хотя в этой стране объем его договоров в 10-ки и сотки раз больше наших. Мне становится понятно от моих партнеров, что, невзирая на заверения со стороны русского экспортера в нескончаемой дружбе, в этой стране вокруг моей компании им создается нехороший фон. По-моему, это не совершенно этично.
 
Мне кажется, что когда ведется борьба с «Тетраэдром», неразумно использовать принцип «бей собственных, чтоб чужие боялись», при этом это не надо сначала Рф. Объясню. Есть такие страны, где у Рф имеются отличные связи. Я разъяснял управлению ФГУП «Рособоронэкспорт», что для него договоры на сумму, к примеру, в 5–15 млн долл., вероятнее всего, никакого энтузиазма не представляют, но тогда для чего мешать «Тетраэдру»? Я полагаю, что, напротив, лучше будет, если «Рособоронэкспорт» окажет «Тетраэдру» содействие в подписании договора и благодаря этому расширит в данной стране свое воздействие через нас, не считая того, он сумеет получать информацию из первых рук. Мы даже были готовы работать как при посредничестве ФГУП «Рособоронэкспорт» с выплатой ему комиссионных, так, к примеру, через ОАО «Ижевский электромеханический завод «Купол» (ИЭМЗ), ведь для нас главное — денежный итог. Но это разумное, на мой взор, предложение ни к чему не привело.
 
Другими словами, к огорчению, выходит, что в ряде государств, где находится УП «Тетраэдр», основным соперником выступает ФГУП «Рособоронэкспорт», хотя в нашей маленькой нише он там может находиться только формально и номинально.
 
И иногда наша основная задачка состоит в том, чтоб о нашем присутствии не выяснило посольство Рф в данной стране, во избежание следующих попыток сорвать наши сделки.
 
Иногда доходит до забавного. В одной стране-заказчике проходили приемо-сдаточные тесты с боевой стрельбой нашим комплексом, было произведено несколько пусков, все дали 100-процентное попадание в цель. Все это происходило в присутствии управления этой страны и государственного министерства обороны, стрельбу производили местные расчеты. Но позже одно из узнаваемых русских компаний начинает распространять в этой стране информацию о том, что все запуски «ушли в молоко».
 
Я сталкивался и со вариантами нерадивой конкуренции, когда на мою компанию соперники писали доносы заказчику. Из-за этого время от времени появлялись трудности в процессе реализации договоров, в одной из государств два договора даже были разорваны. Но любопытно, что те, кто стоял за этим, сами в этой стране не находятся. В итоге на этом рынке нет ни нас, ни наших недоброжелателей, а эта ниша занята другими странами.
 
Русским компаниям нужно смириться с тем, что они уже не являются законодателями мод и для их полезнее будет налаживать взаимовыгодное сотрудничество.
 
Это связано с тем, что у нас в Беларуси есть разработки, которые отсутствуют в Рф либо качество белорусской продукции выше при наименьшей цены. А причина борьбы с нами, по моему воззрению, состоит в том, что о муниципальных интересах, к огорчению, думают не сначала.
 
Вобщем, пару лет вспять имел место пример вероятного положительного сотрудничества с русскими компаниями. В рамках подготовки 1-го проекта мы за ранее согласовали все нужные вопросы, в том числе и с «Рособоронэкспортом». Но в конечном итоге проект не состоялся из-за действий третьих лиц, и в этой стране, разумеется, в данной нише нет ни Рф, ни Беларуси.
 
В этом ряду можно упомянуть и неплохую попытку поработать с коломенским «Конструкторским бюро машиностроения» (КБМ). В свое время был даже подписан трехсторонний протокол меж УП «Тетраэдр», КБМ и Министерством обороны Беларуси, но в конечном итоге к работам так и не приступили из-за отсутствия у Министерства обороны Беларуси средств.
 
Невзирая на такую не очень обнадеживающую историю отношений, полагаю, что отличные предпосылки для вероятной совместной взаимовыгодной работы есть. Мы готовы работать в кооперации с русскими предприятиями, но без надменного дела к нам с их стороны.
 
— Каковы способы вашей работы на экспортных рынках?
 
— При работе на наружных рынках принципиально создание в стране команды единомышленников, мы стараемся сделать подобные группы воздействия перед вхождением на новый рынок. Тут мы говорим только о компаниях, которые помогают продвигать проект, потому что в одиночку это сделать очень проблемно. Естественно, в компанию заходит и местная группа лоббирования, состоящая из представителей данной страны и носителей языка, которые способствуют продвижению нашей продукции, также помогают разобраться в местной специфике по вопросам денег, налогообложения, лицензирования, регистрации и других схожих вещей.
 
Мы считаем полезным и практикуем приглашение на предприятие возможных заказчиков. В течение нескольких последних лет мы часто проводим показательные стрельбы по высокоскоростной ракете-мишени комплексом Т38 «Стилет» на нашем полигоне в Доманово. А в прошедшем году, к примеру, один из приглашенных забугорных профессионалов лично запустил ракету по высокоскоростной мишени. На показательные стрельбы мы, кстати, не один раз приглашали представителей ФГУП «Рособоронэкспорт», НИИЭМИ, Концерна ПВО «Алмаз-Антей», Ижевского электромеханического завода «Купол».
 
— Были ли ситуации, когда договоры срывались из-за какого-нибудь запрета со стороны управления Республики Беларусь?
 
— Таких прецедентов в истории нашей компании не было. Система экспортного контроля, принятая в Беларуси, прогрессивна, она не делает различия для личного либо муниципального предприятия. Если производится закон, то экспортная лицензия выдается без заморочек. Полагаю, что число компаний, имеющих право внешнеэкономической деятельности, добивается 80.
 
У нас в стране предприятие, занимающееся внешнеэкономической деятельностью, без помощи других работает за рубежом и выбирает партнеров. Также работа может вестись и через спецэкспортера, если он сам за ранее условился с заказчиком, либо по согласованию с предприятием-производителем.
 
Потом договор проходит междуведомственную комиссию в рамках системы экспортного контроля. В комиссию входят представители всех заинтересованных ведомств, и решения принимаются коллегиально. Правительство может аннулировать лицензию исключительно в 2-ух случаях: когда имеет место нарушение законодательства Беларуси предприятием-исполнителем либо принятие интернациональных санкций.
 
В Беларуси, на мой взор, экспорт вооружений указывает хорошие результаты, при этом по большей части не за счет старенькых русских припасов, которые уже практически все распроданы, а за счет работы государственного ВПК.
 
Беларусь — малая страна, в какой нужных ископаемых нет, и ее главное достоинство — это люди, и мы обязаны работать, делая упор на этот ресурс и собственные силы. Случаи запрета на экспорт мне неопознаны.
 
— Каковы главные действующие и многообещающие работы компании, как распределяются направления работы?
 
— Не считая модернизации зенитно-ракетных комплексов сухопутных войск и объектовой ПВО, у нас в работе находится большой проект для радиотехнических войск. Уже исполняется договор по одной номенклатуре РЛС, с заказчиками согласованы еще два договора.
 
Не считая того, мы увлечены современными дистанционно управляемыми механизированными системами. Это наша система А3. На нее имеется договор, в одну из государств будут осуществляться достаточно большие поставки. Хотя система А3 не является революцией в области военной техники, но она отлично соответствует аспекту «стоимость-эффективность», что в данном случае для заказчика возможно окажется более значимым аргументом.
 
— Каковы перспективы работ по ЗРК Т38 «Стилет»? Когда для комплекса будет готова новенькая ЗУР и в интересах какого заказчика делается эта система?
 
— Ракета для комплекса фактически готова. Работы производятся в кооперации с одной из компаний, имеющих неплохую международную репутацию. Производится работа за счет средств УП «Тетраэдр». В будущем году мы планируем провести управляемые запуски.
 
На этот комплекс имеются потенциальные заказчики, но мы берем на себя контрактные обязательства только при наличии твердого задела и убежденности в принципной реализуемости проекта, что позволяет уложиться в обещанные сроки. Все эти условия в этом случае соблюдены.
 
— Не тайна, что главным заказчиком «Тетраэдра» выступает в последние годы Азербайджан. Каково состояние работ с азербайджанской стороной? Ведутся ли работы в интересах других заказчиков из СНГ? Из государств далекого зарубежья?
 
— У нас никогда не было и не будет какого-нибудь 1-го основного заказчика. Для нас все заказчики идиентично принципиальные и главные, независимо от объема договора — стоит договор 100 млн либо 100 тыс. баксов. В этом смысле Азербайджан для нас является главным. Более того, есть заказчики, договоры с которыми намного более большие, при этом в разы. Если оценивать в целом по проектам, то Азербайджан является очень почетаемым заказчиком, мы с ним работаем и будем работать трепетно и радиво.
 
Не считая Азербайджана, в СНГ мы уже длительно работаем с Казахстаном, и с ним намечаются новые проекты. В Казахстане мы присутствуем с 2002 г. и смогли захватить там авторитет. Наша компания учавствует во всех военных учениях ОДКБ, проходящих на местности СНГ, в том числе и в прошедших в прошедшем году учениях «Щит Союза-2011». На их мы делали техническое сопровождение ранее поставленных модернизированных комплексов и оказывали помощь казахстанскому расчету в подготовке техники для проведения боевых стрельб. Казахстанский боевой расчет отстрелялся более чем удачно в процессе второго шага учений.
 
А все другие наши заказчики приходятся на страны далекого зарубежья. Это объяснимо. Денежный кризис в СНГ еще не закончился, средств у клиентов не особо много. Рф эти работы не необходимы, потому что у нее имеются свои системы вооружений. В целом же нами подписаны и реализуются договоры с заказчиками более чем из 10 государств. И мы планируем практически в два раза прирастить это число за счет тех государств, с которыми в текущее время ведутся переговоры.
 
По другим темам партнеров также много, даже из Евросоюза. С начала этого года мы получили от неких европейских компаний из стран—членов НАТО дилерские права на реализации ряда девайсов в СНГ. В то же время в рамках кооперации УП «Тетраэдр» обладает дилерскими правами на поставки в далекое зарубежье и продукции ряда русских компаний. Это направление может стать одним из новых источников дохода для компании.
 
В качестве примера длительного сотрудничества со странами далекого зарубежья упомяну последующий — из государств Евросоюза мы получаем мультислойные печатные платы.
 
— Производит ли «Тетраэдр» работы в интересах Министерства обороны Беларуси?
 
— Если глядеть в целом, то при работе с нашим военным ведомством мы лицезреем свою задачку не в том, чтоб обдирать его как липку, а в том, чтоб за счет собственных средств и по ТТЗ Министерства обороны без помощи других создать новый эталон вооружения и поставить его в национальные вооруженные силы.
 
За собственный счет мы выполнили три опытно-конструкторские работы (ОКР). Поставили на вооружение белорусской армии два эталона вооружения. Прецедентов, когда в Беларуси компания за собственный счет ведет ОКР без перспектив предстоящей реализации, я больше не знаю.
 
В текущее время на стадии окончания находятся еще две ОКР. Одна разработка находится на стадии войсковых испытаний, к которым приступили в феврале этого года. По второму эталону вооружения мы планируем приступить к войсковым испытаниям в будущем году.
 
Не считая того, в этом году мы должны сдать заказчику очередной эталон вооружения, в текущее время идет его приемка. Цена этих ОКР составляет не тыщи, а миллионы баксов. Благодаря этому наше правительство сберегает экономные средства и получает на вооружение тот эталон вооружения, который прописан в ТТЗ.
 
Для «Тетраэдра» такие работы означают, что в белорусские вооруженные силы поставляется новый эталон вооружения. Если у армии есть средства, то она его покупает, но если нет, то для компании плюс состоит в том, что она является собственником документации на данный вид продукции, и мы можем ею распоряжаться на наружном рынке потому что считаем необходимым. За одну либо две экспортные поставки мы компенсируем все издержки на ОКР, так как стоимость поставки для белорусской армии существенно меньше экспортной.
 
Не считая поставок новых образцов вооружения, по требованию управления вооруженных сил и также за собственный счет мы выполнили полный ремонт эталона вооружения.
 
— Ведутся ли работы по заказам Министерства обороны Рф? Каково положение «Тетраэдра» на русском оборонном рынке?
 
— К огорчению, заказов со стороны русского Министерства обороны у нас нет. Мы не допущены на этот рынок. Но решение этой задачки лежит в области межправительственных отношений, даже быстрее в политической сфере. От нас тут не достаточно что зависит.
 
По сей день белорусские предприятия не допускались к роли в тендерах Министерства обороны Рф. Если управлению 2-ух государств получится принципно решить данный вопрос, то УП «Тетраэдр» будет учавствовать в тендерах, производить поставку того оборудования, которое мы производим. Не считая того, в Рф никто не желает нас рассматривать как настоящего напарника.
 
Ведь мы выпускаем не только лишь конечные эталоны вооружений, да и широкую номенклатуру сопутствующего оборудования, девайсов. Например, мы достигнули хороших результатов в области обработки радиолокационной инфы, видеоизображения, автоматов сопровождения целей в видео- и тепловизионном канале. Тут мы смогли обогнать ряд европейских компаний, при этом эти результаты доказаны практическими стрельбами. Также имеются хорошие выработки по системам электроснабжения. Все эти выработки составными частями могли бы войти в русские системы вооружений.
 
Мы единственные, кто отказался от использования газотурбинных агрегатов питания, притом что в Рф всюду употребляются газотурбинные установки. Наш агрегат превосходит аналоги практически в 10 раз по эксплуатационному ресурсу, в 3–4 раза по потреблению горючего. Есть достоинства и по другим характеристикам, включая сниженную инфракрасную заметность.
 
Наши системы электропитания могут быть полезны не только лишь в зенитно-ракетных системах, да и для инженерных войск, также МЧС Рф.
 
Приблизительно семь-восемь годов назад мы предлагали русской стороне наши выработки, а именно, в области обработки радиолокационных сигналов. Встречались с управлением компаний «Факел», «Алмаз», «Антей». Но мне было сказано, что в моих услугах не нуждаются.
 
У меня нет никаких обид, и если на данный момент поступят предложения о сотрудничестве, например, в качестве субподрядчика, то я с наслаждением их приму.
 
Но директора русских компаний заинтересованы в поддержке собственных компаний, что естественно и верно. Потому все тендеры и заказы будут распределены меж русскими предприятиями, и в этом вопросе я каких-то иллюзий не питаю и реальных экономических выгод не вижу.
 
Более того, в свое время по согласованию с ФГУП «Рособоронэкспорт» направили предложения по улучшению отдельных боевых характеристик некие русских систем ПВО, так как мы имеем нужную квалификацию и компетентно осознаем их недочеты. Мы реально могли бы сделать лучше качество русских систем, но русские производители отказались от наших услуг.
 
В то же время в рамках межправительственных соглашений мы закупаем у русских компаний некие комплектующие, узлы и детали, которые сами не производим. На неизменной базе в нашей кооперации участвует четыре русских предприятия.
 
Мы все наше оборудование ставим на шасси «КамАЗ», которых мы заполучили уже несколько 10-ов, и в рамках новых договоров мы планируем приобрести еще несколько сотен схожих шасси.
 
— «Тетраэдр» выступает соперником (сначала по модернизации ЗРС С-125) таких компаний, как «Оборонительные системы» и «Алмаз-Антей». Каковы дела с этими компаниями?
 
— Никаких деловых отношений с этими почетаемыми компаниями нет, кроме многократных приглашений со стороны предприятия «Тетраэдр» Концерна ПВО «Алмаз-Антей» на проводимые показательные стрельбы ЗРК Т38 «Стилет».
 
Я уважаю проделанную «Оборонительными системами» работу. Ранее лично учавствовал в тендерных переговорах и, соответственно, содействовал подписанию договора в Египте. Но в других странах мы, естественно, соперники.
 
Вероятные дела в конечном счете сводятся к тому, что они готовы нас приобрести.
 
«Алмаз» мне предлагал отрешиться от модернизации ЗРС «Печора», а взамен выпускать по переданной безвозмездно технической документации типовые узлы для ЗРС С-300. Но, по расчетам, объемы прибыли от этой работы оказались бы неоднократно меньше реально достигнутого «Тетраэдром» объема продаж.
 
Реальное сотрудничество могло бы начаться с допуска белорусских компаний к роли в русских тендерах. Это могло бы стать первым шагом, а потом рынок и конкурентность расставили бы все по своим местам.
 
— Пару лет вспять «Тетраэдр» заявлял о планах выхода на рынок модернизации ЗРС С-200. О каких рынках шла речь и каковой статус этой программки в текущее время?
 
— Планов по модернизации этой системы нет, потому что С-200 осталась исключительно в Иране, Сирии, КНДР, Азербайджане, Туркменистане, Казахстане.
 
С-200 довольно непростая система, и хотя у нас есть спецы, и мы могли бы выполнить ее модернизацию, по сути она на данный момент никому не нужна. Невзирая на то, что в прошедшем С-200 была хороший системой, это стационарный комплекс, и в сегодняшних критериях С-200 будет трудно уйти из-под удара.
 
— Как компания решает кадровый вопрос? Соответствует ли реальности информация о том, что «Тетраэдр» завлекает кадры с компаний ОПК Украины и Рф?
 
— Таковой практики у нас нет. Я допускаю, что у «Тетраэдра» может быть открыто консульство в данных странах. Я не исключаю способности открытия консульства и в Москве при наличии удачных длительных проектов с русскими предприятиями.
 
Кадров, которые имеются в Республике Беларусь, полностью довольно, и завлекать персонал на неизменной базе из других государств не имеет смысла. В случае необходимости мы заказываем разовые работы белорусским вузам и НИИ, также получаем платную аналитику у специализированных компаний.
 
— Какова ситуация с модернизацией комплексов в Иордании?
 
— У нас договоров с Иорданией нет, и мы на этом рынке не присутствуем. Мы не проявляем огромную активность на этом рынке, потому что трезво оцениваем наши способности, воздействие янки в этом регионе и общие геополитические конфигурации. И я очень пессимистично настроен в отношении коммерческих перспектив в регионе Близкого Востока.
 
После заключения США последних договоров со странами региона на продажу систем ПРО-ПВО наши шансы из нулевых стали отрицательными. И никто не допустит возникновения нового игрока на этом рынке.
 
— Каким вы видите будущее «Тетраэдра» к 2015 году?
 
— Мы должны выйти на рынки ряда новых регионов. При всем этом даже имеющихся на сей день договоров довольно для загрузки предприятия на 10 лет вперед. Но нам увлекательны и новые направления. Будем далее развивать свою высокоточную металлообработку. Готовы в качестве субподрядчика работать с русскими оборонными компаниями — концерном «Алмаз-Антей», ФГУП «КБМ», ИЭМЗ и тульским «Конструкторским бюро приборостроения».
 
У нас имеются хорошие выработки в штатском секторе: это система водоочистки, водоподготовки, мед оборудование. Предполагаем начать разработки в области улучшения экологии почв, развивать отдельные направления по теме сельского хозяйства. В целом мы планируем штатскую тему выделить в отдельное направление.
 
Не исключается создание холдинга под брендом «Тетраэдра». Можем войти в кооперацию с ведущими глобальными компаниями по ряду направлений науки и техники, где у нас есть ряд наработок, занимающих передовые позиции в мире.
 
В текущее время мы не планируем выходить на IPO. Но будем пристально следить за состоянием мировой экономики, и, может быть, в дальнейшем мы к этому вопросу еще вернемся.

Интервью взял Андрей Фролов

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,121 сек. | 12.89 МБ