И вновь о «ядерном ноле»

И вновь о «ядерном ноле»

Российско-американский диалог по СНВ в какой-то момент будет продолжен, он отвечает длительным интересам обеих сторон
Сергей Ознобищев

Публикуем мировоззрение по поводу статьи Василия Буренка и Льва Лысенко «Легенды ядерного разоружения». До того как вдаваться в детали, стоит напомнить о тех конфигурациях, которые произошли в внешнем мире и в нас самих. Полагаю, что большая часть профессионалов помнят, как Русский Альянс всегда считал себя «оплотом мира». Уверен, что создатели статьи в «ВПК» отлично знают и то, что послевоенная структура мира крутилась вокруг оси не только лишь ядерного, да и идейного противоборства СССР и США. И идеологи КПСС были убеждены в том, что будущая война, которую развяжут империалисты, погребет под собой капитализм как систему.

Но – вот феномен – «Москва русская» повсевременно со всех вероятных трибун призывала к ядерному разоружению и полной ликвидации ядерного орудия. И фактически повсевременно велись двухсторонние и многосторонние переговоры о сокращении и ликвидации вооружений.

При этом происходило это даже тогда, когда США ввязывались в «империалистические войны». Так, исторические соглашения – СНВ-1 (Контракт о сокращении стратегических наступательных вооружений) и Контракт по ПРО (Контракт об ограничении систем противоракетной обороны) 1972 года были подписаны в Москве в разгар вьетнамской войны, развязанной Вашингтоном.

Ядерную войну никто устраивать не собирается

Для чего русское управление шло на сокращение вооружений? Оно понимало, что кандидатурой этому процессу является эскалация гонки вооружений, которую русская неэффективная экономика да еще в критериях глобального противоборства, вправду ведущегося во всех регионах мира, просто не выдержит. На сто процентов привести гонку вооружений «в норму» не удалось, а сохраняющееся противоборство продолжало пожирать большие средства, что в итоге предназначило подрыв экономики страны и разрушение Русского Союза.

“ Русское управление не страшилось соглашений по контролю над вооружениями и глубочайших сокращений ядерного орудия ”
Почему же СССР не страшился идти на сокращение СНВ? Русское управление не страшилось соглашений по контролю над вооружениями и глубочайших сокращений ядерного орудия, так как обоснованно полагалось на экспертов, эти соглашения разрабатывающих, а означает, была уверенность, что заключаемые договоренности сопровождаются системой кропотливой проверки и процесс сокращения подлежит скрупулезному контролю на всех его шагах. Если же появлялось беспокойство по поводу новых систем, то успешное выполнение уже заключенных соглашений, неизменная преемственность процесса сокращений поддерживали достаточный уровень взаимодействия и доверия, создавая нужную базу для обсуждения новых заморочек и новых соглашений.

Что все-таки поменялось на данный момент? Ядерную войну никто устраивать не собирается, а разрушение Рф, о котором как об «настоящем плане» Запада кликушествуют многие российские так именуемые политологи, – очень накладный и бесцельный проект, имеющийся исключительно в их же воспаленном сознании. А вот поскользнуться в очередной раз на гонке вооружений (при этом высококачественной и архидорогой, а не количественной) и скатиться в глубочайший экономический кризис, поставив под опасность внутреннюю стабильность в Рф, мы полностью можем. Если, естественно, сойдем с пути последующих сокращений и поддадимся на уловку собственного гипертрофированного недоверия… Но доверие укрепляется переговорами и выполнением соглашений, а не отказом от их. Но, видно, мы так испугали сами себя нами же подогреваемым антиамериканизмом и антизападничеством, что отказываемся принимать даже такие обыкновенные правды, работавшие в протяжении десятилетий.

В статье «Легенды ядерного разоружения» создатели критикуют призывы к ядерному разоружению, справедливо полагая, что эта мысль не может быть реализована в обозримой перспективе. Но утверждение, что «ядерный ноль» не может быть реализован в сложившейся и предсказуемой военно-политической обстановке, издавна уже стало общим местом и не нуждается в подтверждениях таких обученных профессионалов, как создатели данной статьи.

Правда, общие лозунги и призывы к полному ядерному разоружению были и могут остаться в арсеналах пиар-акций фаворитов демократических стран, включая Россию. И появились они за длительное время до образования интернациональной группы Global Zero, которую критикуют в статье «Легенды ядерного разоружения». Эта организация с самого начала собственного образования объявила в качестве главной цели ликвидацию всего ядерного орудия в мире к 2030 году. Но я не знаю ни одной приблизительно из 10-ка других организаций, связанных с укреплением режима ядерного нераспространения и предстоящим сокращением ядерных арсеналов, которая поддержала бы позиции Global Zero. Ну и в самой этой организации уже издавна не слышно призывов устранить все ядерное орудие к 2030 году. Сейчас там речь идет только о сокращении его припасов.

И в этом заключается принципная разница меж ликвидацией ядерного орудия и его сокращением до обоснованных пределов, которой не захотели увидеть создатели статьи, повсевременно соединяя эти понятия. Вот, к примеру, они категорически говорят: «Любые предложения и инициативы, касающиеся необходимости и необходимости снижения потенциала ядерного противоборства США и Рф в современных критериях, являются неприемлемыми». Невзирая на введение для чего-то нового понятия (потенциал ядерного противоборства США и Рф), можно додуматься, что идет речь о сокращении ядерного орудия. Но в качестве подтверждения создатели ссылаются на некую статью, в какой, как они говорят, «внушительно доказывается, что полная ликвидация ядерного орудия в большей степени соответствует стратегическим интересам США». Так все-же, господа, о чем вы гласите – о ликвидации либо о сокращении?

Если дискуссировать пределы сокращения стратегических наступательных вооружений (СНВ), то доказательств неприемлемости предложения Барака Обамы уменьшить их в Рф и США на третья часть по сопоставлению с столичным Контрактом СНВ (до 1000–1100 боезарядов) такие квалифицированные создатели не приводят. А ведь здесь-то, казалось бы, им и карты в руки исходя из убеждений как потенциала сдерживания, так и цены. Полностью может быть, что при 1000 боезарядов в СНВ сторон исчезает смысл нанесения разоружающего удара, а потенциал ответных действий только увеличивается. Тем паче увлекательна неувязка издержек.

Диалог с США сбережет традиционные средства

Создатели статьи в «ВПК» должны держать в голове, что по результатам обмена данными на 1 октября 2013 года число развернутых носителей Рф составило 473 единицы, что на 19 единиц меньше, чем было в марте этого года. Количество боезарядов на развернутых носителях уменьшилось на 80 и составило 1400 штук. В США число развернутых носителей возросло с 792 до 809, а количество боеголовок на развернутых носителях возросло на 34 единицы – до 1688. Притом что по новенькому договору число развернутых носителей в обеих странах к 2018 году не должно превосходить 700 единиц, а количество боеголовок на развернутых носителях – менее 1550 штук. Другими словами мы с огромным опережением и припасом исполняем условия этого контракта. И уж тем паче можно было уяснить откровения бывшего министра обороны Рф, сказавшего, что уровень нового контракта, двигаясь снизу, мы достигнем по боезарядам к 2018 году, а по носителям – к 2028-му.

Так, может быть, целенаправлено сберечь большие традиционные средства и не оставлять идею диалога с США относительно характеристик следующих сокращений? Естественно, действия вокруг Крыма осложнят эту задачку, но в любом случае будущие времена не сулят легкой жизни.

Дело в том, что последующее управление Белоснежного дома (в особенности на волне «посткрымского синдрома») будет вне зависимости от партийной принадлежности придерживаться более жесткой полосы в отношении Рф и переговоров с ней.

Республиканцы, к примеру, издавна уже критикуют администрацию США за договоры по СНВ с нами. Они говорят, что эти договоры прибыльны только Рф, так как вынуждают США сокращать орудие, которое в Рф сокращается естественным методом без всяких договоров. И во всяком случае по отношению к последним двум десятилетиям это вправду так. Мы и Контракт СНВ-1 выполнили на пару лет ранее из-за старения ракетного вооружения. Потому ошибаются создатели статьи в том, что США не могут нарушить баланс СЯС из-за договорных ограничений. Если б они захотели нарушить баланс, то полностью могли бы сейчас остаться на уровне Контракта СНВ-1 (6000 боезарядов), а мы бы без всяких договоров пришли к сегодняшним 1400 боезарядам.

Может появиться естественный вопрос: для чего же тогда США, зная нашу ситуацию, предлагают нам последующий контракт? По-видимому, сначала для того, чтоб договорная система контроля позволяла обеспечить прозрачность состояния СНВ сторон и избежать непрогнозируемых шагов в этой сфере.

Существенное место в упомянутой статье занимают рассуждения о неприемлемом вреде в качестве вероятного аспекта для определения требуемого уровня СНВ, но в конце концов создатели приходят к довольно очевидному и известному утверждению: этот аспект полностью непригоден для поставленной цели из-за его субъективности. Тут можно только поддержать их вывод о том, что не следует гиперболизировать ПРО США «…как прямую военную опасность, как и способности вновь развертываемых систем ПРО США в части завышенных оценок вероятности перехвата средств ответного ядерного удара. Тем паче не стоит панически реагировать на любые, нередко сказочные сведения о «сверхвыдающихся» способностях тех либо других разработок, не вышедших еще на стадию удачных летно-конструкторских испытаний». Другими словами в случае гипотетичного обмена ядерными ударами ПРО не защитит местность страны от сотен ядерных боезарядов.

Америкосы уже издавна считают неприемлемым себе даже один ядерный взрыв в крупном городе. Неплохо бы, чтоб и у нас так же принимали неприемлемый вред.

Много места в комментируемой статье занимает отношение создателей к концепции ядерного сдерживания. Они отмечают: «Нередко можно слышать, что ядерное сдерживание в критериях глобализации и возрастающей взаимозависимости мира становится анахронизмом. Данная позиция отыскала отражение в статье Генри Киссинджера, Сэма Нанна и других создателей, размещенной в США сначала 2008 года и нашедшей осознание и поддержку приверженцев ядерного разоружения в Рф». Полностью можно было бы отметить, что в числе этих приверженцев есть и такие известные в стране и мире люди, как Евгений Примаков, Игорь Иванов, Евгений Велихов и Миша Моисеев – создатели статьи «От ядерного сдерживания к общей безопасности», размещенной в октябре 2010 года.

В этой известной статье, а именно, подчеркивается: «Мир без ядерного орудия – это никак не сегодняшний мир минус ядерное орудие. Нужна интернациональная система, построенная почти во всем на других принципах и институтах. Мир, свободный от ядерного орудия, не должен стать миром, свободным для войн с применением других видов ОМУ, обыденных вооруженных сил, новейших неядерных вооружений и систем на новых физических принципах». И дальше: «Для того чтоб ядерное сдерживание не препятствовало взаимодействию главных игроков на мировой арене, необходимо методом договоров понижать уровни вооружений на базе принципа малой достаточности, крепить стратегическую стабильность в контексте обеспечения равной и неразделимой безопасности для всех, исключить возможность первого ядерного удара либо запуска ракет из-за технической неисправности и неверной оценки целей другой стороны либо недостатка времени на принятие решения политического управления. Новый Контракт по СНВ отвечает этим целям, но почти все в этой сфере еще предстоит сделать».

Антиамериканизм – насущный хлеб профессионалов

Таким макаром, авторитетнейшие спецы нашей страны уже издавна растолковали, что такое мир без ядерного орудия, и обосновывать опять ту же теорему не имеет смысла. Равно как не представляется осмысленным и неизменное смешение понятий «сокращение ядерного орудия» и «обнуление ядерного потенциала Рф», не имеющих меж собой ничего общего. Есть также суровые различия и меж ядерным сдерживанием вообщем и обоюдным ядерным сдерживанием Рф и США.

Антиамериканизм в нашей стране сейчас так нужен, что перевоплотился в хлеб насущный для большинства профессионалов, политологов и политиков. Это накладывает, к огорчению, неизгладимый отпечаток на качество анализа американских предложений в сфере обеспечения безопасности, на уровень доверия меж Москвой и Вашингтоном.

Создатели статьи «Легенды ядерного разоружения» окрестили предложения США уменьшить на третья часть арсеналы СНВ и сберечь на издержек «словесной шелухой разоруженческих инициатив США» и остерегают управление страны от какой-нибудь положительной реакции на их. Строго указывается и экспертному обществу: «Неким профессионалам эта шелуха кажется манной небесной. Пример тому – статья Владимира Дворкина «Трансформация стратегической стабильности» в № 8 журнальчика «Глобальная экономика и международные дела» за 2013 год. Искусно оперируя фактами, понятиями и познаниями, этот вправду высококвалифицированный спец старательно отрисовывают крылышки южноамериканскому ангелочку, очевидно страдающему от недопонимания русским медведем его благих целей. Призывая к обоюдному обмену какими-то технологиями, Дворкин заявляет, что со обоюдным ядерным сдерживанием 2-ух самых массивных ядерных стран нужно расстаться».

Жалко, что настолько высококвалифицированные создатели, к огорчению, примкнули к хору голосов тех, кто рассуждает об американской опасности вообщем и предпочитает не вникать в детали. Как раз генерал-майор в отставке Дворкин, возглавлявший в прошедшем большой профильный военный институт, знает, какими технологиями можно обмениваться. Конкретно он был создателем принятого президентами 2-ух государств предложения образовать в Москве вместе с США Центр обмена информацией о запусках ракет. И если б в предстоящем хватило политической воли для окончания уже начатого сотворения такового центра, то обмен информационными технологиями и техникой издавна бы состоялся. Да и сейчас это можно воплотить.

Создатели также написали: «В упомянутой статье Дворкин пробует и никак не может разъяснить смысл нацеливания на Москву 80 боезарядов американских СЯС (по его оценкам, хватило бы и семи-восьми). Это как раз находится за порогом здравого смысла, но очень отлично разъясняет психологию южноамериканского ангелочка, его беспрецедентную любовь к обмену технологиями. Один из «партнеров» СССР в 1941 году собирался на месте Москвы устроить озеро – то же самое способны сделать и эти 80 боезарядов».

Тут уж необходимо очень попытаться, чтоб «не увидеть» того, как Дворкин глумится в собственной статье «Трансформация стратегической стабильности» над уровнем проф подготовки четырехзвездного генерала Картрайта, в докладе которого эти 80 боезарядов для Москвы и фигурировали. А представления Дворкина о ядерном сдерживании можно отыскать хотя бы в критериях внедрения Россией ядерного орудия в 2-ух последних Военных доктринах Русской Федерации, так как он был создателем этих критерий.

В заключение можно сказать создателям статьи «Легенды ядерного разоружения», утверждающим: «Только создание и развертывание новых российских МБР, а не обнуление ядерного потенциала Рф послужит делу сохранения стратегической стабильности», что калоритные выступления против «обнуления ядерного потенциала Рф», о котором никто и не помышляет, похожи на бои с тенью, при этом с своей, повсевременно пугающейся всего, что делается и говорится за океаном.

Естественно, действия вокруг Крыма замедлят диалог с США по ряду направлений обеспечения безопасности, сокращения и ограничения вооружений. Но даже в этих критериях президент Рф в телефонном разговоре с президентом США «акцентировал главную значимость российско-американских отношений для обеспечения стабильности и безопасности в мире». Полностью уверен, что двухсторонний диалог по СНВ в какой-то момент будет продолжен по одной только причине – он отвечает длительным интересам обеих сторон.

Сергей Ознобищев,
директор Института стратегических оценок

 

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 46 | 0,111 сек. | 12.56 МБ