Детство, растоптанное войной

Детство, растоптанное войной

По известной статистике Величавая Российская война унесла около 27 млн. жизней людей Русского Союза. Из их около 10 млн. – бойцы, другие – старики, дамы, малыши. Но статистика молчит о том, сколько малышей погибло в годы Величавой Российскей войны. Таких данных просто нет. Война покалечила тыщи детских судеб, отняла светлое и удовлетворенное детство. Малыши войны, как могли, приближали Победу в меру собственных, хоть и малеханьких, хоть и слабеньких, сил. Они хлебнули горя полной чашей, может быть, очень большой для малеханького человека, ведь начало войны совпало для их с началом жизни… Сколько их было угнано на чужбину… Сколько убито нерождёнными…

Сотки тыщ мальчиков и девчонок в годы Величавой Российскей шли в военкоматы, добавляли для себя год-два и уходили защищать Родину, многие гибли за нее. Малыши войны часто натерпелись от нее не меньше, чем бойцы на фронте. Попранное войной детство, мучения, голод, погибель рано сделали ребятишек взрослыми, воспитав в их недетскую силу духа, смелость, способность к самопожертвованию, к подвигу во имя Родины, во имя Победы. Детки вели войны вровень со взрослыми и в действующей армии, и в партизанских отрядах. И это были не единичные случаи. Таких ребят, по данным русских источников, во время Величавой Российскей войны были 10-ки тыщи.

Вот имена неких из их: Володя Казьмин, Юра Жданко, Леня Голиков, Марат Казей, Лара Михеенко, Валя Котик, Таня Морозова, Витя Коробков, Зина Портнова. Многие из их так вели войны, что заслужили боевые ордена и медали, а четыре: Марат Казей, Валя Котик, Зина Портнова, Леня Голиков, стали Героями Русского Союза. С первых дней оккупации мальчишки и девчонки начали действовать на собственный ужас и риск, который вправду был смертельным.

Ребята собирали оставшиеся от боёв винтовки, патроны, пулемёты, гранаты, а потом передавали всё это партизанам, естественно, они серьёзно рисковали. Многие школьники, снова же на собственный ужас и риск, вели разведку, были связными в партизанских отрядах. Выручали раненных красноармейцев, помогали устраивать подпольщикам побеги наших военнопленных из германских концлагерей. Поджигали германские склады с продовольствием, техникой, обмундированием, фуражом, взрывали жд вагоны и паровозы. На "детском фронте" вели войны как мальчишки, так и девченки. В особенности массовым он был в Белоруссии.

В частях и подразделениях на фронте вкупе с бойцами и командирами часто вели войны дети 13-15 лет. В главном это были детки, лишившиеся собственных родителей, почти всегда убитых либо угнанных германцами в Германию. Детки, оставшиеся в разрушенных городках и сёлах становились беспризорными, обречёнными на голодную погибель. Жутко и тяжело было остаться на оккупированной противником местности. Деток могли выслать в концлагерь, вывезти на работы в Германию, превратив в рабов, сделать донорами для германских боец и т.д.

Не считая этого, немцы в тылу совершенно не смущались, и со всей беспощадностью расправлялись с детками. "…Нередко из-за развлечений группа германцев на отдыхе устраивала для себя разрядку: кидали кусочек хлеба, детки бежали к нему, а вослед им автоматные очереди. Сколько деток погибло из-за таких забав германцев по всей стране! Опухшие от голода детки могли что-то взять, не смысля, съестное у немца, и здесь же очередь из автомата. И наелся ребенок навек!" (Солохина Н.Я., Калужская область, г. Людиново, из статьи «Мы родом не из детства», «Мир новостей», №27, 2010, с. 26).
Потому, проходящие по этим местам части Красноватой Армии чутко относились к таким ребятам и нередко забирали их с собой. Сыны полков – детки военных лет вели войны против германских оккупантов вровень со взрослыми. Маршал Баграмян вспоминал, что смелость, отвага подростков, их изобретательность в выполнении заданий поражали даже старенькых и опытнейших боец.

"Федя Самодуров. Феде 14 лет, он воспитанник мотострелковой части, которой командует гвардии капитан А. Чернавин. Подобран был Федя на собственной родине, в разрушенном селе Воронежской области. Совместно с частью участвовал в боях за Тернополь, с пулемётным расчётом вышибал германцев из городка. Когда практически весь расчёт умер, ребенок совместно с уцелевшим бойцом взя
лся за пулемёт, длительно и упрямо отстреливаясь, задержал неприятеля. Федя был награждён медалью «За отвагу».
Ваня Козлов. Ване 13 лет, он остался без родных и уже 2-ой год находится в мотострелковой части. На фронте он доставляет еду, газеты и письма бойцам в самых сложных критериях.
Петя Зуб. Более тяжелую специальность выбрал для себя Петя Зуб. Он издавна решил стать лазутчиком. Предки его убиты, и он знает, как можно рассчитаться с окаянным германцем. Вкупе с опытнейшеми лазутчиками добирается до неприятеля, докладывает по радио его местопребывание, и артиллерия по их указке даёт огнь, сокрушая фашистов". («Аргументы и факты», №25, 2010, с. 42).

Детство, растоптанное войной

Воспитанник 63-й гвардейской танковой бригады Анатолий Якушин за спасение жизни командира бригады получил орден Красноватой Звезды. Примеров геройского поведения малышей и подростков на фронте существует довольно много…

Таких ребят во время войны погибло и пропало без вести сильно много. В повести Владимира Богомолова «Иван» можно прочесть о судьбе молодого лазутчика. Родом Ваня был из Гомеля. В войну погибли его отец и сестрёнка. Мальчугану пришлось пережить почти все: он был и в партизанах, и в Тростянце – в лагере погибели. Массовые расстрелы, ожесточенное воззвание с популяцией вызывали и у деток большущее желание мстить. Попадая в гестапо, дети проявляли изумительные мужество и стойкость. Ах так обрисовывает создатель смерть героя повести: "…21 декабря этого года в расположении 23-го армейского корпуса, в запрещенной зоне близ стальной дороги, чином вспомогательной милиции Ефимом Титковым был увиден и после двухчасового наблюдения задержан российский, школьник 10 – 12 лет, лежавший в снегу и наблюдавший за движением эшелонов на участке Калинковичи – Клинск… На допросах держался вызывающе: не скрывал собственного агрессивного дела к германской армии и Германской империи. В согласовании с директивой Верховного командования вооруженными силами от 11 ноября 1942 года расстрелян 25.12.43 г. в 6.55".

Девченки тоже интенсивно участвовали в подпольной и партизанской борьбе на оккупированной местности. Пятнадцатилетняя Зина Портнова приехала из Ленинграда к родственникам в 1941 г. на летние каникулы в деревню Зуй Витебской области. Во время войны стала активным участником Обольской антифашистской подпольную молодёжной организации «Юные мстители». Работая в столовой курсов переподготовки германских офицеров, по указанию подполья отравила еду. Участвовала в других диверсиях, распространяла листовки посреди населения, по заданию партизанского отряда вела разведку. В декабре 1943 г., ворачиваясь с задания, она была арестована в деревне Мостище и опознана предателем. На одном из допросов, схватив со стола пистолет следователя, застрелила его и ещё 2-ух гитлеровцев, пробовала бежать, но была схвачена, зверски замучена и 13 января 1944 г. расстреляна в кутузке г. Полоцка.

Детство, растоптанное войной

А шестнадцатилетняя школьница Оля Демеш со собственной младшей сестрой Лидой на станции Орша в Белоруссии по заданию командира партизанской бригады С. Жулина взрывали при помощи магнитных мин цистерны с горючим. Естественно, девчонки завлекали к для себя куда меньше внимания германской охраны и полицаев, чем мальчики-подростки либо взрослые мужчины. Но ведь девченкам впору в куколки было играть, а они сражались с бойцами вермахта!

Тринадцатилетняя Лида нередко брала корзину либо сумку и уходила на жд пути собирать уголь, добывая разведданные о германских военных эшелонах. Если ее останавливали часовые, она разъясняла, что собирает уголь, чтоб отапливать комнату, в какой живут немцы. Маму Оли и младшую сестрёнку Лиду фашисты схватили и расстреляли, а Оля продолжала бесстрашно делать задания партизан. За голову юной партизанки Оли Демеш фашисты обещали щедрую заслугу – землю, корову и 10 тыщ марок. Копии ее фото были розданы и разосланы всем патрульным службам, полицаям, старостам и потаенным агентам. Захватить и доставить ее заживо – такой был приказ! Но изловить девченку не удалось. Ольга убила 20 германских боец и о
фицеров, пустила под откос 7 неприятельских эшелонов, вела разведку, участвовала в «рельсовой войне», в ликвидировании германских карательных подразделений.

С первых дней войны у деток было большущее желание хоть чем-нибудь посодействовать фронту. В тылу малыши изо всех сил помогали взрослым во всех делах: участвовали в противовоздушной обороне – дежурили на крышах домов во время неприятельских налетов, строили оборонительные укрепления, собирали темный и цветной металлолом, фармацевтические растения, участвовали в сборе вещей для Красноватой Армии, работали на воскресниках.

Днями трудились ребята на заводах, фабриках и производствах, встав за станки заместо ушедших на фронт братьев и отцов. Малыши трудились и на оборонных предприятиях: делали взрыватели к минам, запалы к ручным гранатам, дымовые шашки, цветные сигнальные ракеты, собирали противогазы. Работали в сельском хозяйстве, выращивали овощи для госпиталей. В школьных пошивочных мастерских пионеры шили для армии белье, гимнастерки. Девченки вязали теплые вещи для фронта: варежки, носки, шарфы, шили кисеты для табака. Ребята помогали раненым в лазаретах, писали под их диктовку письма родным, ставили для покалеченых спектакли, устраивали концерты, вызывая ухмылку у измученных войной взрослых парней. Об одном таком концерте есть трогательное стихотворение у Е. Евтушенко:

"В палате выключили радио…
И кто-то гладил мне вихор.
В Зиминским лазарете раненым
Давал концерт наш детский хор…"

А тем временем голод, холод, заболевания в два счета расправлялись с хрупкими малеханькими жизнями.
Ряд беспристрастных обстоятельств: уход учителей в армию, эвакуация населения из западных районов в восточные, включение учащихся в трудовую деятельность в связи с уходом на войну кормильцев семьи, передача многих школ под лазареты и др., помешали развёртыванию в СССР во время войны всеобщего семилетного неотклонимого обучения, начатого в 30-е годы. В оставшихся учебных заведениях обучение велось в две-три, а время от времени и четыре смены. При всем этом детки обязаны были сами припасать дрова для котельных. Учебников не было, а из-за нехватки бумаги писали на старенькых газетах меж строками. Все же, раскрывались и новые школы, создавались дополнительные классы. Для эвакуированных деток создавались школы-интернаты. Для той молодежи, которая сначала войны оставила школу и была занята в индустрии либо в сельском хозяйстве, в 1943 году были организованы школы рабочей и сельской молодежи.

В летописи Величавой Российскей войны до сего времени остаётся ещё много малоизвестных страничек, к примеру, судьба детских садов. "Оказывается, в декабре 1941-го в осажденной Москве в бомбоубежищах работали детские сады. Когда неприятель был отброшен, они возобновили свою работу резвее, чем многие университеты. К озари 1942 года в Москве раскрылись 258 садиков!

Детство, растоптанное войной

Более пятисот воспитателей и нянь осенью 1941-го рыли окопы на подступах к столице. Сотки работали на лесозаготовках. Воспитательницы, еще вчера водившие с детками хоровод, сражались в столичном ополчении. Под Можайском геройски погибла воспитательница детскою сада Бауманского района Наташа Яновская. Воспитатели, оставшиеся с детками, не совершали подвигов. Они просто выручали детей, у каких отцы вели войны, а мамы стояли у станков. Большая часть детских садов во время войны стали интернатными, детки находились там деньком и ночкой. И чтоб накормить малышей в полуголодное время, охранить их от холода, дать им хоть капельку комфорта, занять их с полезностью для разума и души – для таковой работы нужны были большая любовь к детям, глубочайшая порядочность и бескрайнее терпение". (Д. Шеваров «Мир новостей», №27, 2010, с. 27).

"Играйтесь же, малыши
Растите на воле!
На то для вас и красноватое
Детство дано"
, – писал Некрасов Н.А., но война лишила и детсадовцев «красного детства». Рано повзрослели и эти мелкие дети, стремительно разучившись дурачиться и привередничать. На детские утренники в садики приходили из госпиталей выздоравливающие бойцы. Раненые бойцы длительно рукоплескали небольшим артистам, улыбаясь через слезы… Тепло детского праздничка согревало израненные души фронтовиков, напоминало о доме, помогало
возвратиться с войны невредимыми. Ребята из детских садов и их воспитательницы тоже писали письма бойцам на фронт, посылали картинки, подарки.

У деток поменялись игры, появилась "…новая игра – в лазарет. В поликлинику игрались и ранее, но не так. Сейчас раненые для их – реальные люди. А вот в войну играют пореже, так как никто не желает быть фашистом. Эту роль у их делают деревья. В их стреляют снежками. Научились оказывать помощь пострадавшим – упавшим, ушибленным". Из письма мальчугана фронтовику: "Мы ранее тоже нередко игрались в войну, а сейчас еще пореже – надоела война, быстрее бы она кончилась, чтоб мы снова отлично жили…" (Там же).

В связи с смертью родителей в стране появилось много беспризорных малышей. Русское правительство, невзирая на тяжелое военное время, все таки делало свои обязательства перед детками, оставшимися без родителей. Для борьбы с безнадзорностью была организована и открыта сеть детских приемников и детских домов, скооперировано трудоустройство подростков. Многие семьи русских людей стали брать к для себя на воспитание детей-сирот, где они обрели для себя новых родителей. К огорчению, далековато не все воспитатели и руководители детских учреждений отличались честностью и порядочностью. Вот некие примеры.

Детство, растоптанное войной

"Осенью 1942 г. в Починковском районе Горьковской области были пойманы одетые в лохмотья малыши, воровавшие картофель и зерно с колхозных полей. Выяснилось, что «урожай собирали» воспитанники районного детского дома. И делали они это никак не от неплохой жизни. При проведении предстоящего расследования местные милиционеры раскрыли криминальную группу, а, на самом деле, банду, состоявшую из служащих данного учреждения. Всего по делу были арестованы семь человек, в том числе директор детдома Новосельцев, бухгалтер Сдобнов, кладовщица Мухина и другие лица. При обысках у их были изъяты 14 детских пальто, семь костюмов, 30 метров сукна, 350 метров мануфактуры и другое нелегально присвоенное имущество, с огромным трудом выделенное государством в это грозное военное время.

Следствие установило, что методом недодачи полагающейся нормы хлеба и товаров обозначенные правонарушители исключительно в течение 1942 г. расхитили семь тонн хлеба, полтонны мяса, 380 кг сахара, 180 кг печенья, 106 кг рыбы, 121 кг меда и т.д. Все эти дефицитные продукты работники детдома распродавали на рынке или просто сами проедали. Только один товарищ Новосельцев раз в день получал на себя и членов собственной семьи пятнадцать порций завтраков и обедов. За счет воспитанников хорошо питался и остальной обслуживающий персонал. Деток же кормили «блюдами», приготовленными из гнилья и овощей, ссылаясь при всем этом на нехорошее снабжение. За весь 1942 г. им только один раз выдали по одной конфетке к 25-й годовщине Октябрьской революции… И что самое необычное, директор детдома Новосельцев в том же 1942 г. получил от наркомата просвещения почетную грамоту за хорошую воспитательную работу. Все эти фашисты заслуженно были приговорены к долгим срокам заключения". (Зефиров М.В., Дектярёв Д.М. «Всё для фронта? Как по сути ковалась победа», с. 388-391).

"Подобные случаи злодеяний и невыполнения педагогическими работниками собственных обязательств выявлялись и в других регионах. Так, в ноябре 1942 г. в Саратовский городской комитет обороны было ориентировано особое сообщение о томном материально-бытовом положении воспитанников детских домов… Интернаты отапливаются плохо либо вообщем находятся без горючего, теплой одежкой и обувью малыши не обеспечены, в итоге несоблюдения простых социально-гигиенических правил наблюдаются заразные заболевания. Воспитательная работа запущена… В интернате в селе Нестерове в некие деньки детки совсем не получали хлеба, как будто проживали не в тыловой Саратовской области, а в блокадном Ленинграде. Учеба из-за отсутствия учителей и нехватки помещений была издавна заброшена. В интернатах Ровенского района, в селе Волкове и других, детки также по нескольку дней вообщем не получали хлеба". (Там же с. 391-392).

«Ах, война, что ж ты сделала, подлая…» За длительных четыре года, которые длилась Величавая Российская война, детки, от детей до старших школьников, сполна испытали все её страхи. Война каждый денек, каждую секунду, кажд

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
SQL - 62 | 0,193 сек. | 12.73 МБ