Причины «вьетнамского синдрома»

Военные действия в локальных войнах, происшедших после 1945 г., отлича­лись от сражений Второй мировой войны не только количественными, но и каче­ственными характеристиками. Было полностью опровергнуто мнение о том, что должным образом организованная, обученная, обеспеченная по всем мыслимым нормам армия способна противостоять плохо вооруженным, по-военному не обученным и не организованным иррегулярным формированиям, создаваемым гражданским населением. Эту мысль подтверждают многочисленные примеры вооруженной борьбы регулярных войск в странах Азии, Африки, Латинской Америки, данные статистики, которые свидетельствуют, что 58% вооруженных конфликтов периода 1945 — 1975 гг. принесли успех национально-освободитель­ным движениям, применявшим преимущественно партизанскую тактику.

Действительно, ни английские, ни французские, ни американские, ни совет­ские войска, принимавшие участие в локальных войнах, не смогли до конца ре­шить задачи по разгрому противника. Вместе с тем иррегулярные силы всегда эффективно использовали принципы ведения «народной войны». Наиболее по­казательна в этом отношении война в Южном Вьетнаме с участием США. Вмес­те с тем было бы неправильно рассматривать особенности партизанской войны во Вьетнаме без учета опыта, приобретенного патриотами в войне с французски­ми колонизаторами.

После Второй мировой войны Франция на протяжении почти 20 лет вела ло­кальные войны — в Индокитае и Алжире; ее вооруженные силы воевали на сто­роне американцев в Корее, вели боевые действия в Тунисе, Марокко и Египте. Характерной особенностью этих войн было то, что уже тогда, как правило на первом этапе, они принимали форму противопартизанских действий француз­ской армии, в которых преимуществам в огневой мощи, техники и организации боевых действий регулярных войск партизаны противопоставляли внезапность, хорошее знание местности и тактическую выучку. На втором этапе партизанские формирования становились на один уровень с регулярной армией, не уступая ей ни в уровне подготовки, ни в уровне организации боевых действий.

В 1945 — 1946 гг. французские войска развернули военные действия на юге Вьетнама, а затем повели захватническую войну в масштабе всей страны. Заняв южные районы Вьетнама, Камбоджи и Лаоса, войска французского экспедици­онного корпуса, расположившись отдельными гарнизонами, основные усилия сосредоточили на операциях против формирований вьетнамской армии. Осно­вой тактики частей экспедиционного корпуса были военно-полицейские акции. Кроме того, был установлен контроль над важнейшими коммуникациями, по ко­торым перебрасывались материально-технические средства.

Но положение французов осложнялось постоянно проводимыми ими воору­женными акциями, направленными против мирного населения. Закономерно, что подобное «мирное» присутствие в конечном итоге вылилось в масштабную войну. Уже первые попытки внедрения оккупационного режима в сельской мест­ности встретили решительное сопротивление партизан.

Оставляемые для охраны занятых населенных пунктов, узлов дорог, мостов и других объектов подразделения французов постоянно подвергались ночным атакам, как и сами эти объекты, что значительно ослабляло рейдовые группиров­ки корпуса и вынуждало их поворачивать обратно или проводить карательные операции. При этом именно атакующие определяли место, время, способ и объ­ект нападения, преследуя единственную цель: уничтожение живой силы против­ника, его баз, захват оружия и боеприпасов.

Тщательно охраняемые автомобильные колонны, с помощью которых в ос­новном осуществлялась переброска грузов и личного состава, также подверга­лись внезапным атакам из мастерски организованных засад. Все это приводило к тому, что война велась там, где были французские войска, приобретая, с одной стороны, все более и более очаговый характер, с другой — значительный прост­ранственный размах, что значительно затрудняло действия экспедиционного корпуса. Более того, это исключало применение его соединений, частей и под­разделений, организованных по типовым штатам европейских армий, приспо­собленных для ведения боя в условиях классической войны.

Обладавшие значительной ударной и огневой мощью войска почти никогда не встречали сопротивления и вынуждены были проводить преимущественно по­лицейские и противопартизанские операции.

Основным боевым (и предбоевым) порядком в наступлении в условиях горно­лесистой местности стала колонна. Густая тропическая растительность, повсю­ду залитые водой рисовые поля, размытые муссонными дождями равнины и пре­имущественно горный рельеф не позволяли войскам развертываться и действо­вать вне дорог. К тому же эти колонны не встречали подготовленных и занятых противником оборонительных позиций, на которых можно было бы завязать бои по перемалыванию более слабого противника всей мощью авиации, танков и ар­тиллерии.

Как подметил один из французских генералов, «война в Индокитае являла собой необычный спектакль двух непохожих армий, разбросанных на огромной территории, тесно взаимодействовавших, но не находившихся в контакте на ка­ком-либо фронте и не стремящихся к решающим сражениям… Она напоминала мозаику из мелких, спорадических действий, в сумме составлявших великую дра­му».

Французские войска предпринимали множество наступательных операций в соответствии с так называемой тактикой «масляного пятна» — постепенного распространения зоны военно-административного контроля с побережья в за­падном направлении. Но они, как правило, заканчивались неудачей.

Провалился и заговор молчания, в результате которого французское обще­ственное мнение не имело представления об истинных масштабах и характере боевых действий в Индокитае.

Боевые действия совместно с начавшей создаваться марионеточной армией велись главным образом в форме мелких операций против полурегулярных фор­мирований народной армии. Одновременно все шире применялись акции, на­правленные на умиротворение населения.

Основные усилия сосредотачивались на вытеснении вьетнамских частей с контролируемых партизанами территорий методом создания «паутины» воен­ной инфраструктуры. Для такой тактики полезными оказались военнослужа­щие, навербованные из местных жителей. Этим преследовалась цель перейти к позиционным боям, в которых могли реализовать свое превосходство француз­ские войска. Маневренные возможности группировки обеспечивались созданием мобильных тактических групп резерва в составе нескольких пехотных батальо­нов, артиллерийских, танковых, парашютно-десантных и инженерно-саперных подразделений, действовавших из глубины по вызову на угрожаемых участках, а также использовавшихся в качестве средства усиления и развития успеха в на­ступательных операциях.

Однако этот план успеха не имел. Война во Вьетнаме для французов приоб­рела затяжной оборонительный характер. В конечном итоге экспедиционный корпус вынужден был уйти из Вьетнама, потеряв около 172 тысяч человек.

Вот как оценивает этот период в своей книге воспоминаний «Бои в окруже­нии», вышедшей во Вьетнаме в 1998 году, генерал армии Во Нгуен Зиап (впервые на русский язык перевел By Гуэ).

В порядке справки: Во Нгуен Зиап — политический и военный деятель ДРВ. Один из создателей Вьетнамской партизанской армии в 1944 г. Участник Авгус­товской революции 1945 г. во Вьетнаме, член национального комитета освобож­дения Вьетнама. Был министром внутренних дел ДРВ. С 1946 г. — министр наци­ональной обороны ДРВ, Главнокомандующий Вьетнамской народной армией, член политбюро ЦК (1951) партии трудящихся Вьетнама.

Так вот, Во Нгуен Зиап писал: «После того, как г. Хайфон был захвачен французскими колонизаторами, 23 ноября 1946 г. постоянное бюро ЦК КПВ оценив сложившееся положение, приняло решение о ведении народной войны во всей стране. Военная политика Сопротивления французским колонизаторам в первом периоде войны заключалась в том, что необходимо было проводить боевые действия с целью изматывания, ослабления и расчленения французских сил в каждом городе и, наконец, создания благоприятных условий для подго­товки всей страны к длительной войне против французских колонизаторов. Особенностью этого периода было то, чтобы, владея инициативой на всех фронтах и переводя страну на военный лад, не дать возможности населению впасть в пассивность. При этом следовало избегать непосредственного бое-столкновения с крупными силами наступающего противника. Следовало, опи­раясь на ранее подготовленные позиции, активизировать партизанские дейст­вия, останавливать и задерживать противника, не давать ему возможности раз­вертывать свои силы.

Если и предпринимаются усилия для уничтожения отдельного подразделе­ния, то цель остается та же — привлечение всего населения всей страны к боевым действиям. Нужно предпринимать все усилия, чтобы заставить противника обо­роняться продолжительное время, чтобы он оказался как бы в заточении в горо­дах, не имел возможности развивать силы за городами, выходить на оператив­ный простор. Не вступая в крупные боестолкновения, мы должны уметь своевре­менно отступить, чтобы сохранить свои силы в готовности отразить наступление противника большого масштаба…»

И следует отметить, что призыв населения к всенародной войне был услышан и поддержан. Началось массовое вступление населения в партизанские форми­рования, в которых можно было встретить бойцов всех возрастов от мала до ве­лика. Значительную их часть составляли женщины.

На первой военной конференции от 12 января 1947 г. главнокомандующий отдал распоряжение командующему 4-м военным округом армейским формиро­ваниям придерживаться такой же тактики: всячески препятствовать продвиже­нию и развертыванию сил противника, изматывать и уничтожать его во всех слу­чаях, не вступая в открытое прямое боестолкновение, вовремя отступать из го­родов для сохранения своих сил. Следует подчеркнуть, что Главнокомандование не утвердило предложение командующего 4-м военным округом о создании до­полнительных спецподразделений смертников для уничтожения противника в городах на своей территории округа.

Во Нгуен Зиап отмечает, что в январе 1947 г. на юге страны благодаря избран­ной тактике было совершено немало успешных действий при использовании на­летов и засад против частей и подразделений французского экспедиционного корпуса.

В начале февраля 1947 г. южный коммунистический комитет принял решение об активизации и расширении партизанской войны — «введение боевых дейст­вий на всех фронтах и повсюду». Движение политической борьбы распространя­ется во всех южных городах. В середине февраля того же года принято решение о боевых действиях по разрушению транспортных коммуникаций и уничтоже­нию транспортных средств. Были разрушены некоторые участки дорог, мостов, нападению подверглись тыловые базы противника.

Население возводило препятствия на реках для нарушения судоходства, на дорогах, не давало противнику покоя. Таким образом, французы встретили не­мало трудностей, затрудняющих маневр своих сил и средств.

Шаланг — заместитель командующего французскими силами на юге — в то время писал: «На юге Вьетнама хотя генерал Нйо в своих руках имеет 21 пехот­ный батальон, 9 бронетанковых дивизионов с 25 ООО европейских солдат, 3000 африканских солдат и 10 ООО местных, но все-таки чувствуется, что этого недо­статочно. Его солдаты слишком утомлены, не в силах вести боевые действия».

Анализируя причины поражения Франции во Вьетнаме, один из западных ис­следователей писал: «Французы постоянно пытались дать противнику одно, но генеральное сражение, в котором молено было бы построить эшелонированный боевой порядок. И они получили это генеральное сражение с самого начала вой­ны в масштабе всей страны, всего населения. Они получили его во всех городах, во всех деревнях на всей равнине Вьетнама».

В последние годы, отмечает Во Нгуен Зиап, некоторые командиры, военные исследователи, работники, занимающиеся военной научной работой, вновь воз­вращаются к вопросам о тактике, применявшейся во время войны против фран­цузских колонизаторов в Ханое. Какими являются эти боевые действия: наступа­тельными, оборонительными или же позиционными? Или же просто их следует назвать партизанскими действиями в городах? Возможна ли тактика партизан­ских позиционных действий? Отвечая на эти и другие вопросы, Во Нгуен Зиап отмечает главное — тесное сочетание между позиционными и партизанскими боевыми действиями. «Но это не повторение тактики строительства простейших баррикад на улицах древних времен. Мы строили довольно крепкие сооружения, создавали многообразные препятствия, противотанковые траншеи с целью ли­шения маневра танков, бронетранспортеров противника, снижения потерь при воздействии бомб, снарядов и оружий всех видов противника. В отличие от дру­гих позиционных боевых действий или сражений на баррикадах древних времен, наши вооруженные силы не сосредотачивали основные усилия для задержания противника на закрепленных позициях. Вид наших боевых действий заключался в применении мелких подразделений, даже ультрамелких, оперативность, скрытность, активность и быстрота которых особенно эффективны. Мы реши­тельно отказывались от боя большого масштаба и проводили ряд боев маленько­го масштаба, каждый бой мы заранее тщательно и обдуманно готовили. Штаб Ханойского фронта дал указание: не вступать в бой с противником, если он тща­тельно не подготовлен. Народное ополчение и регулярные войска стали стерж­нем всенародной войны. Местное население превращало городские улицы в не-преодолеваемые, неприступные для противника позиции. Они сами выбирали способы, виды сражения. Одна девушка или один подросток могли уничтожить французского солдата. За короткое время весь народ становился воинами, сра­жающимися с противником на всей территории.

Французское командование имело абсолютное превосходство в сравнении с нами по оружию и вооружению, но оно заблудилось. Довольно длительный пе­риод войны оно не знало, как и где можно применить это оружие и вооруже­ние. Трудность для французов заключалась не в боевых сооружениях, транше­ях в первом военном округе или других городах, а в том, что боевых объектов слишком много, они внезапно появляются и без следов исчезают во всех горо­дах. Это внезапный огонь по флангам или взрывы гранат точно по целям. Дей­ствия этих боевых мелких отрядов и подгрупп постоянно сбивали с толку про­тивника при оценке обстановки. Из-за этих действий французы полагали, что мы оставляем регулярные силы для проведения большого удара, когда появят­ся благоприятные условия.

Один иностранный корреспондент в Ханое в это время уже изобразил эту войну так: «Я свидетельствую, что французы погибали от пули или гранаты в скоротечных боях как в центре Ханоя, так и на его окраинах. В этой удивитель­ной войне каждый мог погибнуть в любом месте, в любое время, которое заранее никто и никак не мог предугадать».

Вот содержание боевого приказа от 6 марта 1947 г.: «Необходимо срочное применение партизанской тактики, следует более решительно действовать в маневренных боях, то есть нужно нацеливать регулярные подразделения, под­няв их боевой дух, на умение быстро совершить маневр, скрытно нанести уси­ленный удар по самому уязвимому месту или по незакрепленному плацдарму противника, своевременно отвести свои силы на другое направление после уда­ра. А именно:

— сосредоточить регулярные войска для нанесения каждого поочередного удара большого масштаба и подразделить войска для построения партизанских отрядов и взаимодействия с народным ополчением;

—  срочно создавать отряды с целью уничтожения танков и бронетанков про­тивника;

—  активизировать построение дамб на реках, разрушение дорог и препятст­вий на всех дорогах».

Боевой приказ особо обратил внимание на решительный переход к партизан­ским маневренным действиям.

«Впервые мы признали, — пишет Во Нгуен Зиап, — что французские войска не только имеют в своих руках современное мощное оружие, хорошее вооруже­ние, но и обладают умением, искусством в их применении. Не случайно францу­зы с давних времен гордятся своими сухопутными войсками.

Тактика боевых действий, применяемая французскими войсками, заключа­лась в механизированных маневрах. Определив цель наступления, они сосредо­тачивали механизированные средства, выбирали направление действий, особен­но на довольно внезапном для нас направлении обороны. Они наступали по раз­ным направлениям. На морском побережье или в районах, где есть река, они все­гда применяли десантные средства. При этом часто использовали пехоту, танки, бронетранспортеры, при поддержке самолетов, орудий для наступления по фронту и позже — бронетанковые катера (корабли) для десанта с тыла или во фланг наших оборонительных позиций, создавая угрозы окружения наших войск для разгрома.

Обладая абсолютным превосходством в соотношении механизированных сил, танков, бронетанковых орудий, они намеренно прорывались там, где наши войска вели позиционную оборону. Такие виды боевых действий, как маневр, ок­ружение, обход, постоянно применялись в наступлении.

Организация обороны французскими войсками достаточно продуманна и хороша. Во всех местах, где они наступали, сразу же строили оборонительные позиции, траншеи, укрытия, огневые точки, создавая препятствия и загражде­ния. Они создавали усиленную плотность огня, запасы боеприпасов, продоволь­ствия, продукции и пресной воды в достаточном количестве для ведения боевых действий. При. этом они еще использовали служебных собак, обезьян для охра­ны, также шпионов среди населения для обнаружения наших сил.

Наша тактика в это время была такова: мы должны были удерживать ини­циативу в своих руках и активно вести наступление на противника. Для прове­дения наступательного боя следовало уяснить обстановку, оценить силы и средства противника, разработать план боевых действий. На этом этапе мы проводили боевые действия не только с целью изматывания противника, но и уничтожения, разгрома отдельных его подразделений и захвата пленных и со­бирания оружия».

В конце 1945 г., после распространения войны на юге, 5 ноября Во Нгуен Зи­ап поместил статью в газете «Спасение Родины», где отмечал: «Партизаны в гор­но-лесистых местах должны использовать природные условия для ведения боя. На равнине, где нет возможности использовать физико-географические условия местности, в боевые действия должно включиться многочисленное население. Если местные жители от мала до велика будут сплочены, в таких случаях парти­заны всегда могут получить помощь и поддержку в своих действиях.

В случаях, когда нет природных препятствий, можно использовать местные материалы для создания искусственных препятствий или заграждений».

Характерно, что, обращаясь к тактике ведения боевых действий, вторая воен­ная конференция пришла к выводу:

«Все наши успехи, наши поражения, а также действия противника являются драгоценным уроком для нас. Мы учимся у противника, также учимся в проведе­нии боевых действий. Учиться по литературе, учиться в школах недостаточно, нужно учиться у самой действительности боевых действий и учиться у противни­ка… Агрессоры не знают, что, когда они развязывают войну, они сами учат пат­риотов, как воевать и как победить их».

Эти положения нашли закрепление и в партийных документах Так, 2-я кон­ференция кадров ЦК, обращаясь к военным задачам, подчеркнула: «Во Вьетнаме мы не в силах сразу же переходить от обороны к контрнаступлению, так же, как в России. Наоборот, мы должны проходить длительный ожесточенный период войны, чтобы пополнить оружие и вооружение, пополнить состав войск, и посте­пенно мы перейдем от слабых позиций к более сильным, превратим превосходст­во противника по соотношению сил и средств в нашу пользу.

Мы считаем, что сопротивление французским колонизаторам должно прохо­дить по 3 этапам:

Первый этап. Применяя механизированные войска, противник проводит боль­шую операцию для расширения захваченных территорий. Мы должны измотать силы и средства противника, затормозить их наступление, сохранить наши силы и избежать неблагополучного боя, но одновременно нужно использовать часть сил и средств для ведения ударов по самым уязвимым местам с целью уничтожения ча­стей противника.

Второй этап. Противник применяет средства и силы для террора, подавле­ния, блокирования наших сил, пытаясь создавать марионеточное правительство. Мы должны срочно пополнить наши силы. Наши войска активизируют партизан­ские маневры, усиливают партизанские бои повсюду, даже в захваченной про­тивником территории, с целью изматывания и уничтожения сил и средств про­тивника и подготовки к наступлению.

Третий этап. Противник стал слабее, наши силы сильнее, создаются объек­тивные и субъективные благоприятные условия. При этом мы сосредотачиваем силы для проведения контрнаступления на всех фронтах, во взаимодействии с партизанскими действиями по всей стране с целью разгрома противника и осво­бождения нашей территории».

Такова была идеология вьетнамской партизанской войны, с которой столк­нулись американцы.

Напомним, что в 1955 г. был создан Отечественный фронт Вьетнама, а в 1959 г. принята новая конституция ДРВ. В 1955 — 1956 гг. вместо профранцузского марионеточного режима в Южном Вьетнаме был создан проамериканский. Бы­ло сорвано Женевское соглашение об объединении Вьетнама. В 1964 — 1965 гг. США развернули против ДРВ воздушную войну, а затем ввели регулярные вой­ска и взяли на себя непосредственное ведение войны против патриотических сил.

Американские войска вторглись на территорию Южного Вьетнама в августе 1964 г. и пробыли здесь по январь 1973 г. Постепенное осознание своей беспо­мощности оказалось настолько серьезным и неожиданным для американцев, что вылилось в так называемый «вьетнамский синдром».

Еще в 1960 г. на территории Южного Вьетнама были созданы вооруженные силы. Выросшая из разрозненных партизанских отрядов, Вьетнамская народная армия (ВНА) была небольшой по отношению к войскам США. Если в первом пе­риоде (с 1961 по август 1964 г.) она состояла из 300 тысяч человек, в том числе около 200 тысяч человек, входивших в территориальные и партизанские форми­рования, то уже в 1967 г. при общей численности Сопротивления в 500 тысяч че­ловек в регулярной армии находилось 430 тысяч, а в партизанских формирова­ниях — 1 миллион 200 тысяч человек. В конце 1968 г. при общей численности в 420 тысяч человек в армии находилось 300 тысяч и в партизанах — 120 тысяч; в 1969 г., соответственно, 430 тысяч и 120 тысяч человек. В заключительных опера­циях 1973 — 1975 гг. общая численность изменилась от 325 до 506 тысяч человек с уменьшением доли партизанских сил от 100 до 50 тысяч человек.

Командование армии освобождения не создавало крупных соединений — это могло ограничить маневренность войск в горных условиях, джунглях и заболо­ченной местности дельты реки Меконг, изрезанной множеством притоков. Отря­дам типа «батальон» и «полк» легче было незаметно приблизиться к объектам противника и внезапно атаковать их. В то же время, имея хорошо сколоченные части и подразделения, легко можно было в нужный момент создать более круп­ное формирование для разгрома крупных сил противника. Так было в ходе стра­тегического наступления вьетнамской армии в 1968 — 1969 гг.

Наличие территориальных и партизанских войск, а также народного ополче­ния и самообороны обусловливалось не только сложными условиями театра во­енных действий, но и подавляющим превосходством противника в силах и сред­ствах.

Эти формирования не имели постоянных штатных организационных единиц. Первичную организацию, как правило, составляла боевая группа. Несколько групп объединялись в отряды. Такой отряд по численности мог соответствовать роте или батальону регулярных войск (от 100 до 500 человек). В отдельных круп­ных операциях 1968 — 1969 гг. отряды могли объединяться в более крупные фор­мирования, равные по численности полку.

Партизанские формирования, территориальные войска и отряды самооборо­ны, как правило, создавались под руководством местных партийных органов в сельских и городских районах, на предприятиях в соответствии с боевыми зада­чами, условиями и особенностями каждой отдельной местности. Они обычно дислоцировались в освобожденных населенных пунктах, неприступных горных районах, джунглях. Немало баз располагалось вдоль основных магистралей.

При этом в каждом из этих районов существовала система сбора боевых групп из близлежащих мест.

Исходя из состава сил и средств, иррегулярные формирования могли дейст­вовать как самостоятельно, так и в составе мобильных сил. Находясь в своих районах, занимаясь ведением хозяйства, они служили основой для пополнения мобильных сил, играли важную роль в обороне освобожденных районов от кара­тельных отрядов противника. У ВНА было только легкое стрелковое и легкое ар­тиллерийское оружие — винтовки и автоматы советского, американского, фран­цузского, китайского и японского производства, станковые пулеметы, гранато­меты, минометы, в отдельных формированиях — безоткатные орудия.

Учитывая значительное численное и материальное превосходство противни­ка, руководством Южного Вьетнама с самого начала была избрана традицион­ная для этих условий стратегия затяжной «народной войны».

Боевые действия в Южном Вьетнаме знаменовали собой этап дальнейшего развития военного искусства иррегулярных войск. Неоднократно обращаясь к командирам всех степеней, один из главных стратегов партизанской войны гене­рал Во Нгуен Зиап напоминал, что только творческое применение накопленных в предыдущих войнах собственных традиционных средств и методов ведения войны дает возможность эффективно бороться с мощными войсками врага как в сельской местности, так и в городах и джунглях, добиваясь полной победы.

Общевойсковые соединения и объединения ВНА, искусно используя и соче­тая как партизанские, так и «обычные» методы, умели побеждать противника, значительно превосходившего их как по вооружению, так и по численности.

Сегодня опыт Нгуен Зиапа обобщен в ряде трудов — в публикации «Приме­нение боевой тройки», обзорной военно-политической работе «Национально-освободительная война во Вьетнаме» и др. Следует отметить, что именно на ос­нове анализа этого опыта американскими экспертами была разработана про­грамма организации и ведения повстанческой борьбы.

Генерал Во Нгуен Зиап, подчеркивая принципиальные положения, отмечал, что главной особенностью строительства вооруженных сил в условиях «войны сопротивления» против вторгшихся превосходящих сил противника является необходимость параллельно вести и управлять сразу тремя процессами: собст­венно боевыми действиями; реформированием (совершенствованием) действую­щих структур; созданием новых соединений, родов войск, а иногда и видов во­оруженных сил.

Большое практическое значение имеет и разработанная Во Нгуен Зиапом ти­повая структура организации вооруженных сил, обороняющихся на всей терри­тории страны — как в районах, оккупированных противником, так и в свобод­ных. Она состоит из трех основных элементов — ополчение, локальные части и мобильные силы вместе с ВВС, ВМФ и спецвойсками.

Минимальной единицей, организующей ведение и обеспечение боевых дейст­вий, по опыту Во Нгуен Зиапа, может быть комитет сопротивления общины (на­селенного пункта, района), направляющий действия ополчения.

Во взаимодействии с ополчением во Вьетнаме сражались «местные войска» — общевойсковые контингенты, комплектующиеся, снабжающиеся и действую­щие в пределах отдельной географической или административной области. Командование «местных войск» совмещалось с политическим руководством, дислоцирующимся, как правило, в «освобожденных районах», на территориях, полностью контролируемых силами Сопротивления.

Верховное командование осуществляло централизованное руководство борьбой и непосредственно руководило операциями, имеющими оперативно-стратегическое и стратегическое значение. В таких операциях участвовали ВВС, ВМС и мобильные войска, находящиеся в его непосредственном подчинении.

Подобная структура не только обеспечивала гибкое управление войсками, но и повышала выживаемость и устойчивость регулярных войск, опирающихся на разветвленную инфраструктуру местных сил Сопротивления и органов само­управления.

Слабым местом всех развивающихся армий, отмечал Зиап, являлось тыловое обеспечение. Поэтому им была разработана специальная концепция сочетания местных тылов с общим тылом всего государства. Решающее значение в этой концепции он придавал использованию общегосударственных ресурсов для ор­ганизации эксплуатации ресурсов освобожденных районов. При таком подходе понятия «партизанский район» и «партизанская тыловая база» являются равно­значными.

Развитие освобожденного района осуществлялось Зиапом по следующему алгоритму: создание политической базы; организация тыловой базы на основе созданных политических структур; мобилизация всех ресурсов для превращения ближайшего тыла противника в активный «фронт», чем обеспечивалась безопас­ность самой базы.

Стратегической целью повстанческих вооруженных сил является полное из­гнание сил вторжения из своей страны. Добиться этого малочисленные и недо­статочно технически оснащенные повстанцы, по убеждению Зиапа, могут только доказав политическому руководству противника невозможность ведения «мол­ниеносной победоносной войны». Поэтому он делает вывод, что «стратегия на­родной войны — это стратегия длительной войны». Зиап отмечает, что основой молниеносных действий технически или численно превосходящих сил противни­ка являются крупные механизированные и аэромобильные группировки. Дейст­вия более слабой обороняющейся стороны должны быть направлены на недопу­щение, срыв их полномасштабного использования. Для этого обороняющиеся повстанцы, атакуя базы и колонны на марше и во время развертывания, раскалы­вают большое сражение на множество мелких схваток — «силы наши и врага пе­реплетаются, как две гребенки», по образному выражению Зиапа. Вместо насту­пательного «блицкрига», на который рассчитывал противник, ему приходится вести множество изнурительных оборонительных боев.

Разрушая планы противника, создавая множество ситуаций локального пре­восходства, повстанцы централизованно проводят в жизнь установку: «револю­ция — это наступление».

В работах генерала Зиапа многократно подчеркивается, что единственный способ для слабой стороны не превратиться в «дичь на охоте» — это активными наступательными действиями принудить противника заботиться о своей без­опасности. Ведь в случае проявления со стороны сил Сопротивления на оккупи­рованной территории малейшей пассивности численно и особенно технически превосходящий противник не упустит возможности блокировать их и уничто­жить. Вертолеты всегда «бегают намного быстрее пехотинца», отчего потеря инициативы смертельна для обороняющихся. Поэтому Зиап указывает, что зада­чей повстанцев является отвлечение вертолетов и прочих мобильных сил от «охоты» (собственно свободной охоты, а также штурмовок и десантных рейдов) на охрану своих баз и колонн. Так должны действовать не только сражающиеся на оккупированной территории регулярные войска, но и слабо подготовленные повстанцы-ополченцы.

Интересен и составленный Во Нгуен Зиапом перечень пяти характеристик, наличие которых свидетельствует о владении командованием повстанцев воен­ным искусством. Эти характеристики: «война всем народом» — тотальное задей­ствование всех сил и средств для ведения боевых действий; наступательная так­тика, краткосрочная оборона только для создания более выгодных условий — отсутствие «крепостной психологии»; победы над численно и технически пре­восходящим противником; реализм в планировании операций — полное уничто­жение частей противника численностью не более полка или бригады благодаря превосходству и инициативе, а не в технике (уничтожение более крупных соеди­нений нереально из-за технического превосходства противника, да и самим по­встанцам невыгодно сковывать крупные силы своих войск); внезапность дейст­вий, строжайшее соблюдение скрытности и секретности планирования и управ­ления — порождаемая этим внезапность действий.

Итак, сущность теории «народной войны» в трактовке вьетнамцев состояла в том, что достижение победы вооруженным путем возможно только в случае уча­стия в войне всего народа. Война, в соответствии с ней, должна носить затяжной характер и вестись путем «распыления и изматывания» сил противника в ходе «стратегического отступления». При этом допускается возможность проникно­вения врага на всю территорию страны. В ходе стратегической обороны развер­тывается широкое партизанское движение, ведется подготовка благоприятных условий для перехода основных сил в решительное стратегическое контрнаступ­ление в сочетании с всенародным восстанием в городах и сельской местности.

Эта теория предусматривала чередование периодов активных наступатель­ных действий с периодами накапливания сил, отдыха, переформирования и обу­чения войск.

Боевые действия вьетнамцев строились на тесном сочетании маневра мобиль­ных войск со сковывающими, отвлекающими ударами территориальных частей и партизанских отрядов. Партизаны действовали, как правило, мобильными отря­дами типа батальона и быстро переходили из одного района в другой. Террито­риальные части использовались в пределах своей зоны и управлялись местным военно-партийным руководством. Их главная задача состояла в том, чтобы уда­рами по важнейшим военным объектам и коммуникациям оккупированных зон вынудить противника перейти к их обороне, то есть рассредоточить силы и сред­ства по всей территории Южного Вьетнама. Отряды самообороны из состава ме­стного населения, как часть патриотических сил Сопротивления, в боевых дейст­виях участвовали эпизодически, являясь в основном источником пополнения ма­териальных и людских ресурсов для партизанских формирований и территори­альных частей.

Таким образом, опираясь на общественно-политические силы провинций и уездов, локальные силы вынуждали противника распылять до предела свои вой­ска по всей территории, сковывали их действия, изматывали, нанося большие по­тери в живой силе и боевой технике.

Применение военно-политическим руководством Народного фронта осво­бождения (НФО) принципов «народной войны» на этапе стратегического от­ступления и обороны диктовалось условиями труднодоступных горных районов, густых тропических лесов, значительных заболоченных равнинных участков, особенностями дислокации американо-сайгонских войск, создавших укреплен­ные районы вокруг крупных административных центров, важнейших портов, в узлах коммуникаций и вдоль основных шоссейных дорог.

Избрав в соответствии со стратегической линией «народной войны» тактику активных партизанских действий, ВНА действовала по всей территории страны отдельными отрядами типа батальона. В исключительных случаях (стратегичес­кое наступление 1968 — 1969 гг.), для решения ответственной, объемной и слож­ной боевой задачи, объединялись усилия нескольких отрядов. Основу тактики войск Сопротивления составляли наступательные, оборонительные и чисто пар­тизанские действия (налеты, засады, рейды, минная война).

Наступление рассматривалось вьетнамцами как активный вид боевых дейст­вий, позволяющий нанести противнику поражение. Его объектами, как правило, были населенные пункты, базовые лагеря американских войск, авиабазы и т.д. Наступательные действия отряды вьетнамцев вели путем неожиданного стреми­тельного удара по противнику с целью нанесения ему поражения в живой силе и материальной части. Они были, как правило, скоротечны и завершались выходом в безопасный район. Характерными чертами наступательных действий были вне­запность, быстрота, скрытое сосредоточение сил на избранном направлении, своевременный вывод войск из-под удара противника, умелая маскировка и при­менение различных видов заграждений.

Наступление начиналось с того, что отдельные отряды, соблюдая тщатель­ную маскировку, «просачивались» к объекту атаки и занимали исходные рубе­жи. Они выбирались с учетом рельефа местности на расстоянии от 1-1,5 км до нескольких десятков метров от позиций противника. Огневая подготовка начи­налась за несколько минут до атаки либо одновременно с ее началом. В случае, если противник встречал наступавших организованным огнем или получал свое­временную поддержку с воздуха, наступление прекращалось. Отряды начинали отход и рассредоточение.

При наступлении на достаточно сильного противника патриоты вели предва­рительную подготовку, которая выражалась в проведении разведывательно-ди­версионных действий вокруг объекта. Добившись снижения бдительности гарни­зона противника, они приступали к его полному уничтожению. В этом случае вьетнамцы стремились вынудить врага отойти из опорных пунктов с развитой си­стемой оборонительных сооружений, нередко прибегая к их активным артилле­рийским, минометным обстрелам. Однако широкого распространения, прежде всего из-за недостатка боеприпасов, этот метод не получил.

Значительно чаще применялись кратковременные минометные обстрелы складов и авиабаз, что причиняло противнику дополнительный материальный ущерб. Такая тактика наступления позволяла наносить ощутимые удары по объ­ектам и базам американских сухопутных войск, вынуждала армейских команди­ров ограничивать наступательные операции и большую часть сил удерживать для охраны важных объектов и коммуникаций.

Подобный характер наступательных действий отмечался в период 1965 — 1968 гг. Вот как описывал действия иррегулярных войск при наступлении на ба­зу Кхешань в 1968 г. командир 3-й американской дивизии генерал-майор Джон Томкинс: «Ровно в 00.30 21 января около 250 солдат противника атаковали высо­ту 861. Взрывчаткой расчистив себе путь сквозь проволочные заграждения и минное поле, они, несмотря на пулеметный огонь, ворвались на позиции. В пер­вые же минуты боя был убит командир роты «Д», и пехота отступила на самый верх позиции. Далее в 05.00 рота «К» контратаковала вьетнамцев и через 15 ми­нут выбила противника. По мнению офицеров, рота была сама на волоске от уничтожения. Ее спас меткий огонь артиллерии, отсекший от прорвавшихся «чарли». В 05.30 начался обстрел базы НУРСами. Первая же ракета поразила за­пасный бункер, расположенный в восточном секторе базы, где находились бое­припасы. От взрыва загорелось хранилище с горючим. НУРСы продолжали па­дать на базу с интервалом в несколько минут, затем ударили минометы, скрытые в густом утреннем тумане. Но атаки больше не последовало».

Итоги были ужасающими. Д.Томкинс писал, что 98% боеприпасов погибло в огне, укрепления базы сильно пострадали от взрывов, протяженность взлетно-посадочной полосы сократилась вдвое.

В январе 1968 г., неожиданно для американского командования, началось стратегическое наступление вьетнамцев. Из 44 центров провинций было атакова­но 36, из 6 автономных городов — 5, из 242 районных центров — 64. Наступле­ние осуществлялось в соответствии со «стратегией клиньев», то есть одновре­менные удары наносились во многих местах для разобщения противника, разры­ва его коммуникаций и разгрома по частям.

В этом наступлении широко применялся принцип «волн». В рамках первой наступательной волны боевые действия с целью овладения районами или рубе­жами велись до 10 дней. Затем следовали беспокоящие (разведывательные) дей­ствия мелких групп. Количество налетов достигало 50 в сутки. В течение 10-12 дней происходило пополнение основных сил и средств иррегулярных войск. По­сле доукомплектования начиналась «очередная волна». Подобное наступление было проведено в апреле — мае 1969 г.

Несмотря на определенные успехи в условиях превосходства вооруженных сил США в людях и вооружении, стратегическое наступление было невыгодным, и прежде всего из-за существенных потерь. Поэтому с 1970 г. командование вьет­намцев приняло решение о возврате к тактике партизанской войны.

Наступательные действия иррегулярных формирований носили преимущест­венно объектовый или зональный (в определенном районе) характер. Особенно­стью их было то, что в подавляющем большинстве они велись в ночное время или на рассвете, преимущественно против слабого противника.

Оборонительные действия также были одним из активных видов тактики ир­регулярных формирований. Они позволяли основным силам ВНА сделать пере­дышку, сохранить людские и материальные ресурсы, провести необходимое до­оборудование позиций и подготовиться к решительному наступлению. Как пра­вило, оборона велась при отражении поисково-карательных операций войск США.

В качестве оборонительной задачи отряды могли получать объект типа гос­подствующей высоты, узла дорог, наблюдательного пункта и т.д. В пределах объ­екта оборона строилась с широким применением различных заграждений, в том числе минно-взрывных. Характерным примером может служить оборонитель­ный бой вьетнамского отряда в районе Дакто в ноябре 1968 г. с 2 ротами 3-го ба­тальона 12-го пехотного полка армии США. Роты, поднимаясь на гребень горной гряды к югу от поселка Дакто, наткнулись на сильные позиции партизан. Обна­ружив, что без больших потерь им их не взять, американцы отступили и вызвали на помощь авиацию. Было произведено 40 самолето-вылетов, сброшено 24 бом­бы с взрывателями замедленного действия. Гряда была также подвергнута ар­тиллерийскому обстрелу. После этого отряд вьетнамцев отступил, потеряв 14 че­ловек убитыми. В дальнейшем, в ходе операции по прочесыванию в районе Дак­то, американские подразделения неоднократно «натыкались» на противника, за­нимавшего заранее подготовленные позиции.

Характерным для ведения обороны отрядами вьетнамцев было создание под­земных комплексов как для укрытия личного состава, так и для защиты населен­ных пунктов. Районы сосредоточения и укрытия войск чаще всего располагались в лесистой местности. Они оборудовались системой траншей, подземными тон­нелями. Общая длина последних могла достигать километра. Входы и вентиляци­онные отверстия тщательно маскировались. Подобные районы могли разместить отряды силой до батальона.

Подземные комплексы для обороны населенных пунктов имели меньшую протяженность, но более сложную структуру. Укрытия и хранилища, связанные подземными ходами сообщения, создавались на различных уровнях с заглубле­нием до 3-4 метров. Для большей устойчивости обороны с системой подземных сооружений были связаны огневые точки на поверхности. Они состояли из групп стрелков или расчета крупнокалиберного пулемета и располагались на удалении до 10 метров от входа в тоннель. Вокруг населенного пункта или района допол­нительно создавались «волчьи ямы», ловушки и т.п. Специальные тоннели вели за пределы населенного пункта и имели выходы на поверхность в зарослях, лес­ных массивах и даже под водой. Они помогали обороняющимся скрытно поки­дать населенный пункт и выходить из боя, избежав преследования противника.

Развитая система подземных ходов позволяла также производить скрытый маневр значительными силами. Так, в лесном массиве Ново перед началом насту­пательных действий одновременно под землей скрывалось до 800 партизан. На­иболее многочисленные оборонительные комплексы были созданы в западной части провинций Куанг-Чи, Тхыа-Тхиен, западнее городов Кон-Тум, Плей-Ку, в окрестностях города Лок-Нинь , северо-восточнее Сайгона, а также в ряде рай­онов дельты реки Меконг.

Таким образом, оборонительные действия иррегулярных формирований Южного Вьетнама тоже носили преимущественно объектовый (зональный) ха­рактер. Их особенностью являлось широкое использование различных инженер­ных сооружений, повышавших живучесть войск в условиях массового примене­ния противником авиации и артиллерии. В то же время оборонительные действия редко отличались большим упорством и носили, как правило, маневренный ха­рактер, особенно в случае наступления превосходящих сил противника.

В ходе войны в Южном Вьетнаме, в период пребывания там американских войск, основными в тактике патриотов были партизанские действия: налеты, за­сады, рейды небольших тактических групп в тыл противника, устройство за­граждений и минирование местности. Налеты осуществлялись с целью уничто­жения важного военного объекта, гарнизона, склада, нарушения линий комму­никаций и узлов связи, разгрома командного пункта. Они проводились специ­альными группами, огневыми средствами или комбинированным способом. Для их осуществления выделялась группа (отряд) численностью от 200 человек, во­оруженных стрелковым оружием, легкими минометами и взрывными устройст­вами. Для решения боевой задачи из состава группы выделялись подгруппы при­крытия и штурма. При этом часть сил выделялась для решения задач прикрытия, а основная группа, состоящая из 2-3 штурмовых групп с отделениями огневой поддержки, разграждения, подрывников и т.д., выполняла задачу по уничтоже­нию противника (объекта). Численность групп зависела от характера объекта, сил противника и условий местности.

Налеты проводились лишь после тщательной подготовки, когда удавалось сосредоточить для этого достаточное количество сил и средств. Планируя налет, вьетнамцы не стремились к захвату и удержанию объекта. Главной целью было нанести максимальный урон противнику, и потому налеты проводились, как пра­вило, ночью в течение нескольких минут.

Огневой налет проводился с целью уничтожения живой силы противника, его арсеналов и материальных средств, а также штабов, казарм и различных учреж­дений. Перед ним несколько дней велась тщательная разведка. По ее результа­там выбирались огневые позиции, подготавливались данные для стрельбы. Огне­вые налеты по характеру объектов, наличию средств могли быть одиночными или массированными и для достижения внезапности проводились, как правило, но­чью.

Характерным примером такого налета является ночное столкновение 2 аме­риканских рот из состава 173-й бригады 4-й пехотной дивизии с вьетнамской партизанской группой. Американцы подверглись внезапному гранатометному огню. Нападение было отбито с большим трудом только после интенсивного применения, артиллерийского огня и напалма. Американцы потеряли почти по­ловину личного состава (100 человек из 250 в обоих ротах), не считая раненых. Одну из рот пришлось заменить. По данным американцев, в этом бою вьетнамцы якобы потеряли 232 человека убитыми, что явно не соответствовало действи­тельности.

Засада являлась наиболее распространенным видом ведения партизанских действий, который позволял небольшими силами и с минимальными потерями на­носить максимальный урон противнику. Вьетнамцами применялось несколько ви­дов засад. Наиболее распространенными были: засада «ударь и отходи»; засада на уничтожение; засада для сбора разведывательных данных о противнике посредст­вом захвата оружия, боеприпасов, образцов бронетехники, личного состава.

Засады типа «ударь и отходи» организовывались с целью задержать продви­жение противника, нанести ему потери в живой силе и технике, завлечь в труд­нопроходимые места под удар основных сил. Так, например, действовали отря­ды вьетнамцев при проведении американцами операции по прочесыванию мест­ности в ноябре 1967 г. в районе населенного пункта Хононг. Три роты 2-го бата­льона 503-го пехотного полка 173-й воздушно-десантной бригады двигались в направлении высоты 875 к юго-западу от Хононга. Две роты во время движения попали под сильный огонь противника, остановились и вызвали авиацию. Тем временем третья рота, двигаясь на соединение с главными силами батальона, по­пала в засаду. Ей удалось пробиться, но при этом все роты вместе потеряли 30-40 человек убитыми, около 100 — ранеными. Обнаружить поблизости место засады при дальнейшем продвижении подразделениям батальона не удалось, т.к. парти­заны заблаговременно отошли.

Засады «на уничтожение» проводились вьетнамцами с целью разгрома пре­восходящих сил американских войск. Они организовывались, как правило, вдоль дорог. На 10-километровом отрезке располагалось до 3 засад, обычно на наибо­лее узких и труднопроходимых участках, а также в местах пересечения водных преград. Каждая засада включала головную, фланговую и тыловую подвижные группы. Головная группа имела задачу активными действиями сковать разверты­вание противника, ввести его в заблуждение относительно истинных действий основных сил засады. Она пропускала разведку врага и не открывала огня, пока главные силы неприятельской колонны не войдут в зону активного поражения.

Основное ядро засады — фланговая подвижная группа. Она занимала пози­ции на удалении не более километра от центра засады. Ее действия прикрыва­лись огнем средств поддержки по заранее спланированным участкам дороги.

Тыловая подвижная группа располагалась с таким расчетом, чтобы пропус­тить основные силы и их боевое охранение, не дав впоследствии войскам выйти из «котла».

Первой в бой вступала головная группа, обеспечивая действия фланговой и тыловой группам. После интенсивного обстрела транспортных средств и живой силы из минометов и стрелкового оружия группы одновременно переходили в атаку, в ходе которой окончательно уничтожали противника.

В такую засаду направлялось до батальона личного состава. Если в засаду выделялся взвод, то из его состава выделялись такие же группы. Обычно полуду­гой к дороге оборудовались ячейки на 10-15 человек. Тщательная маскировка ячеек позволяла нападавшим оставаться практически незамеченными. Руково­дил действиями засады с командного пункта командир отряда (группы). Он же с пулеметным расчетом осуществлял прикрытие отхода засады. Бой был, как пра­вило, скоротечным.

Засады по захвату разведывательных данных — образцов оружия и боевой техники, личного состава — проводились преимущественно вблизи объектов, а также на путях движения мелких групп противника. Очень часто для этого ис­пользовалось темное время суток. Как правило, засады устраивались перед или в ходе наступательных действий иррегулярных войск.

Рейды тактических групп в тыл противника осуществлялись с целью уничто­жения важного тактического объекта (пункта управления, узла связи, склада боеприпасов, аэродрома) и носили преимущественно разведывательно-диверси­онный характер. В зависимости от решаемой задачи для их проведения выделял­ся отряд численностью до 200 человек.

Исключительно распространенным в действиях партизанских формирований было устройство минно-взрывных заграждений, ловушек и других средств пора­жения живой силы и боевой техники противника. Обычно использовались про­тивотанковые и противопехотные мины, ручные гранаты, боеприпасы стрелко­вого, легкого артиллерийского и минометного вооружения, самодельные мины. Анализ потерь, проведенный по данным американских специалистов, показал, что в сухопутных войсках США значительная их доля приходилась на личный состав и технику. Это, прежде всего, было следствием широкого и умелого при­менения вьетнамцами минно-взрывных заграждений и различного рода мин-ло­вушек. В основном вьетнамцы применяли «беспокоящее минирование», устанав­ливая мины на дорогах, тропах и реках, в непосредственной близости от различ­ных стационарных объектов американских войск.

Противотанковые мины устанавливались только на дорогах, на которых воз­можно было движение механических транспортных средств. По обочинам уста­навливались пехотные мины, чтобы воспрепятствовать спешиванию личного со­става противника для занятия обороны около выведенного из строя транспорта. Иногда противотанковые мины ставились для прикрытия входов в подземные со­оружения, вдоль троп и тропинок, на переправах. Обустройство минных полей было крайне редким явлением.

Для поражения пехоты при прочесывании местности в большом количестве использовались мины-ловушки. По форме они напоминали кокосовый орех, ку­сок бамбука, авторучку, зажигалку. Для устройства заграждений нередко при­менялись ручные гранаты. Благодаря малому размеру, небольшому весу и удоб­ству маскировки они успешно использовались практически везде: подвешива­лись на деревьях, заборах, у входов в помещения или в кустах поблизости от троп, к взрывателю.протягивалась тонкая леска. Нередко применялась цепочка гранат, особенно в том случае, когда становилось известным, что личный состав противника передвигается по местности в линию.

Достаточно серьезную угрозу представляли окопы-ловушки — тщательно замаскированные ямы глубиной до 3 метров.

В целом тактика вьетнамцев основывалась на внезапности, маневренности подразделений. Она оправдала себя на этапе превосходства противника по коли­честву, качеству вооружения и личного состава.

В борьбе с агрессором в сочетании применялись две формы — военная и по­литическая. «Без участия политических сил и без политической борьбы масс во­оруженные силы не могут добиться победы»,— подчеркивали вьетнамские лиде­ры, в частности генеральный секретарь ЦК компартии Вьетнама Ле Зуан. Треть­ей формой борьбы являлась пропагандистская работа в армии противника.

Этап собственно партизанской борьбы начинается с создания боевых парти­занских групп и отрядов, поддерживаемых местным населением, и организации повстанческих баз. Затем развернувшаяся партизанская война перерастает в войну регулярную, маневренную, с атаками на военные укрепления. Создаются регулярные вооруженные силы, состоящие из главного ядра (дивизии, полки) и местных войск (батальоны, роты). С ними взаимодействуют полувооруженные силы — партизанские отряды и народное ополчение, выполняющие вспомога­тельные задачи.

Благодаря патриотизму и героизму вьетнамцев, правильно выбранной стра­тегии и тактики борьбы, помощи стран социалистического лагеря американ­ская агрессия во Вьетнаме провалилась. В январе 1973 г. было подписано Па­рижское соглашение о прекращении войны и восстановлении мира во Вьетна­ме, а в июле 1976 г. завершено государственное воссоединение Северного и Южного Вьетнама.

Завершая эту главу, хотелось еще раз обратиться к книге воспоминаний вьет­намского стратега партизанской войны Во Нгуен Зиапа, который писал:

«Исходя из опыта и практики освободительной войны и Сопротивления, я хотел бы напомнить некоторые основные характеристики партизанской войны, так называемой Вьетнамской партизанской войны.

Прежде всего, о характере театра боевых действий. Многие всемирно извест­ные военные теоретики, например Клаузевиц, обращались к теории и практике партизанских боевых действий. Они пришли к выводу, что партизанские дейст­вия могут применяться только в таких крупных странах, как Россия.

Мао Дзэдун, говоря о партизанской войне, считал, что она может проводить­ся и успешно одерживать победу только в таких больших странах, как Китай, а в маленьких, таких как Бельгия, — не может.

Сегодня выработанная нашей коммунистической партией политика примене­ния партизанской войны в нашей стране пользуется поддержкой всего населе­ния. Между тем отдельные специалисты поднимают вопросы о том, что наша страна мала, узок театр боевых действий; имеется ли возможность проведения партизанской войны и одержания победы?

Историческая действительность в войне подтвердила: вьетнамская партизан­ская война, проводимая в малой стране, оканчивается полной победой…

Несколько слов об оперативной силе (сила боевых действий). Для нас при проведении партизанского боя главное — это способы или виды боя, проводимо­го населением с винтовкой или без винтовки и в редком случае только с бамбуко­вой палкой или с ножом, серпом, лопатой (трудовыми инструментами). И здесь может внести свой вклад каждый: женщина или мужчина, старик или мальчик могут нанести удар, совершить налет, если есть хорошие условия. Так зарожда­ется возможность для ведения всенародной войны. Население широко и активно проводит боевые действия, соответствующие его условиям и его возможностям, а в некоторых случаях они проводятся только населением. Это и является основ­ной особенностью нашей всенародной войны.

Подразделения регулярных войск также проводят партизанские бои чаще в звене подгруппы, отделения, взвода и даже роты.

Это характерные особенности ведения всенародной войны в нашей стране. Они позволяют нам поддержать наши силы и проводить бои в захваченном противником районе, в тех местах, где нет регулярных войск или они уже от­ступили.

Некоторые исследователи, изучая войны в Индокитае, считают, что наши способы ведения боевых действий, заключающиеся в использовании широких народных масс (десять человек для борьбы против одного), похожи на китайские способы ведения партизанского боя. Китайские способы заключаются в том, что они «сосредотачивают большую силу» (создают абсолютное превосходство в со­отношении сил и средств) для борьбы с мелким подразделением противника. Это как принцип в проведении партизанской войны в Китае.

У нас абсолютно нет условий для организации или создания партизанских соединений, частей, так же как в Китае или в гражданской войне в России. Прин­ципы ведения боевых действий нашей партизанской войны таковы:

—  применение слабых сил для борьбы с сильным противником;

—  применение малых сил для борьбы с превосходящим противником.

Один взвод, одно отделение, одна подгруппа, группа, один воин, один жи­тель, не считаясь с трудностями, а подходя творчески, героически борются с противником. При этом они сами находят соответствующие способы и виды борьбы с врагом для достижения победы над ним.

Учет вышеприведенных особенностей подводит к следующим выводам. Если в Китае в революционной войне под «партизанской войной» понимаются боевые действия партизанских подразделений, которые ведутся «в пешем строю» в рей­довом варианте, то в нашей стране все партизанские отряды всегда тесно связа­ны с их деревней, общиной, их работой. В бою большого масштаба партизанские отряды только выполняют отдельные задачи во взаимодействии с регулярными войсками. Каждый житель, каждый партизан имеет очень конкретную задачу: остаться в своей деревне, в своей общине для ведения боя, а если приходится ме­стным партизанам маневрировать, то они маневрируют только в пределах терри­тории своей общины и только. Здесь партизаны хорошо пользуются местностью и имеют возможность проводить сотни боевых действий с винтовкой или без винтовки, а также другие действия, не только чисто военные. Вот суть вьетнам­ской партизанской войны…»

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,178 сек. | 12.62 МБ