Национальная трагедия

Землетрясение, ставшее национальным бедствием Японии, произошло 1 сентября 1923 года и полностью разрушило Токио и Иокогаму. По названию столичного района Канто, в котором оно случилось, землетрясение получило название кантонского.

Приближалось время обеда. Служащие учреждений из деловой части города устремились в рестораны и на зеленые лужайки городских парков. Священнослужи­тель направился к помосту, где висел сигнальный коло­кол, собираясь пробить полдень. Стоял на редкость сол­нечный тихий осенний день. Воздух был совершенно непо­движен.

Но безмятежное спокойствие природы вселяло смут­ную тревогу. За полторы минуты до полудня под водами залива Сагами начались колебания земли, вначале сла­бые, но затем быстро усилившиеся. Волнение почвы стре­мительно распространялось и вскоре достигло двух круп­нейших городов Японии, расположенных в 65 километ­рах к северу от залива. Толчки были настолько сильными, что вызвали катастрофические разрушения, сопровож­давшиеся человеческими жертвами и нанесшие колос­сальный материальный ущерб.

На линии железной дороги между Токио и Иокогамой поезда вдруг покачнулись и, наткнувшись на выворочен­ные и скрученные рельсы, рухнули наземь. Священнослу­житель в страхе отпрянул от падающих колоколов. Про­фессор Имамура, один из известнейших сейсмологов, который как раз в тот момент находился в своем служеб­ном кабинете в Токио, по профессиональной привычке стал было фиксировать периодичность подземных толч­ков. Но уже несколько мгновений спустя его обеспокоила все возраставшая сила ударов. Все вокруг превратилось в настоящий бедлам. Там, где только что стоял город, остались одни руины.

В Иокогаме было разрушено 11 ООО зданий и почти 59 000 сгорело. В Токио от пожара при сильном ветре по­страдало более 300 000 (из миллиона) зданий. Были уничтожены мосты, загублены леса и возделанные поля, завалены туннели. Разбушевавшиеся в заливе Сагами волны высотой свыше десяти метров обрушились на берег, неся смерть и разрушение. Всего в районе земле­трясения насчитывалось около ста тысяч погибших, а раненых было гораздо больше. Около миллиона людей осталось без крова.

Общие убытки были оценены почти в 3 миллиарда долларов, причем в эту сумму не входила стоимость без­возвратно потерянных бесценных художественных сок­ровищ двухтысячелетней давности и памятников стари­ны. В Камакура была даже сдвинута со своего места монументальная фигура бронзового Будды. (Религиоз­ные фанатики расценили это как предостережение свыше.)

Однако надо сказать, что трагические события в Япо­нии не явились для специалистов полной неожидан­ностью. Еще за двадцать лет до этого тот же профессор Имамура предсказывал, что в Токио возможно большое землетрясение. Более того, он предупреждал, что, если в городе не будет улучшена система водоснабжения и противопожарной безопасности, во время землетрясения может погибнуть до ста тысяч человек. В своей предва­рительной оценке вероятных последствий землетрясения Имамура исходил из строительной практики, принятой в Японии. Традиционными строительными материалами в стране служили, как правило, дешевые и всем доступ­ные изделия из бумаги, бамбука и других легко воспла­меняющихся материалов. Японские инженеры прекрасно понимали уязвимость такого строительства и упорно ра­ботали над его усовершенствованием; это в особенности относилось к строительству государственных учреждений и предприятий. И в самом деле, многие солидные, не слиш­ком высокие здания превосходно выдержали подземные удары кантонского землетрясения, а большинство позд­нее восстановленных зданий стали вполне безопасными (разумеется, в известных пределах). В заново отстроен­ном Токио имеются широкие улицы, многочисленные пар­ки и зоны безопасности, не подлежащие застройке.

Гидрографическими промерами залива Сагами, отку­да начались толчки, были зафиксированы невероятные изменения рельефа дна. Сообщалось, что площадь, на ко­торой были отмечены эти изменения, составляла примерно 1300 квадратных километров, а величина вертикальных перемещений отдельных участков дна достигала сотен метров. Как предполагали некоторые ученые, изменения рельефа дна залива были вызваны грандиозными ополз­нями рыхлых осадков — древних продуктов извержений прославленного вулкана Фудзияма. Однако подобное утверждение маловероятно. Скорее всего, более ранние промеры, с которыми сравнивались последние данные, были выполнены неточно. Несомненно, однако, что такие сильные изменения, связанные с большими землетрясе­ниями, действительно происходят на нашей вечно беспо­койной планете.

Изменения поверхности морского дна в заливе Сага­ми независимо от масштаба преобразований позволяют понять причины появления морских волн^ сопутствующих подводным землетрясениям. Волны возникали как во время этого землетрясения, так и во время лиссабонского и многих других. Оказалось, что даже такая подвижная и податливая среда, как вода, способна причинять огром­ные разрушения при внезапных преобразованиях релье­фа дна.

Народ Японии мужественно перенес тяжелые послед­ствия разразившейся катастрофы и не поддался панике. Правительственные постановления, предназначавшиеся для борьбы со спекуляцией, оказались излишними. Охра­на здоровья населения обеспечивалась регулярными обследованиями и соблюдением мер санитарной профи­лактики. Особенно волнующим событием был поток това­ров и продовольствия, поступавший в фонд помощи по­страдавшим со всех концов мира. Это служило ярким выражением дружеского участия всего человечества к японскому народу.

На протяжении двух последующих лет, в течение ко­торых трудолюбивый японский народ неутомимо отст­раивал разрушенные города, в стране было зарегистри­ровано несколько сот более слабых подземных толчков все еще продолжавшегося кантонского землетрясения. Население к ним привыкло и рассматривало их как обычное явление. По-видимому, все решили, что остав­шаяся в недрах энергия будет высвобождаться в виде слабых колебаний и можно не опасаться катастрофичес­ких сотрясений. К этому времени стало ясно, что каждый новый толчок слабее предыдущего и возникает в отдале­нии от него. Землетрясение явно затухало. И наконец, в ноябре 1925 года хорошо известный всем профессор Има­мура заявил, что опасность практически миновала — Япония стала испытывать не более двух толчков в день!

 

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,156 сек. | 12.5 МБ