Отстаивание своих геополитических интересов — удар по международному терроризму

Главной причиной распространения влияния между­народного терроризма в мире является развитие процес­сов однополярной глобализации, ведь именно терро­ризм остается последним и единственно доступным средством противостояния унификации — правовой, ре­лигиозной, цивилизационной, которую несет с собой однополярная, а по сути американоцентричная глобали­зация. По мере нарастания жесткости и безапелляцион­ности, с которыми насаждаются единые поведенческие и мировоззренческие стандарты по отношению к тради­ционным народам, культурам и религиям, возрастает и ответная реакция, выраженная в агрессивном противо­действии процессам цивилизационной нивелировки и грубого вмешательства в уклад, традиции и обычаи мно­жества народов и культур. Нарастание терроризма — от­вет на американизацию и грубое вмешательство в дела стран и народов со стороны США и их цивилизацион-ных сателлитов.

Вместе с тем террористическое движение не одно­родно и далеко не едино. Управление террористически­ми действиями осуществляется как религиозными, так и политическими и геополитическими центрами влия­ния. Одним из геополитических центров управления

террористической деятельностью долгое время явля­лись США и ЦРУ непосредственно, создавшие и спон­сировавшие исламистские религиозные движения в противовес просоветским силам в исламских странах Средней Азии. Как признался в одном из интервью бывший советник американского президента Картера Збигнев Бжезинский: «Согласно официальной версии, ЦРУ начало поддержку моджахедов в 1980 г., то есть по­сле вступления Советской армии в Афганистан 24 де­кабря 1979 г. Но в действительности, и это держалось в тайне до последнего времени, все обстояло иначе: на самом деле первую директиву об оказании тайной по­мощи противникам просоветского режима в Кабуле президент Картер подписал 3 июля 1979 г.».

Одним из примеров исламистского террористического движения, созданного и спонсированного Америкой, яв­ляется небезызвестная «Аль-Каида» и организации, с ней связанные, хотя сегодня действия этих исламистских структур во многом вышли из-под контроля своих созда­телей и представляют скорее террористическую сеть, токи по которой можно пустить как в одном, так и в другом на­правлении. То есть активировать эти сети в своих интере­сах могут как американцы, когда-то их создававшие, так и те, кто выступает сегодня против Америки.

Расцветом деятельности политических центров управления террористической деятельностью являлся период противостояния социалистического и капитали­стического блоков. Тогда политический террор в основ­ном базировался на идеологическом противостоянии марксистской и либерально-капиталистической идеоло­гических систем и подпитывался СССР и США соответ­ственно.

С распадом СССР значение и роль политического терроризма, особенно в Европе, ушли на второй план, оставив совсем небольшое количество разрозненных и малочисленных групп. Россия стремительно капитули­ровала, сдавая одну позицию за другой, и необходи­мость жесткого на нее давления с помощью террори­стических сетей временно отпала. Однако сейчас геопо­литическое противостояние России и Запада вновь набирает обороты, и значение террористических се­тей — главного элемента сетевой войны — приобретает новую актуальность.

Спонсорами религиозного терроризма, непроизвод­ного со стороны США, остаются, в основном, ислам­ские государства и образования, такие, как Иран, Си­рия, Палестина, Афганистан, Пакистан, а до недавних пор Ливия и Ирак. Их мотивацией как раз-таки и явля­ется противостояние американской доминации и аме­риканской версии однополярной глобализации, не учи­тывающей особенности культурного, религиозного и исторического развития этих государственных образо­ваний и этнических групп. По сути, проблема чечен­ского сопротивления относится именно к этому типу, а его мотивацией всегда было противостояние цивилиза-ционной унификации со стороны России. Чеченцы от­стаивают свою этническую, культурную и религиозную идентичность перед лицом России так же, как это дела­ют мусульмане и различные этнические группы перед лицом США и их унификационных усилий по всему миру.

Единственное, что связывает чеченскую террористи­ческую активность в России с международным терро­ризмом, это интересы США, которые пытаются ис­пользовать российско-чеченский конфликт в своих це­лях, то есть для дестабилизации Северного Кавказа с возможным его отторжением от России в дальнейшем. Именно усилиями западных спецслужб под этот кон­фликт заводятся силы и средства международных исла­мистских группировок, созданных либо контролируе­мых США.

Нынешнее снижение напряженности в Чечне явля­ется лишь видимым и временным. По сути проблема не решена, но загнана глубоко вовнутрь, а это значит, что рано или поздно этот нарыв опять даст о себе знать. США и западные спецслужбы и дальше будут прикла­дывать усилия к дестабилизации Северного Кавказа, и Чечни в частности, используя в том числе и силы меж­дународных исламистских террористических группиро­вок. Сегодня обострение наблюдается в Ингушетии. В этой связи единственно верным способом противо­стояния как внутреннему, так и внешнему — «междуна­родному» — терроризму со стороны России является четкое и недвусмысленное обозначение своих геополи­тических и стратегических интересов не только на Кав­казе, но и на Юге Евразии в целом.

Это означает, что все, что происходит в этой зоне, должно касаться Москвы, так как впрямую отражается на национальных интересах и безопасности России. В последние же годы Россия фактически устранилась от всего, что происходит за ее непосредственными грани­цами, в том числе в Закавказье и Средней Азии. Естест­венным следствием такой политики является экспорт дестабилизации с прилегающих территорий на террито­рию России. Таким образом, отстаивание своих геопо­литических интересов на Юге Евразии является глав­ным вкладом России в борьбу с международным терро­ризмом.

Несмотря на некоторое затишье, главным потенци­альным источником терроризма в России по-прежнему остается Чечня, шире — Северный Кавказ: разгораю­щаяся Ингушетия, Кабардино-Балкария, Карачаево-

Черкесия, а следовательно, главным действенным спо­собом профилактики возникновения терроризма в Рос­сии должно стать полное, реальное и фундаментальное решение чеченской проблемы, грозящей перекинуться на соседние регионы. Для этого нужно на корню устра­нить причины чеченского сопротивления, то есть при­знать на государственном уровне справедливость требо­ваний со стороны чеченцев по сохранению своей на­циональной, культурной и религиозной идентичности, а также признать их права на восстановление традици­онного социального уклада и следование своим много­вековым национальным традициям. Жесткое подавле­ние этих устремлений всегда будет оставлять ситуацию в Чечне в тлеющем состоянии. То же можно сказать и про другие народы Кавказа. Однако главным условием такого признания должно стать строгое сохранение тер­риториальной целостности, то есть полный отказ че­ченцев от сепаратистского стремления к государствен­ному суверенитету Чечни и отделения от России, так как именно в этом случае суверенная Чечня автомати­чески становится плацдармом для дальнейшей экспан­сии США в глубь России. И тут же главным инструмен­том для этой экспансии станут международные ислами­стские террористические структуры. Исламистская сеть вновь будет действовать против нас.

В связи с этим для полного решения чеченской про­блемы с минимальными издержками рано или поздно необходимо начать процесс подготовки договора между народами Чечни и народами России о разграничении полномочий, причем субъектами этого договора должны быть не территории, так как это сразу подчеркивает са­мостоятельный суверенный статус Чечни и обозначает контуры России без Чечни, что недопустимо. Субъекта­ми договора со стороны Чечни должны стать чеченские тейпы — традиционная форма чеченской самоорганиза­ции, а не президент, в любом случае представитель всего лишь одного из тейпов, так как чеченский народ не име­ет традиций единоличного управления, а значит, власть одного человека никогда не будет признана всеми, как и договоры, которые он подпишет. Правовой же базой должны стать не светские вариации на тему Конститу­ции, а то, что однозначно будет признано чеченцами, то есть писание — Коран и Библия. Все остальное является лишь суррогатом источника законности для чеченцев, то есть не будет признано всеми. Единоличная светская президентская власть и светская же Конституция есть мина замедленного действия, которая разрушит самые благие начинания по устранению предпосылок любой дестабилизации в Чечне. В таком варианте решение че­ченской проблемы автоматически устранит возможно­сти для внутрироссийского террора, заказчиками кото­рого всегда являются силы, находящиеся вне России.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,149 сек. | 12.54 МБ