Роковая целина

Многие российские и зарубежные эксперты полагают: разрушение советской экономики началось едва ли не с середины 1950-х гг., с того, каким образом и какой ценой были освоены целинно-залежные земли. Прежде «закры­тые» архивные и другие документы прямо и косвенно под­тверждают такой вывод.

1958 г. считался завершающим в рекордно быстром осво­ении целинных и залежных земель — они были «подняты» всего за четыре года. Об этом в 1959 г. заявил Н.С. Хрущев, инициатор и вдохновитель целинно-залежной кампании.

Итак, почти полвека тому назад в российской и советской экономической истории было реализовано, пожалуй, бес­прецедентное по своим масштабам, срокам и последствиям мероприятие.

Есть много ученых и чиновников, уверяющих, что освое­ние целины—стратегическое мероприятие 50-х гг., которое, дескать, было бы невозможно в период «культа личности Ста­лина». А, мол, до этой кампании правительство СССР ниче­го существенного не предпринимало в сельском хозяйстве, ограничиваясь сугубо «командно-административными» ме­рами. Сам Н.С. Хрущев на XXI съезде КПСС в 1959-м зая­вил, что «благодаря успешному освоению целинных земель появилась возможность не только существенно улучшить снабжение продовольствием городов и промышленных центров, но и поставить задачу превзойти США по уровню развития сельского хозяйства». Л.И. Брежнев оценивал «це­линную кампанию» точно так же.

Проблемы развития продовольственного комплекса стра­ны были одними из главных в экономической политике со­ветского руководства в послевоенные годы.

Ущерб, нанесенный фашистскими оккупантами сельско­му хозяйству, исчислялся десятками миллиардов рублей в ценах 1945—1946 гг. На оккупированной гитлеровцами тер­ритории СССР в прежние годы производилось (в масштабе всей страны) 55—60 % зерна, в том числе до 75 % кукуру­зы, почти 90 %— сахарной свеклы, 65 %— подсолнечника, 45 %— картофеля, 40 % мясопродуктов, 35 %— молочной продукции. Оккупанты уничтожили или вывезли почти 200 тысяч тракторов и комбайнов, что составляло примерно треть парка сельхозмашин в 1940 г. Страна лишилась более

25 миллионов голов скота, а также 40 % предприятий по переработке сельскохозяйственной продукции.

Вдобавок, засуха 1946—1947 гг. усугубила и без того слож­ную ситуацию в сельском хозяйстве СССР, а отказ нашей стра­ны от кабальных иностранных кредитов и импорта сельхоз­продуктов за валюту тоже осложнял быстрое восстановление товарного потенциала сельского хозяйства СССР. Кроме того, в 1945—1953 гг. СССР оказывал безвозмездную продоволь­ственную помощь Восточной Германии, Австрии, а также Ки­таю, Монголии, Северной Корее и Северному Вьетнаму.

Уже через год после Победы сельскохозяйственным и исследовательским организациям поручили разработать предложения по обеспечению долговременного надежного снабжения сельхозпродукцией, повышению урожайности земледелия и продуктивности животноводства, а также по материальному стимулированию роста производительно­сти труда в сельском хозяйстве Советского Союза.

Осенью 1946-го была создана межведомственная комиссия под руководством академиков Т.Д. Лысенко и B.C. Немчино­ва: ей вменили в задачу выполнение «сталинских» поруче­ний по общесоюзному сельскому хозяйству и по разработке долговременной государственной агрополитики. Комиссия просуществовала до 1954 г., а затем, согласно решениям мартовского пленума ЦК КПСС, ее работа была объявлена неудовлетворительной. И прежде всего — за отрицательное отношение к инициативе Н.С. Хрущева и «хрущевцев» по скорейшему освоению залежных и целинных земель.

Комиссия предоставила в ЦК КПСС и Совет министров, а также лично И.В. Сталину семь докладов и ещё больше рекомендаций.

«Целинный вопрос» тоже был тщательно комиссией из­учен, поскольку некоторые ученые — будущие советники Хрущева — в 1949—1952 гг. буквально «бомбили» пись­мами не только Лысенко и Немчинова, но и многих членов Политбюро, лоббируя экстенсивное развитие сельского хозяйства страны: быстрое освоение новых земель преж­ними агротехническими методами и с помощью массового использования химических удобрений и, соответственно, перераспределения посевных площадей.

Документы той комиссии оставались в Советском Со­юзе под грифами «Секретно» или «Для служебного поль­зования». Однако в период конфронтации Москвы с Пеки­ном и Тираной — из-за «антисталинских» решений XX и ХХП съездов КПСС — они попали в Китай и Албанию, где им и дали ход.

Вот что прогнозировали ученые: «Распашка под пшеницу примерно 40 миллионов гектаров целинно-залежных земель, кардинально отличающихся по своим свойствам и требуе­мым методам обработки от сельхозугодий других районов СССР, приведет к хронической деградации этих земель, к не­гативным изменениям экологической ситуации в обширном регионе страны и, соответственно, к постоянному увеличе­нию затрат по поддержанию плодородия целинных почв».

В документах комиссии отмечалось также, что «времен­ный эффект, который выразится в больших урожаях на це­лине, не превысит двух-трех лет.

Затем, с помощью химических средств и увеличения объемов искусственного орошения, можно будет добивать­ся лишь поддерживания уровня урожайности, но никак не дальнейшего ее роста. Ввиду особенностей почвы и кли­мата в целинных районах, урожайность там будет вдвое-втрое ниже урожайности в традиционных сельхозрайонах СССР (Украина, Молдавия, Северный Кавказ, Центрально-Черноземный регион, некоторые районы Поволжья). Искус­ственное же наращивание ее за счет химизации и орошения приведет к неустранимому загрязнению, засолению и кис­лотному заболачиванию почв, а, значит, к быстрому распро­странению эрозии, в том числе на естественные водоемы в «целинном» регионе. Такая тенденция предопределит, в частности, ликвидацию животноводства как сельхозотрас-ли в регионе от Волги до Алтая включительно… В первые пять-шесть лет запасы плодородного слоя почвы — гуму­са — на целинных землях сократятся на 10—15 процентов, а в дальнейшем этот показатель составит 25—35 процентов в сравнении с «доцелинным» уровнем. Для искусственно­го орошения новых посевов могут потребоваться многоки­лометровые отводы от Волги, Урала, Иртыша, Оби и, воз­можно, от Арала и Каспия (с обязательным обессоливанием воды этих артерий). Это может привести к негативным, при­чем хроническим изменениям в водохозяйственном балансе многих регионов страны и резко сократит водообеспечение сельского хозяйства, особенно животноводства, на большей части территории СССР. А снижение уровня Волги, Урала и других водных артерий и водоемов отрицательно скажется на всех отраслях экономики регионов, примыкающих к це­линным землям, — особенно на лесном, рыбном хозяйстве, судоходстве и электроэнергетике, ухудшится там и экологи­ческая ситуация…

Если же стремиться к стабильному увеличению урожай­ности зерна на целинных землях в условиях деградации целинных почв и роста дефицита воды, то, наряду с посто­янным наращиванием объемов химизации почвы, придется в первую очередь целиком переориентировать нижнее и, частично, среднее течение рек Иртыш, Волга, Урал, Амуда-рья, Сырдарья и Обь на северный Казахстан и примыкаю­щие к нему районы. Следовательно, придется со временем полностью изменить русла и течение вышеназванных рек. Эти и смежные мероприятия приведут к постоянному росту себестоимости сельхозпроизводства, что усложнит общесо­юзную финансово-ценовую политику».

Нет, комиссия не отвергла в принципе идею освоения новых сельхозземель, в том числе целинных. Для чего, однако, требовались принципиально новые агробиологи­ческие и технические методы, в том числе развитие селек­ционной работы, учитывающей как специфику природно-климатических условий конкретных регионов, так и осо­бенности воздействия химических удобрений на те или иные виды сельхозрастений в конкретных регионах СССР.

Но решение о «неудовлетворительной» работе комиссии было «закрытым» и не публиковалось в печати…

Идею же быстро распахать целинно-залежные земли Н.С. Хрущев и его единомышленники-ученые выдвинули еще на пленуме ЦК КПСС в июне 1953 г., но тогда получили отпор со стороны как партийного руководства, так и многих ученых-аграрников, прежде всего Т.Д. Лысенко. Однако к весне 1954-го Хрущев и «хрущевцы», что называется, взяли реванш…

Вопреки доводам комиссии, целинные земли были рас­паханы в кратчайшие сроки под исключительно зерновые культуры. Посевы технических и кормовых злаков здесь были ликвидированы. За 1954—1958 гг. было вспахано 43 миллиона гектаров земель, из них в Заволжье, Западной Сибири и на Урале — 17, а в северных районах Казахста­на — 26 миллионов. Зато к 1959 г. посевные площади под зерновыми и техническими культурами в российском Не­черноземье, в Центрально-Черноземном регионе РСФСР и на Среднем Поволжье были, в целом, сокращены примерно вдвое по сравнению с 1953-м, в том числе посевы традици-ошюго там льна — почти втрое…

Как и прогнозировала комиссия, в первые пять лет на це­лине и, значит, в стране существенно рос сбор пшеницы. Но увеличивалась не урожайность, а площадь посевов: доля целшшых земель в посевных площадях пшеницы в СССР к 1958-му составила 65 %, а доля этих земель в валовом сборе пшеницы в стране почти достигла 70 %. Если средне­годовой валовой сбор пшеницы в 1950—1953 гг. был равен 62 миллионам тога, то в 1955—1958 гг. — 71 миллион. Но за шесть лет после 1953-го потребление сельским хозяйством химических удобрений, по официальным данным, возросло более чем вдвое: целинные земли требовали растущего ко­личества «инъекций», впоследствии заражающих и почвы, и зерно, и водоемы, и животноводство.

Естественно, увеличивались и капиталовложения в сель­ское хозяйство. Именно с «целинного пятилетия» сельское хозяйство стало главным потребителем денежных средств, но чем больше был их объем, тем быстрее снижалась их эффективность.

Игнорирование специфики целинных земель, о которой предупреждала комиссия, привело к наступлению ветро­вой и химической эрозии почв, частым пыльным тайфунам.

Только в 1956—1958 гг. с целины было «сдуто» 10 милли­онов гектаров пашни, проще говоря, территория Венгрии или Португалии. Сравнение данных о валовом сборе зерно­вых и технических культур — в миллионах тонн — 1958 и 1963 гг. в буквальном смысле ужасают: пшеница — 76,6 и 49,7; рожь — 16 и 12; овес — 13,4 и 4; сахарная свекла — 54,4 и 44; лен — 0,44 и 0,37; картофель — 86,5 и 71,6 (спра­вочник «Мировая экономика». М., 1965).

Вот что говорил мне член-корреспондент РАН, директор Института степи Уральского отделения РАН Александр Чи-билев:

—  После смены руководства страны весной 1953 г. тра­вопольная система земледелия была сперва раскритикова­на, а затем даже запрещена. Более того, власти предписали впредь не ухаживать за лесозащитными полосами, создан­ными в 1948—1953 гг. и позволившими предотвратить во многих регионах опустынивание, засоление почв, снижение их естественного плодородия. Страна начала невиданную в истории цивилизации скоропалительную распашку целин­ных степей и лесостепных земель. Такая аграрная политика стала роковой…

Другой мой собеседник, академик РАН и РАСХН Сергей Бобышев, оказался более категоричным:

—  Целина была третьим сильным ударом, добивающим русскую деревню после жертв коллективизации и войны. Резкий отток трудоспособного, квалифицированного и мо­лодого населения из русской деревни и принудительное перераспределение материально-технических ресурсов в пользу новых сельхозрегионов, которым предписали любой ценой стать «рекордсменами» по урожайности пшеницы, привели к деградации сельского хозяйства в центральной и северной части России.

Итак, продовольственное изобилие не состоялось. Зато на целинных землях большинство учрежденных совхозов и колхозов носили имена Никиты Сергеевича. Так что имя «основоположника» целины было увековечено. До его от­ставки в октябре 1964-го…

Напомним, что главный акцент на повышении продук­тивности сельского хозяйства во второй половине 1940-х — начале 1950-х был сделан именно на Европейском регионе СССР. В то время как, например, Средняя Азия, включая Ка­захстан, рассматривались, с учетом их экономической исто­рии и агроспециализации, — в качестве вспомогательных зерновых баз СССР. Поэтому 20 октября 1948 г. было при­нято постановление Совета министров СССР и ЦК партии «О плане полезащитных лесонасаждений, внедрения тра­вопольных севооборотов, строительства прудов и водоемов для обеспечения высоких устойчивых урожаев в степных и лесостепных районах Европейской части СССР».

В соответствии с этим документом, предстояло в 1948— 1965 гг. создать лесополосы общей протяженностью око­ло 5400 км, чтобы навсегда преградить дорогу суховеям и эрозии сельхозпочв на площади 120 миллионов гектаров, равной территориям Англии, Франции, Италии, Бельгии и Нидерландов вместе взятых. Центральное место в этом плане занимали полезащитное лесоразведение и орошение, причем с максимальным использованием водоресурсов лес­ных территорий (озер, болот и т.п.). В 1963—1969 гг. то же планировалось в ряде районов Казахстана и других средне­азиатских республик.

Только за 1948—1953 гг., благодаря реализации упомя­нутого плана, в Европейском регионе СССР продуктив­ность сельхозрастениеводства повысилась почти на треть, а животноводства (включая домашнее птицеводство) — на четверть; продуктивность же сельхозпочв увеличилась в том же регионе примерно на 40 %. В то же самое время объ­ем почвенной эрозии сократился в этом регионе более чем на 20 %.

Отметим и то, что в тот же период, то есть во второй поло­вине 40-х—первой половине 50-х гг. в ряде регионов СССР, в четком соответствии с их природно-климатическими условиями и возможностями (а не по волюнтаристским административным решениям середины 50-х — начала 60-х гг., например, по освоению целины или возделыванию кукурузы…) получили интенсивное развитие возделывание кок-, тау-сагыза и гваюлы, то есть натурального каучука — в большинстве союзных республик; сахарного тростника и бананов — в южных районах Азербайджана, Грузии и Средней Азии; хлопка — в Нижнем Поволжье, Ставропо­лье, Дагестане, в Армении, Молдавии и на юге Украины; винограда — в российском Черноземье, на юге Беларуси и Литвы, в Нижнем и Среднем Поволжье; цитрусовых, оли­вок и чая — в Адыгее, Закарпатье, Туркменистане, Узбеки­стане, Таджикистане, Ростовской области, Краснодарском Причерноморье, Ставрополье, Кабардино-Балкарии, Даге­стане.

В частности, были выведены, под руководством академи­ка Т.Д. Лысенко, новые высокопродуктивные и жизнеспособ­ные сорта этих культур, полностью адаптированные к мест­ным условиям. Быстро росли урожайность тех же сортов и, соответственно, объемы производства разнообразной гото­вой продукции из упомянутого сырья. Государство же эконо­мически стимулировало развитие этих новых отраслей.

Однако уже с мая-июля 1953-го системное выполнение всех вышеупомянутых проектов прекратилось. В «пользу» целины. А, например, выступивший против этих «хрущев­ских» новаций Минлесхоз СССР был тогда же расформиро­ван — вплоть до середины 1960-х…

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,119 сек. | 12.58 МБ