Хрущевские «фантики»

Денежные знаки 1947 г. в январе 1961-го были обмене­ны без ограничений на новые в соотношении 10:1. В той же пропорции изменились цены, тарифные ставки зарплат, пенсии, стипендии, пособия и другие денежные докумен­ты. По официальному заявлению Совета министров СССР (5 мая 1960 г.), делалось это «в целях облегчения денежного обращения и придания большей полноценности советским деньгам…».

Однако сопровождалась реформа не только повышением цен и тарифов, но и «замораживанием» выплат по восста­новительным займам 1945—1958 гг. Эти выплаты возобно­вились только с 1966 г., а полностью государство погасило задолженность по займам только в 1989 г. Золотое же содер­жание нового рубля СССР было соответствующим образом уменьшено.

И только теперь, по прошествии времени, стало понят­ным, что эта реформа дала начало постепенному обесцени­ванию советских денег с очевидными последствиями для страны. Так, по оценкам Завена Мосесова, бывшего замми­нистра финансов СССР (в середине 60-х — начале 70-х гг.), платежно-покупательная способность рубля в 1981 г. со­ставляла 60—62 %, а в 1988 г. — лишь 40—45 % от соот­ветствующего показателя 1961 г.

Последствия социально-экономических «эксперимен­тов» середины 50-х — начала 60-х: целинная и кукурузная кампании, продажа сельхозтехники колхозам и т.п. в сочета­нии с резким ухудшением международной обстановки (но­вый этап гонки ядерных, космических и других вооружений, развитие конфронтации с Китаем, обострение отношений с США) — вынудили тогдашнее руководство страны срочно искать финансовые ресурсы для латания перманентных де­нежных «дыр». Которых, кстати, становилось всё больше в связи с амбициозной программой освоения космоса и ока­зания расточительной помощи дружественным Москве раз­вивающимся странам (Египет, Индия, Индонезия, Алжир, Афганистан, Куба, Гана, Гвинея).

Необходимые финансовые ресурсы можно было найти только внутри страны. Так, уже с 1956-го было прекращено «сталинское» снижение розничных цен (1947—1955 гг.), а зарплаты были «заморожены» как минимум в половине от­раслей.

По закрытым данным Минфина СССР, за счет роста цен и удорожания растущего импорта курс советских денег обесценился в 1955—1960 гг. почти на четверть (см., напр.: «Пояснительная записка в Президиум ЦК КПСС». Мини­стерство финансов СССР, ДСП, март 1961 г.).

Кроме того, расширялась сеть торговли советскими и им­портными товарами, которые продавались за инвалюту и при­равненные к ней спецчеки — в рамках системы магазинов «Березка». Эти магазины появились в канун Всемирного мо­лодежного фестиваля в Москве, который состоялся в 1957-м.

Примечательно, что в канун денежной реформы 1961-го Хрущев самолично объявил о временной приостановке выплат по государственным облигациям. Дескать, займы будут погашаться… по мере приближения СССР к комму­низму. Народ отреагировал на это обещание мгновенно и по-своему: «Сталинские портянки заменили на хрущевские фантики».

Итак, денежные знаки 1947 г. в январе 1961 -го были обме­нены без ограничений на новые в соотношении 10:1. В той же пропорции изменились цены, тарифные ставки зарплат, пенсии, стипендии, пособия и другие денежные докумен­ты. По официальному заявлению Совета Министров СССР

(5 мая 1960 г.), «в целях облегчения денежного обращения и придания большей полноценности советским деньгам…». Но, к примеру, до этой реформы доллар США официально был равен по курсу четырём рублям, а новый курс был на­значен. .. лишь в 90 копеек.

По экспертным оценкам Минфина и Госплана СССР (1961—1962 гг.), новый рубль был недооценен в 2,25 раза, а платежно-покупательная способность рубля по отноше­нию к импортным товарам (в том числе из соцстран), соот­ветственно, во столько же раз уменьшилась. Другими сло­вами, рубль оказался снова «привязанным» к финансово-экономическим интересам США, точнее — к американским деньгам, что было отменено с весны 1950 г.

Бессменный (с 1938 г.) нарком, а затем министр финансов СССР Арсений Григорьевич Зверев (1900—1969), не согла­сившись с характером предстоящей реформы, 16 мая 1960 г. подал в отставку. Это произошло сразу же после того, как 4 мая того же года было подписано постановление № 470 Совета Министров СССР «Об изменении масштаба цен и замене ныне обращающихся денег новыми деньгами».

По имеющимся данным, А. Зверев не соглашался с «хру­щевским» сроком реформы, полагая, что надо сперва вер­нуть платежно-покупательную способность рублю и по­степенно увеличивать платежеспособный спрос населения на товары и услуги. Он считал, что одновременные дено­минация и рост цен способны в перспективе обанкротить советскую экономику и внешнюю торговлю, сориентировав их, в основном, на экспорт сырья и растущий импорт всё большего ассортимента товаров. Того же мнения придержи­вались уже опальные к тому времени М.З. Сабуров (пред­седатель Госплана СССР в 1950—1958 гг.), Д.Т. Шепилов, В.М. Молотов. Кстати сказать, именно со ссыпками на Мо-лотова такие оценки реформы появлялись в 1960—1962 гг. в СМИ Китая, Югославии, Албании. Так что исключение в 1962-м Шепилова и Молотова из КПСС связано в том числе с их мнением по этой реформе.

Характерно, что после отставки Хрущева в 1964-м Зве­рева не привлекали к руководящей финансовой работе. Ви­димо, прежде всего, потому, что экономика, в том числе де­нежная система СССР, что называется, шла тем же курсом в соответствии с прогнозами Зверева, Сабурова, Шепилова, Молотова…

Впрочем, округление цен и тарифов в большую сторону позволило госбюджету в ходе реформы дополнительно по­лучить как минимум 3 миллиарда рублей.

Но рынок отреагировал на реформу по-своему, как и пред­полагала так называемая «антипартийная группа Молотова, Маленкова, Кагановича и примкнувшего к ним Шепилова». Точнее, если в госторговле цены понизились в 10 раз, то в кооперативной торговле и на сельхозрынках максимальное снижение было только шестикратным. Однако уже с весны 1961-го возобновился рост цен на товары и услуги во всех секторах торговли, в том числе по межотраслевым и меж­региональным связям, продолжавшийся, с краткосрочными перерывами, вплоть… до распада СССР. Параллельно с этим началось постепенное «вымывание» магазинно-товарного ассортимента в более прибыльную торговлю на рынках, в том числе валютных и чековых магазинах.

По имеющимся данным, участвовавшим в соответствую­щих разработках НИИ поставили задачу — побыстрее про­считать баланс новой денежной эмиссии и, что называется, «не заморачиваться» детальными исследованиями соотно­шений цен на товары и услуги, спроса на них и расчетами платежно-покупательной способности новых денег. А вот те НИИ, которые пренебрегали такими указаниями, фак­тически отстранялись от работ по реформе (подробнее см.: Ежегодники Мюнхенского института по изучению истории и культуры СССР — 1963 и 1971 гг.).

Словом, был дан старт длительному и необратимому обесцениванию советского рубля, что, в свою очередь, при­вело к небезызвестным последствиям для экономики СССР и советского государства в целом. Поэтому резонно предпо­ложить, что денежная реформа 1961-го могла быть состав­ным звеном поэтапного разрушения Советского Союза.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,124 сек. | 12.87 МБ