Что делать? Мобилизация ресурсов, анализ, действия

Я спросил Ельцина, с кем из военачальников он имеет какие-то связи, знакомства, позволяющие переговорить о ситуации. Он назвал Павла Грачева, командующего воздуш­но-десантными войсками, — как-то встречались, говорили о чем-то, хотя трудно это назвать «знакомством».

Я. Позвоните ему, спросите о намерениях ГКЧП и почему в Москву вводятся войска, вопреки законодательству? Поче­му об этом ничего не знает российская власть?

Ельцин так и сделал. Переговорил с Грачевым, кажется, минут пять. Но ничего конкретного тот ему не сказал, огра­ничившись тем, что у него имеется приказ министра оборо­ны маршала Язова выдвинуть войска в центр Москвы и взять под контроль «определенные объекты». Вот и весь разго­вор — я сам все это слышал. Следующий разговор Ельцина, по моей подсказке, был с Назарбаевым. Он, похоже, был очень напуган и слышать не хотел о каких-то «совместных акци­ях» типа обращения к народу СССР — эту идею я предло­жил Ельцину для согласования с казахстанским и украин­ским президентами. Назарбаев стал даже намекать на то, что все — это «ваши московские дела», они как бы «не совсем ка­саются Казахстана, и вы там у себя разберитесь, что к чему».

Разговор с Назарбаевым не вдохновил нас. Ельцин, кото­рый расстался с ним всего лишь пару дней тому назад более чем дружески, на этот раз столкнулся с шокирующей сдер­жанностью и холодностью Назарбаева. Он с удивлением по­вторил мне слова Назарбаева — «надо изучить обстановку», «это — ваши московские игры».

С Кравчуком вообще не удалось связаться — видимо, он распорядился, чтобы его не соединяли с нами. В приемной сообщили, что с Кравчуком в настоящее время связь невоз­можна. Нам с Ельциным тогда показалось, что оба эти наши самые близкие союзники знают нечто больше того, что знаем мы, — возможно, с ними о чем-то уже договорились, возмож­но — за «наш» счет. Так оно и оказалось, о чем я узнал впо­следствии. На Назарбаева мощно «надавил» Крючков. А Крав­чука до полусмерти напугал генерал Варенников, командую­щий сухопутными войсками. Варенников прибыл в Киев сразу же после предъявления ультиматума Горбачеву и имел длительный разговор с Кравчуком. Он так же, как и Назар­баев, взял обязательства «не вмешиваться в московские де­ла», в обмен на обещание не вводить ЧП в их республики. Наивные люди! Стоило нам потерпеть поражение в Моск­ве — и у них полетели бы головы! Конечно, всего этого мы еще не знали, но нечто такое заподозрили уже в те первые минуты путча.

Затем мы с Ельциным обсудили основной вопрос: «Что же нам делать?» У нас нет войск, Украина и Казахстан нас не поддерживают, Прибалтика — не игрок, эти три республики СССР «списали со счета» — они нам не союзники. Несколь­ко позже мы узнали, что все эти три республики вместе со своими лидерами замерли в страхе, ожидая жестокой рас­правы, несравнимой с событиями 20 января. Так что здесь рассчитывать на помощь вообще не приходилось.

Я. Что у нас есть? Это, по сути, один фактор — поддерж­ка народа, как единственная наша опора — если нам удастся его поднять. Точнее, если позволят лидеры ГКЧП. Я сказал, что на первом этапе ГКЧП (коль скоро мы с ним, Ельциным, все еще не арестованы), скорее всего, применит по отноше­нию к нам «мягкий вариант» давления. В надежде, что мы с вами, Борис Николаевич, попросим пощады, согласимся с их основными требованиями. Поэтому, если мы не будем ре­прессированы в ближайшие часы, — пока мы не прибудем в Парламентский дворец, — у нас появляется возможность для организации сопротивления…

Ельцин. Что вы имеете в виду? Вывести народ на улицу? Это было бы хорошо, но вряд ли нам это позволят сделать!

Я. Поэтому надо быстро, на весь мир заявить, что мы, ру­ководители России, заявляем о своем сопротивлении Янае­ву и его группе, узурпировавшей власть у президента Горба­чева. Поэтому нашим первым лозунгом должно быть требо­вание вернуть Горбачева в Кремль. Но все это — повторяю — в том случае, если нас с вами немедленно не арестуют.

Ельцин. Да нет, Руслан Имранович! Я не буду защищать Горбачева. Он мне столько крови попортил… Пусть «они» делают с ним, что хотят. «Горбачев сам привел ситуацию к такой разрядке», и он, Ельцин, не будет требовать его «вос­становления» в президентской должности, если он на самом деле «сидит».

Я, откровенно говоря, внутренне был удивлен такой при­митивностью суждений собеседника. Поэтому возразил: «Речь идет не том, чтобы вы помогли Горбачеву. Речь идет о том, что данное требование к путчистам может помочь стра­не, да и вам лично, и мне тоже — сохранить наши жизни, обеспечить победу над путчистами. В этом — суть нашего требования немедленно вернуть Горбачева в Кремль».

Ельцин молчит. Далее я развил свою мысль, подчеркнув два следующих момента.

Первое. Путчисты, зная, что вы ненавидите Горбачева, меньше всего ожидают такого шага с нашей стороны. Они ждут чего угодно, но не требования немедленно вернуть в Кремль президента Горбачева. Это вам понятно, Борис Ни­колаевич! Здесь ключевой элемент всей нашей тактики борьбы!

Второе. Нас с вами в народе считают «нарушителями» Конституции СССР. Представляете, какая мощная волна поддержки наших действий развернется, когда люди узнают, что Ельцин, несмотря на свою антипатию к Горбачеву, во имя закона и справедливости требует возвращения в Моск­ву изолированного путчистами Горбачева? Это надо отра­зить в нашем воззвании к народу, которое мы с вами должны немедленно, без промедления написать и распространить в стране. Пока такая возможность имеется.

«Согласен, Руслан Имранович, так и будем действо­вать», — сказал Ельцин. Он полностью согласился с такой тактикой.

Времени у нас вообще не было, поэтому наше обсужде­ние было энергичным. Когда мы согласовали эти положе­ния, в комнату стали заходить наши соратники и помощни­ки. Первым пришел взволнованный Иван Степанович Сила­ев, который хотя и не находился в поселке, но сумел добраться раньше других, живших здесь же, по соседству; за­тем прибыли Руцкой, министры Ярошенко и Полторанин, советник Ельцина Бурбулис, депутат Шахрай. К концу сове­щания подъехал Собчак.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,107 сек. | 12.51 МБ