Идем домой

К этому времени приготовились к переходу и другие ко­рабли. Отмечу, лодка С-81 не выдержала ударной волны, хода она не имела и восстановлению не подлежала. Из ос­тавшихся трех подводных лодок сформировали отряд, стар­шим его назначили меня. Мы выстроились в кильватер и направились из Черной губы в Белое море. День отплытия нам назвали без учета прогноза погоды. Поначалу море было относительно спокойным — ветер южный, 4 балла, вол­нение не превышало 3 баллов, и шли мы со средней скоро­стью 8 узлов. Однако когда отряд удалился от берегов Новой Земли на 40 миль, корабли вошли в плотный туман. Мы сба­вили ход до 5 узлов и увеличили расстояние между лодками до 15 кабельтовых. Через некоторое время «пропала» лодка Б-9, точнее, мы потеряли с нею связь, на вызов по УКВ она не отвечала.

В те времена на лодках довоенной постройки радиолока­ции еще не было, и наблюдение за кораблями, их местополо­жением в строю при совместном плавании велось только визуально. Мы вынуждены были застопорить ход и лечь в дрейф, надеясь на то, что потерявшаяся лодка сама обнару­жит нас. Но этого не произошло. Эфир молчал, наши акус­тики не слышали никаких шумов. Пришлось донести командованию о случившемся. Пришел приказ — организо­вать поиск Б-9 и продолжать вызывать ее по радио.

Мне в тот момент показалось довольно странным столь безаппеляционное приказание. Как можно искать пропав­шую лодку в условиях малой видимости без радиолокации? Но искать надо. Обе наши лодки выстроились фронтом на дистанции 3-4 кабельтовых, легли на обратный курс и при­нялись ходить переменными галсами.

На третьи сутки безуспешного поиска пришла радиограм­ма, в которой сообщалось, что лодка Б-9 обнаружена летчи­ками в губе Башмачной без хода, радиосвязь на ней тоже не работает. Мне разрешили возвращаться в Молотовск, но топлива у меня хватило бы только до района Канина Носа. Тогда мы с командиром лодки С-84 В.А. Евдокимовым ре­шили найти у берега песчаную отмель, где моя лодка легла бы на грунт на глубине 5-6 метров так, чтобы палуба остава­лась на поверхности моря, а лодка Евдокимова имела бы возможность передать нам часть своего топлива. Несмотря на зыбь этот маневр удался — мы подали шланги и перекача­ли топливо. Теперь его хватало для перехода в Молотовск.

Конечно, я не имел разрешения на столь рискованный ма­невр, да и о намерении провести его никому не докладывал. Думаю, если бы доложил, вряд ли получил согласие. Но все обошлось: я снялся с мели, обе лодки вышли на чистую воду и с радостью от исполненного авантюрного решения мы дали ход 9 узлов обоими дизелями. Казалось бы, девиз «Кто не рискует, тот не пьет шампанского» оправдался…

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,142 сек. | 12.59 МБ