Подвела гора шелудивая

К осени 1969-го на Новой Земле готовились подземные испытания. Эта работа, как вспоминают ветераны полигона, шла напряженно: горняки занимались проходкой сразу двух штолен, а силенок у их экспедиции оказалось маловато. В Госкомиссии, которую возглавлял начальник 5-го управле­ния Минсредмаша Георгий Александрович Цырков, специа­листы нервничали и, как говорится, принимали меры.

Обе штольни — А-7 и А-9 — были пройдены в горе с неп­резентабельным названием — Шелудивая. Ее северный склон обращен к проливу Маточкин Шар и поселку Север­ный, западный — к реке Шумилиха. В геологическом плане гору сравнивали со слоеным пирогом из разного вида слан­цев, кварцитов, доломитов, известняков. Концевой блок штольни А-7 как раз оказался из кварцитов, а концевой блок штольни А-9 впервые в практике испытаний «уперся» в известняки. Командный пункт руководства испытаниями (КПР) находился в 6 километрах от штолен в точке, кото­рая на карте обозначалась как высота 132. От него до уре­за воды — не более 500 метров. Здесь же располагались командные пункты связи, авиации, тыла, несколько площа­док для вертолетов, пункты санитарной обработки и дезак­тивации техники.

Подробное описание событий 14 октября 1969 года нам оставил известный новоземелец капитан I ранга в отставке Георгий Алексеевич Кауров. Правда, мы обратили внимание на одну допущенную им неточность — пассажирский тепло­ход «Буковина» он называет «Татарией». Правда, грех здесь небольшой, поскольку оба эти судна идентичны — из одной серии и оба ранее привлекались к обеспечению ядерных ис­пытаний на Новой Земле.

Погода в тот день, со слов Георгия Алексеевича, выда­лась на редкость хорошей. В поселке Северный вообще за­штилело, а по Шумилихе наблюдалась едва заметная тяга в сторону пролива. Все было готово к взрыву, и рядом с КПР выстроилась колонна из пяти гусеничных вездеходов (ГТТ). На них так называемая группа первого броска максимально быстро должна была достичь обвалованных грунтом соору­жений с регистраторами измерений. Поясним: при подзем­ных взрывах сигналы от сотен датчиков, установленных по всей длине штолен, по кабелям передавались на специаль­ные приборы, и уже с них так называемые осциллографи-ческие развертки фотографировались. Однако в случае радиоактивного облучения фотопленок они, естественно, засвечивались, и драгоценная информация утрачивалась. Поэтому группе первого броска и ставилась задача — в тече­ние 30-50 минут изъять материалы регистрации и доставить их в лабораторию для проявки.

В мгновение взрыва двигатели ГТТ уже работали, а рас­четы испытателей под началом Николая Волошина находи­лись рядом с ними. Еще через три минуты колонна двинулась к эпицентру. Впереди шла машина радиационной разведки. В ней и находился наш рассказчик Георгий Алексеевич Ка-уров. Одновременно над горой Шелудивая появились верто­лет и самолет — тоже для дозиметрического контроля. По словам Каурова, расчеты группы первого броска сняли мате­риалы за 41 минуту и, не подвергнувшись облучению, вер­нупись. Но чуть позже, когда специалисты проводили прямые измерения ралиации и газовой среды, в приустье­вом участке штольни А-9 был зафиксирован роет температу­ры и давления, а мощность дозы излучения достигла десятки тысяч реп иен в час. Одновременно радиоактивный выброс обнаружили и вертолетчики. Тогда испытатели на машине разведки покинули приустьевую площадку. На этот момент излучение здесь составляло около 5 рентген в час.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,107 сек. | 12.55 МБ