Российские депутаты съезжались на Чрезвычайную сессию Верховного Совета, а маршал Язов приказал вывести войска из Москвы

Забрезжил рассвет. Ночь быстро отступала, наступал день, светлело. Я окончательно понял: «Мы — выстояли». Мне сообщили, что Язов отказался далее участвовать в опе­рации «Гром»… В 7 часов утра мне позвонил его заместитель, генерал Ачалов, сообщил о позиции министра обороны и его решении начать вывод войск из Москвы. Попросил связать­ся с приемной министра обороны руководителей столицы, Попова или Лужкова — надо немедленно начать вывод тя­желой техники с центральных площадей и улиц Москвы, по­этому необходимо содействие городских властей…

К утру 21-го съехались члены Верховного Совета и мно­гие депутаты — не члены Верховного Совета — на открываю­щуюся в 10 часов утра сессию, всего около 650 депутатов. Мы вздохнули с облегчением, узнав, что их беспрепятственно пропустили в Москву (Лукьянов сдержал обещание, данное мне). Правда, большинство депутатов уже были в Белом до­ме, организовывали оборону, вели бесконечные разговоры с солдатами, снабжали их нашими постановлениями и указа­ми, объясняли неконституционный, преступный характер государственного переворота… Наступил день — день сокру­шения заговорщиков.

К утру 22 августа, когда стало очевидно, что путч оконча­тельно провалился, по КГБ была дана команда собрать все документы в мешки и подготовить к уничтожению. Но столь хваленая организация Крючкова даже этот приказ не смогла выполнить — почти половина сотрудников «гуляла» по Мо­скве, — они на работу не вышли. А вскоре поступила команда «мешки разобрать, документы вернуть на прежнее место». Од­нако все руководящие работники Управления-3 лихорадоч­но уничтожали свои документы на бумагорезке (оператив­ные работники доступа к бумагорезкам не имели). Вся эта растерянность этого еще вчера мощного инструмента госу­дарства по осуществлению систематического «контроля» над деятельностью 300 миллионов человек была просто ошеломительной. Их моральная подготовка оказалась куда слабее по сравнению с нашей — «депутатской». Большинст­во этих людей, видимо, пришли в КГБ за обещанной безбед­ной жизнью. Что им за дело — государство защищать! Те же обыватели, которых они должны были «контролировать». Они должны были занять четкую и жесткую позицию: или ГКЧП, или Верховный Совет России. Это была бы честная позиция, но они поступили трусливо — «ни туда ни сюда».

23 августа, во второй половине дня, был дан приказ подго­товить к сожжению документы Информационно-аналитиче­ского управления КГБ. Но в 18 часов дали отбой. Впрочем, все главные документы были уже уничтожены 21 августа с 15 до 19 часов. Всеми сотрудниками без всякой команды «сверху» — из-за панической боязни ответственности за подготовку путча ГКЧП. Операция «Гром», разработанная КГБ СССР, провалилась. Этот провал был следствием раз­ложения самого КГБ. По сути, эта организация перестала су­ществовать еще до формального распада СССР 8 декабря 1991 г. Ее гибель рельефно обозначилась с карабахской вой­ны 1989 г., а смертельный удар она нанесла и себе, и СССР своим активным участием в заговоре против президента СССР, который на деле обернулся заговором против единст­ва СССР. Это как у Александра Зиновьева — «били по ком­мунизму, а попали по России»; в нашем случае — пытались отстранить Горбачева, а разрушили Советский Союз.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,142 сек. | 12.44 МБ