V съезд народных депутатов

V съезд народных депутатов начал свою работу 28 ок­тября 1991 г. Это был тяжелый период для СССР, сложив­шийся после августовских событий и фактического безвла­стия в СССР и в России. Республики, которые готовились подписать Союзный договор (9 республик), вместо него под­писали «экономическое соглашение», призванное хотя бы сохранить производственные и кооперационные связи меж­ду предприятиями. Но оно было разработано наспех, без серьезного изучения новой обстановки, и предложено Ель­циным. И без особых сложностей подписано главами рес­публик — тем более что оно ни к чему их не обязывало. Во­обще достаточно легкомысленное, поверхностное отноше­ние к серьезным документам — это был стиль деятельности Ельцина.

А между тем с августа стремительно происходил факти­ческий развал экономики СССР, она распадалась буквально на глазах. Политическая система уже рухнула немедленно (после приостановления деятельности КПСС). Верховные Советы союзных республик и их президенты также факти­чески стали независимыми высшими органами власти. Но в некоторых из них, например в азиатских, все еще достаточно терпеливо выжидали, что же предпримет российское руко­водство: будет ли оно стремиться к созданию какого-либо Союзного государства, возможно в конфедеративной форме, или оно пойдет но пути полной самостоятельности Рос­сии — что означало бы конец какого-либо Союзного госу­дарства. Все ждали начала работы V съезда народных депу­татов России и выступления на нем президента Бориса Ель­цина. Было ясно, что именно на этом съезде будут даны от­веты и на вопросы будущего Союза, и на вопросы, связанные с реформами в России. С нас брали пример, и наши законы становились эталонными для их законодателей.

Ждали ответов на эти вопросы прежде всего граждане России, жизнь которых с каждым днем становилась все труд­нее. Но тем не менее настроения в обществе были достаточ­но оптимистические — после подавления ГКЧП авторитет и президента, и парламента в громадной степени возрос. Люди доверяли в целом российской власти, ожидали, что в ходе работы съезда и после него президент и парламент совмест­но возьмутся за решение главных задач, которые волнуют общество, — это социально-экономические трудности, кото­рые становились для людей все более невыносимыми.

При этом особенностью ситуации было то, что на пути реформ уже не было никаких сильных политических против­ников — комбюрократия была разбита и разогнана. Подав­ляющее большинство населения поддерживало нашу совме­стную парламентско-президентскую деятельность, полагая, что она направлена на общее благо. Это означало, что фор­мируемое нами совместно, в соответствии с Конституцией, правительство будет иметь предельно благоприятные воз­можности для проведения кардинальных экономических ре­форм. Это был уникальный исторический шанс, которым не мог не воспользоваться разве что человек, не имеющий эле­ментарного политического чутья.

И этим человеком, который не использовал этот очень редкий в истории, уникальный шанс, даже с точки зрения своих личных интересов, был Ельцин. Фактически именно на этом съезде, наиболее расположенном к нему из всех де­сяти съездов, начиная с первого в мае-июне 1990 г., когда он был избран Председателем Верховного Совета России, Ель­цин положил начало курсу конфронтации с Верховным Сове­том (еще не завершив личную борьбу с Горбачевым).

На съезде Ельцин выступил с «обращением к народу». По сути, это был обстоятельный доклад о социально-эконо­мическом и политическом положении России, из которого было ясно, что президент России не стремится к сохранению Союза в какой-либо форме. Но с наибольшей отчетливостью в этом его выступлении были обрисованы контуры экономи­ческой политики России, которую он просил поддержать съезд народных депутатов. Это был, повторю, обстоятель­ный доклад президента, со всеми верными и неверными оценками и предложениями, но имеющий свою концепту­альную базу. И совершенно очевидно, что он подлежал все­стороннему обсуждению, а президент должен был лично по­яснить многие сомнительные положения, обосновать свои программные действия, которые он планировал предпринять согласно тексту выступления, ответить на вопросы депута­тов, которые были вправе их задать и получить от него отве­ты как избранники народа.

Но накануне вечером, когда мы вдвоем в его кабинете об­суждали это предстоящее выступление на съезде, Ельцин сказал мне, что не хотел бы его представить как «доклад» — чтобы избежать вопросов депутатов, обсуждения, дискус­сии. А любой «доклад» на съезде и в парламенте предполага­ет обсуждение и дискуссии, а «выступление» — нет. Поэтому Ельцин хотел представить свой доклад как выступление в форме «обращения». Я давно понял эту особенность Ельци­на — он боялся публичной полемики, ему была неприятна сама форма дискуссий, когда он должен был отвечать на во­просы. Он терялся, говорил часто что-то невпопад и в целом был полемистом неважным. Поэтому он часто «выпускал» на трибуну предыдущих съездов обычно меня. Но на этот раз я никак не мог «заменить» президента.

Я, хотя и нехотя, согласился: что делать, если президент боится полемики?.. Тем не менее избежать обсуждения ос­новных положений доклада президента, как бы он ни назы­вался, было не только невозможно, но и нелогично. А Ель­цин почему-то считал, что все депутаты дружно зааплодиру­ют ему и проголосуют за проект постановления, который заготовили его помощники. Видимо, десятилетия работы в системе высшего партийного чиновничества давали себя знать, а победа над ГКЧП так вскружила голову, что он не хотел даже размышлять над тем, что благодаря именно этим депутатам, которые организовали Сопротивление, мы вме­сте (а не он — Ельцин) сумели переиграть ГКЧП. И теперь эти депутаты в Большом Кремлевском дворце съездов хотят выслушать его, президента, задать ему вопросы, выступить перед ним, высказать свои мысли и суждения. Они хотят, чтобы он учел эти их мнения. Разве это было трудно сде­лать? И разве этого не сделал бы любой другой большой и опытный политик? Но для этого надо было быть именно «большим политиком», каковым Ельцин не был и, видимо, не мог быть таковым — ни в силу своих интеллектуальных способностей, ни как продукт иррационального опыта про­шлых десятилетий. Отсюда — эти непрерывные мелкие, и не очень мелкие, хитрости, навязывание искусственной борьбы или ситуации борьбы там, где их принципиально быть не мог­ло, склоки и интриги вместо честного политического про­цесса и отстаивания принципиальной политической линии. Использование грязных трюков в политике — этому было положено начало именно с периода возвышения Ельцина, буквально с первых дней его восхождения к реальной вла­сти — чего, отметим, принципиально не было в течение дос­таточно долгой горбачевской эпохи. Даже к нему лично, Ельцину, зная его ненависть к себе, Горбачев относился весь­ма снисходительно, прощая… Но, однако, вернемся к прерван­ному повествованию — событиям на V съезде.

Я открываю начало работы съезда народных депутатов.

Хасбулатов. Заседание V Съезда народных депутатов объявляется открытым. (Звучит Государственный гимн Рос­сии, все встают). Прошу садиться. Уважаемые депутаты! По­вестка дня съезда утверждена в начале первого этапа его ра­боты. Есть предложение предоставить слово для выступле­ния с Обращением к российским народам, съезду народных депутатов России Президенту Российской Федерации Бо­рису Николаевичу Ельцину — в соответствии с его просьбой и конституционным правом. Борис Николаевич, Президент Российской Федерации, Вам слово.

ДОКЛАД ЕЛЬЦИНА

Уважаемые народные депутаты! Граждане Российской Федерации! Я обращаюсь к вам в один из самых критических моментов российской истории. Именно сейчас определяется, какой будет Россия, да и страна в целом, в последующие годы и десятилетия, как будут жить нынешнее и другие поколе­ния россиян.

Обращаюсь с решимостью безоговорочно встать на путь глубоких реформ и за поддержкой в этой решимости всех сло­ев населения. Настало время принять главное решение и на­чать действовать. Два месяца мы живем практически в но­вой стране. Провал антиконституционного переворота ока­зался провалом для всей тоталитарной системы, основанной на диктате КПСС и господстве консервативного центра! Ре­прессивная система управления опустошила Советский Со­юз, разрушила его экономику и рассыпалась сама. Пришло время действовать решительно, жестко, без колебаний. Стар­товая база известна всем. Положение напряженное. Трудно с продовольствием, товарами первой необходимости. На грани разрушения финансовая система. Инфляция достигла кри­тической точки. 55 процентов семей живут ниже черты бед­ности…

Обстановка не улучшается. Победа демократии и свобо­ды не покончила с экономическим кризисом, не примирила на­роды. Жизнь в стране сегодня при параличе власти стала бо­лее дезорганизована. Крайне непросто строятся новые отно­шения между суверенными республиками. Даже те вопросы, которые казались простыми, решаются медленно и болезнен­но. Резко возросшие центробежные тенденции обострили и без того сложное положение в народном хозяйстве, усилили спад производства.

В новой ситуации особенно ярко проявились слабость рос­сийской государственности и вынужденные просчеты в так­тике. Ориентиры и цели были выбраны правильно, немало сделано по созданию законодательной базы новой России. Но надо сказать откровенно — мы исходили из того, что, проби­вая реформы, нам предстоит длительное противостояние сильному центру, и на этом строили всю свою политику… За­являю как Президент Российской Федерации — сегодня выра­ботаны конкретные меры по осуществлению пакета реформ.

Период движения мелкими шагами завершен. Поле для ре­форм разминировано. Нужен крупный реформистский про­рыв. У нас есть уникальная возможность за несколько меся­цев стабилизировать экономическое положение и начать про­цесс оздоровления. Мы отстояли политическую свободу. Те­перь надо дать экономическую. Снять все преграды на пути свободы предприятий, предпринимательства, дать людям возможность работать и получать столько, сколько они за­работают, сбросив бюрократический пресс.

Должен сказать откровенно — сегодня в условиях острей­шего кризиса провести реформы безболезненно не удастся. Наиболее трудным будет первый этап. Произойдет некото­рое падение уровня жизни, но исчезнет, наконец, неопределен­ность, появится ясная перспектива. Главное, что не на сло­вах, а на деле мы начнем, наконец, вылезать из трясины, ко­торая засасывает нас все глубже. Если пойдем по этому пути сегодня, ощутимые результаты получим уже к осени 1992 года.

Межреспубликанские органы призваны играть только кон­сультативно-координирующую роль. Реальную власть те­перь осуществляют республики. И поэтому Российская Фе­дерация должна будет вести самостоятельную политику, дей­ствовать, исходя из национально-государственных интере­сов, а не по навязанному ей шаблону.

Первое направление — экономическая стабилизация. В ее основе — жесткая денежно-финансовая и кредитная по­литика, налоговая реформа, укрепление рубля. Но самая бо­лезненная мера — разовое размораживание цен в текущем го­ду. Без нее разговоры о реформах, о рынке — пустая болтовня. За последние годы все это уже поняли, но никто не решался пойти на этот тяжелый шаг. Отсюда бесконечные компро­миссы, проложившие дорогу хозяйственному хаосу.

Второе — приватизация, создание здоровой смешанной экономики с мощным частным сектором…

Третье. Завершается подготовка пакета мер по реформе банковской системы.

 

Важнейшее направление здесь — введение жестких меха­низмов против неконтролируемой эмиссии денег и кредитов. Если и далее медлить с ними — неизбежны гиперинфляция и развал всей денежной системы…

В нашей республике этот вопрос имеет известную специ­фику. Настало время сказать четко и ясно — в России одна власть: Российский съезд и Верховный Совет, Российское пра­вительство, Российский Президент!…

…Как Президент, я намерен создать условия для нового кабинета, но и потребую от него работы во имя людей. Если не будет порядка, народ сметет всех, не разбираясь. Реорга­низованное правительство будет компактным по составу. Предполагается значительно сократить количество мини­стерств и аппарат Совмина. Правительство будет нацелено на выполнение строго очерченного круга следующих функций:

•    обеспечение суверенитета республики;

•    стабилизация и реформирование экономики;

•    социальная защита населения.

Ряд направлений деятельности будет делегирован на уро­вень территорий и самостоятельным хозяйствующим субъ­ектам. На Правительство РСФСР возлагается вся полнота ответственности за состояние республики. В этом вопросе ему будут предоставлены самые широкие права и исключено дублирование в любых органах, включая администрацию Пре­зидента России.

Учитывая быстрое изменение обстановки в ходе реформ, съезд мог бы предоставить Президенту право самостоятель­но или с последующим утверждением изменять структуру высших органов исполнительной власти, решать вопросы персонального состава руководителей этого органа. Обста­новка требует временно, на год, предложить новую систему взаимодействия: Верховный Совет — его Президиум — Пре­зидент. Соответствующий проект постановления вам бу­дет представлен…

(Доклад приведен с сокращениями, однако изложены ос­новные концептуальные положения.)

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,106 сек. | 12.54 МБ