Верю в судьбу

Я отработал на Севмашпредприятии 35 лет, участвовал в строительстве и сдаче многих атомных подлодок, работал добросовестно — награжден двумя орденами Трудовой Сла­вы, медалями. Так же честно и служил, выполнял свой воин­ский долг, не был трусом. У меня нет обид и жалоб на своих командиров, и бывших руководителей страны я ни в чем не виню — испытания ядерного оружия нужно было проводить, а без участия в них людей это невозможно.

Я не верю в счастье, но верю в судьбу — если было на роду написано прожить такую жизнь, так тому и быть, значит, нужно было пройти через все это. Но сейчас уже настало время получить все компенсации и льготы нам, испытате­лям ядерного оружия. У меня пока хорошая память, все, что написал о службе на полигоне, все это чистая правда, и стыдно должно быть государству, которое забыло о наших подвигах и страданиях.

Уроженец Одессы В и кто р Сергеевич Ясинский —

участник первых испытаний ядерного оружия на Новой Зем­ле. В период с 1955 по 1957 год он служил в звании старшины на морском буксире, который не только обеспечивал транс­портировку грузов и проведение испытаний на Новой Зем­ле, но и аварийно-спасательные операции в районе полигона После увольнения в запас Виктор Сергеевич работал на Сев­машпредприятии, за доблестный труд награжден орденами и медалями.

— Родился я в южном морском городе — Одессе, здесь окон­чил школу и здесь же поступил в медицинское училище ВМФ. Но через какое-то время забрал переводную в Одес­ский аварийно-спасательный отряд — АСО. Там я был на практике, и мне очень нравилось. Первое время был матро­сом, а затем поступил в Балаклавскую школу водолазов, учился и после определился вольнонаемным в воинской час­ти при АСО.

Приспело время служить, а призывался я там же, в Одес­се, командир АСО каперанг Малафеев предложил оформить­ся в отряде. Получалось — служить рядом с домом. Но тогда, в 50-е, с этим делом было строго, в том смысле, что такая служба не поощрялась — ведь рядом с домом всегда много соблазнов. Да я и сам для себя решил — попрошусь на корабли.

Военкома нашего хорошо помню — полковник Ананьев, Герой Советского Союза. Он меня выслушал и согласился: служба дома — не служба, но и предупредил: будет очень трудно, будет тяжелый район плавания На его последнюю фразу тогда я внимания не обратил, а потом, уже через годы, вспоминал много раз. Потому что уверен военкомовские уже знали, что и где меня ждет, но сказать прямо не могли, из-за секретности.

Вот слышу от некоторых, мол, мы тогда уже про бомбу знали, то-то и то-то видели. Не верю я этому. Все так строго секретили, что разглядеть, разузнать, понять что-либо было невозможно, даже если очень захотеть. А тайну вокруг ис­пытаний на Новой Земле начинали обеспечивать задолго до первого взрыва. Я сам в этом убедился.

Призывников-одесситов набрался целый эшелон. Повез­ли нас сначала в Таллин, потом в Палдиски. Здесь — школа подплава. Командовал ею каперанг Анатолий Михайлович Коняев — известный подводник, он звание Героя получил еще до войны, за финскую кампанию. Я был у него в первом выпуске. Снова учился водолазному делу, но уже полтора года. Опыт у меня был еще с Черного моря, и в школе под­плава мне тоже предлагали остаться. Но я подумал, пораз­мыслил: нет, хочу на корабли.

Нас таких набралось человек двадцать, всех отправили обратно в Таллин. И вот здесь-то и начались, как сейчас го­ворят, «непонятки».

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,147 сек. | 12.44 МБ