Российский опыт домостроительства

В России есть традиции, на которые можно опереться в восстановлении экономики и до, и после катастрофы. Хоть и считается, что до XVIII века у нас тут не было понятия «эко­номика», это не так! Да, в значении «наука о государствен­ном хозяйстве» слово «экономика» впервые упомянуто на Руси только в 1861 году. К нам оно попало, как полагают, из французского языка. Но это же слово, только в переводе не­посредственно с греческого, появилось у нас много раньше! В переводе с греческого «экономика» есть искусство ведения домашнего хозяйства. А в России существовало понятие до­мостроительства, что было названием хозяйственной деятель­ности вообще. Возможно, это понятие на Руси появилось раньше, чем в Европе.

Домостроительство в понимании русского человека — уме­ние вести хозяйство для достатка и изобилия. Хозяйство в до­мостроительстве не деятельность ради извлечения прибыли, а прежде всего духовно-нравственная категория. В этих рамках прибыль есть, но не она является главной целью. Хозяйствен­ные отношения определялись нравственно-трудовым поряд­ком и порицали поклонение деньгам и несправедливую экс­плуатацию. Многие основы этой нашей отечественной науки выражены в замечательном памятнике экономической мысли и быта русского народа, который так и назывался: «Домо­строй».

Полное его название: «Книга, называемая «Домострой», со­держащая в себе полезные сведения, поучения и наставления вся­кому христианину — мужу, и жене, и детям, и слугам, и служан­кам». Складывался этот памятник литературы, может быть, веками; в настоящем своем виде, как предполагают, он был составлен известным деятелем XVI века, ближайшим сподвиж­ником молодого Ивана Грозного, протопопом Благовещен­ского собора в Кремле Сильвестром.

Прежде всего «Домострой» — о чём мало кто знает — это свод отношений народа к своей природе. Как бы ни была раз­вита техника, всё необходимое для поддержания жизни люди получают от природы. Они входят в трофическую цепь (цепь питания) как верхнее, завершающее звено биоценоза населя­емого ими региона. А коли так, то они являются элементами структурно-системных целостностей, включающих в себя на­ряду с людьми доместикаты (домашних животных и культур­ные растения) и ландшафты, а также и богатства недр, и взаи­моотношения с соседями — либо дружеские, либо враждеб­ные, и ту или иную динамику социального развития. Включают также сочетание языков и элементов материальной и духов­ной культуры.

Именно культура даёт возможность этносу в полной мере проявить свой потенциал. И наоборот, разрушение культуры мешает этому. В современной России налицо игнорирование географических закономерностей организации общества; это выразилось в привнесении извне стереотипов поведения, вы­работанных людьми иных ландшафтов, другой природы и со­ответственно экономики. Вот что лежит в основе экономиче­ских и социальных проблем последних десятилетий: свой опыт заменён чужим.

«Домострой» же вполне квалифицированно для своего времени не только позволял воспитать читателя, юношество в категориях нравственного и этического характера, но и зна­комил с рядом конкретных сведений, в том числе и системой землеведческих представлений, свойственных именно Рос­сии.

«Домострой» имеет нарочито прикладной характер поуче­ний, достаточно просто изложенных. Даже для религиозных обрядов и молитв автор находит естественный и практический смысл: жизнь рассматривается как единый поток; Царство Божие явно смыкается с настоящим бытом, человеческими взаимоотношениями в семье и обществе. В «Домострое» есть указания, «како детям отца и матерь любити и беречи и пови— новатися им и покоити их во всём». Есть рассуждения о том, что «аще кому Бог дарует жену добру — дражайше есть камения многоценного». Есть практические советы: «како платье всяко жене носити и устроити», «како огород и сады водити», «како во весь год в стол ествы подают».

Но главная идея — замкнутое саморегулируемое хозяйство, ориентированное на разумный достаток и самоограничение (нестяжательство), жизнь по нравственным нормам. Нрав­ственное начало одухотворяет мир экономики. Экономика «оживает, когда всё благословенно, и благословенная денежка по милости Божией становится символом праведной жизни». Ока­зывается, духовность — это не рассуждения о душе, а практи­ческие дела, праведный труд!

Через всю книгу красной нитью проходит отношение лю­дей к труду как к добродетели и нравственному деянию. Со­здаётся настоящий идеал трудовой жизни человека — кресть­янина, купца, боярина и даже князя (в то время классовое раз­ Строго говоря, такие попытки предпринимались и в прошлом, но успех достигался только при ассимиляции новшеств в российскую тра­дицию.

деление осуществлялось по размеру имущества и числу слуг). Все в доме — и хозяева, и работники — должны трудиться не покладая рук. Хозяйка, даже если у неё гости, «всегда бы над рукодельем сидела сама». Хозяин должен всегда заниматься «праведным трудом» (это неоднократно повторяется), быть справедливым, бережливым и заботиться о своих домочадцах и работниках. Хозяйка-жена должна быть «добрая, и трудолю­бивая, и молчаливая». Слуги — хорошие, чтобы «знали ремесло, кто кого достоин и какому ремеслу учен»; вообще трудовые от­ношения между хозяином и работником регулируются очень тактично. Родители обязаны учить труду своих детей, «рукоде­лию — мать дочерей и мастерству — отец сыновей».

В «Домострое» постоянно упоминается, где мы живём: «То бездождье, а то дожди без конца, неудачные годы — и злая зима, и морозы лютые, земли бесплодие, и всяческой живности — ско­тине падёж и птицам, и рыбам, и скудость всяким хлебам…»

Пожалуй, ни один документ средневековой Руси не отра­зил характер быта, хозяйства, экономических взаимоотноше­ний своего времени с такой степенью достоверности, как «До­мострой». Здесь дана стратегия ведения дел до конкретных деталей обихода:

«…хранить всякое хозяйство: платье старое и дорожное, и рабочее, и полсти, и епанчи, и кебеняки, и шляпы, и рукавицы и медведна, и ковры, и попоны, и войлоки и сёдла, и саадаки с лука­ми и стрелами, и сабли, и топорики, и рогатины, и пищали, и узды и оброти, кисти, лысины и похвы, и остроги, и плети, и кнутьё, вожжи моржовой кожи и ременные, и шлеи, и хомуты, и дуги, и оглобли и перины, и мешки меховые и сумки, и мешки хол­щовые, и занавесы, и шатры, и пологи, и лён, и посконь, и верёв­ки, и канаты, и мыло, и золу… и железные обломки всякие, и гвоз­ди, и цепи, и замки, и топоры, и заступы… В других же подкле­тях, под сенями или в амбаре расставить сани, дровни, телеги, возы, каптаны, колымаги, колёса, одры страдные, дуги, оглобли, хомуты, рогожи, посконные вожжи, лыка, мочала, верёвки, лыч­ные оброти, тяжи, шлеи, попоны… бочки и мерные коробы, и ба­дьи, и чаны для сычения и корыта, желоба, извары и корцы, фля­ги, сита, решета».

Даже разумное использование пищевых отходов — всё справедливо считалось важным и многозначительным. «…А если что от стола останется — перебрать, сложить всё в чис­тую крепкую посуду и накрыть, и льдом обложить».

Считалось необходимым, чтобы «для любого рукоделья… всякое орудие на подворье в порядке было: и плотницкое, и порт­новское, и кузнечное, и сапожное… поварские принадлежности, хлебопекарные и пивоваренные: и медное, и оловянное, и желез­ное, и деревянное, и сосуд серебряный — какое найдётся».

А когда дома сделать дороже, чем купить, — идти на ры­нок: «На рынке всегда присматривать всякий запас к домашне­му обиходу: или хлебное всякое жито и любое зерно, хмель и мас­ло, и мясное, и рыбное, свежее и солонину или товар какой при­возной, и леса запас, всякий товар, что со всех сторон идёт…» «И бочки, и мерники, и котлы, и дубовые клёпки, и лубьё, и липо­вые доски, и дранка, и желоба, если уж им привоз зимой на возах, а летом на плотах и лодках». А то и свой товар предложить: «Если же сделают больше потребного — полотен, холстов и тка­ней, скатертей, полотенец, простыней или иного чего, — то про­даст». Выгодно произвести обмен, умно торговаться, что оп­том брать, что в розницу — всё представляется немаловажным, заслуживающим внимания: «А бобра у купца купи целиком, или белки, или песца да и сшить отдай». А если менять или поку­пать невыгодно, то «у хозяина впрок припасено всё: и рожь, и пшеница, и овёс, и греча, и толокно, и ячмень, и солод, горох, ко­нопля…».

«Домострой» — правила хозяйствования на Руси, обобщив­шие опыт многих поколений, и эти правила нужно учитывать даже теперь, что уж говорить о грядущих более трудных вре­менах. Но не поленимся лишний раз отметить: мы призываем не к дословному выполнению предложенных в сборнике кон­кретных указаний, а к следованию изложенным принципам! Самые важные из них — это упор на экономику самообеспе­чения (надежда прежде всего на свои силы, свой огород, свой дом), трудолюбие, учёт особенностей состояния климата (как параметра, определяющего возможности выживания).

В старину деревня, мир, артель, монастырь стремились всё сделать своими руками, иметь независимое от прочих само­стоятельное хозяйство. Теперь это уже невозможно, без коо­перации тоже не выжить, но стремление должно быть именно таким. Трудно представить, до какой степени самоограниче­ния придётся дойти в ходе наступающей эпохи Великого От­каза. Нужно быть готовым к тому, что ниоткуда ничего не по­лучишь. Опыт жизни в таких условиях был характерен для Руси. Не исключено, что первые поучения, оформившиеся в «До­мострой», потому и стали востребованными, что очень дли­тельное время здесь вообще не было практики торговли. Са­мообеспечение и самоограничение — важнейший хозяйствен­ный принцип, который можно найти не только в «Домострое». «Что сам можешь сделать, за то денег не плати», «Не купи чего хочется, покупай, без чего обойтись нельзя» — такие идеи изло­жены в книге А.Т. Болотова «Деревенское зеркало, или Обще­народная книга, сочинённая не только, чтобы ее читать, но чтоб по ней и исполнять» (1798—1799).

В своей хозяйственной независимости русский человек чувствовал себя беззаботным, но это была беззаботность тру­дового человека, привыкшего надеяться только на свои руки. В этом смысле показательна заонежская сказка о Беззаботном монастыре:

«Как-то раз Пётр Iпроезжал по местности, как он люби­тель был ездить смотреть Россию. Пришлось ехать по одному месту, видит надпись: «Беззаботный монастырь». Его заинте­ресовало, что это такое — «Беззаботныймонастырь»?Остано­вился, зашёл, спрашивает игумена:

—  Меня заинтересовала ваша надпись, что означает ваш «Беззаботный монастырь» ?

Игумен отвечает:

—  Пойдёмте. Я вам разъясню, что такое Беззаботный мо­настырь.

В первую очередь провёл по полям, по лугам, к скоту; что вы­ращивают показал — в саду, в огороде.

— Ну, теперь посмотрим, что у нас по хозяйству есть: куз­нецы, золотых дел мастера, богомазы. Вот у нас беззаботный мо­настырь. Мы никуда ни к кому ни за чем не обращаемся, всё сами делаем, поэтому у нас и надпись такая, ни об чём не заботимся о другом».

Русская модель «домостроительства» принадлежит к общин­ному, даже семейному, типу экономики. Она развивалась на традиционных ценностях крестьянской общины и артели, вза­имопомощи, рабочего самоуправления. Эффективный труд в ней мотивировался преимущественно духовно-нравственными, моральными, а не материальными стимулами. И как оно ни покажется удивительным, эта экономическая модель дала дос­таточно эффективную систему народного хозяйства. Сам факт тысячелетнего существования Российского государства свиде­тельствует, что его хозяйственная система была высокоэффек­тивной в рамках внутренних потребностей. Она обеспечила эко­номическое освоение огромных территорий, строительство ты­сяч городов, армию и тыл в борьбе с полчищами захватчиков.

С середины XIX века на «Домострой» обрушился шквал об­винений и обличений в затхлости и реакционности, причём не только как явления литературы, но и как воплощения духовно­го состояния России. Критики считали, что российский наци­ональный дух, выраженный в нём, не просто «устарел», а вооб­ще негоден для человека цивилизованного. На самом деле он был и остаётся негодным для присваивающей экономики. Но вот из-за исчерпанности природных ресурсов планеты грядёт эпоха Великого Отказа; надо будет уметь максимально обслу­живать себя. И окажется, что «Домострой» не так уж и устарел!

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
SQL - 48 | 0,151 сек. | 12.43 МБ